Образ Роуз, которая стояла так близко тогда, на яхте… ее глаза, полные страсти и сомнения, преследовали Лисандроса всю неделю. Ощущение поцелуя все еще жгло губы.

Когда она отстранилась, он выполнил свое обещание и привез ее тем же вечером в безопасную компанию матери и сестры. Сразу после этого он уехал в Афины, надеясь убежать от искушения, которое теперь преследовало его почти постоянно. Он думал, что неделя, заполненная работой и встречами, погасит бурю эмоций, проявлявшихся каждый раз, стоило ему только заглянуть в ее глаза.

И как только они вернулись на виллу этим утром, Лисандрос понял, что все его надежды были напрасны. Желание обладать друг другом теперь для них было подобно сухой траве — достаточно одной лишь маленькой искры, чтобы загореться. Но только Роуз подвластно было разжечь этот огонь, потому что Лисандрос обещал держать себя в руках.

Глубоко вздохнув, Лисандрос ждал, пока Роуз выйдет из своей комнаты. С тех пор как они вернулись домой, постоянно приходили доставки с одеждой: платьев, костюмов, сумок. Он покинул ост ров, чтобы лишний раз не встречаться с ней. Но у Роуз и Зены и без того было чем заняться, они прекрасно ладили друг с другом.

Сегодня Лисандрос должен был появиться на благотворительном вечере вместе со своей спутницей. Дверь в ее комнату щелкнула, и Роуз показалась на пороге.

Он на мгновение потерял дар речи, потому что девушка, стоявшая прямо сейчас перед ним, напоминала скорее прекрасную нимфу, чем реального человека.

— Ты выглядишь потрясающе, — только и сумел пробормотать он, подходя ближе. Он хотел ее так неистово, как никогда прежде.

В качестве наряда Роуз выбрала темно-синее шелковое платье с глубоким декольте, которое уже не давало ему покоя. Он думал только о том, как плотно ткань облегает ее соблазнительные изгибы. Ее волосы, гладко зачесанные, и ресницы, на которые она нанесла тушь с дополнительным увлажнением, создали неповторимый сексуальный образ, который явно навсегда останется в его памяти.

— Зена уверила меня, что так я буду выглядеть идеально и смогу затмить всех на балу.

Она оправила складки на платье и немного приподняла его на груди, отмечая про себя, что не стоило так сильно поддаваться влиянию Зены: подруга выбрала все на свой смелый вкус. Нервно покосившись на Лисандроса, Роуз вдруг растеряла всю свою сексуальность. Сейчас перед ним стояла хрупкая красотка, отчаянно боящаяся показаться уязвимой — какой она и была на самом деле.

— Очень красиво, — тихо произнес Лисандрос, оценивая даже не платье, а саму Роуз.

— Да, но я никогда в жизни не носила таких смелых нарядов. Зена авантюристка, ты знаешь, именно она мне его посоветовала.

Лисандрос подошел ближе к Роуз, не в силах сдержать порыв нежности. Всю неделю он гнал от себя мысли о ней, заполняя дни бесконечной работой.

— Ты выглядишь просто потрясающе! Сегодня на вечеринке все будут смотреть исключительно на тебя!

— Это как раз то, чего я очень боюсь! Я не хочу, чтобы ко мне было приковано лишнее внимание.

— Не нервничай. Думай о том, что ты прекрасна.

Ему так хотелось заботиться о Роуз, быть для нее надежной опорой и тылом! И вовсе не потому, что она подруга его сестры. Впрочем, сейчас явно не время анализировать свои чувства.

— Я просто… ощущаю себя такой слабой и уязвимой!

— Расслабься, — тихо сказал он, подходя достаточно близко, чтобы вдохнуть легкий цветочный аромат ее духов. Протянув руку, он откинул выбившуюся прядь с ее лба. — Я буду рядом с тобой все время, если ты не против.

— Да, конечно, — прошептала она, пытаясь скрыть бешеное сердцебиение. Неужели ситуация повторяется? Сейчас Роуз, как и когда-то после концерта, согласилась провести с Лисандросом всю ночь.

— Я буду просто счастлив представить всем такую красивую женщину.

Лисандрос заметил, как Роуз нервно вздохнула. Он подумал о том, что, если бы у Зены не было проблем с памятью, она никогда бы не посоветовала такое смелое платье для подруги. Ведь его сестра не могла не знать, насколько застенчива Роуз.

— Спасибо тебе за внимание и заботу. И за то, что не стал торопить события.

Лисандрос взял руку Роуз в свои ладони. Заглянув в ее глаза, он увидел в ее темных расширенных зрачках всплеск сумасшедшего желания.

Он вдруг на минуту представил, что их помолвка вовсе не выдумка и он на самом деле сделает Роуз своей навсегда…

— Ладно, Лисандрос, у нас нет времени. Пора выдвигаться, — сказала Роуз, отпуская его руки и вновь предаваясь панике.

— Хорошо, Роуз, но помни: если тебе есть что мне рассказать, я всегда готов выслушать.

— Спасибо. — Она опустила ресницы, смущенно глядя на него и улыбаясь. — Думаю, совсем скоро я буду готова рассказать тебе все.

Он послушно кивнул.

— Нам пора, машина уже ждет.

Роуз наслаждалась балом. Она была потрясена, узнав, что Лисандрос был покровителем огромного благотворительного фонда и спонсором этого мероприятия. Стоя в огромной толпе гостей, она слушала аплодисменты после его выступления. Конечно, она поняла из слов лишь немногое, но все присутствующие слушали его как завороженные, улыбались и кивали.

Роуз было очевидно, что его по-настоящему любят и ценят. Он действительно горел своим делом, помогая семьям, оказавшимся в острой кризисной ситуации в Греции.

Лисандрос взглянул на Роуз со сцены и снова заговорил по-гречески. Вновь раздались аплодисменты. Его сексуальную фигуру сложно было скрыть за черным смокингом. Он выглядел невероятно красивым — казалось, он мог разбить сердце любой девушки, присутствующей в зале. Но с тех пор как они приехали в Афины, он был таким нежным, покорным и трепетным! Роуз вдруг призналась сама себе, что всю эту неделю безумно по нему скучала. В их чудесные выходные на яхте она почти забыла о страхе физической близости с ним. Теперь она четко ощущала, что хочет большего… хочет пойти с ним до конца. Она мечтала, чтобы он страстно поцеловал ее и устранил все ее страхи, и произойти это должно было именно сегодня вечером.

Правда, сначала необходимо набраться смелости и поговорить с Лисандросом. Да, их помолвка фиктивна, но жгучее сексуальное влечение между ними было неоспоримо. Да, Роуз планировала выйти замуж раз и навсегда, за человека, которого полюбит всем сердцем. Именно с ним она думала лишиться невинности. Но уйти сейчас от Лисандроса было сродни преступлению. Она жаждала остаться с ним, пусть даже после ночи любви ничего не последует. И сейчас ей казалось, что именно таким способом она сможет навсегда закрыть дверь в болезненное прошлое.

Вновь раздались аплодисменты, и Роуз увидела Лисандроса, отчаянно пробиравшегося к ней сквозь толпу.

— Я прервал свою речь, сказав, что пообещал танец своей невесте. — Он улыбнулся, в его глазах играли озорные искорки. — Ты окажешь мне такую честь? Или заставишь меня выглядеть полным дураком?

Роуз засмеялась, чувствуя себя так спокойно рядом с этим мужчиной, как ни с одним другим.

— Так и быть, потанцую с тобой, чтобы ты не выглядел полным дураком.

Он повел на танцпол, затем взял ее на руки, и вопреки всем страхам Роуз не почувствовала привычной неловкости. Ей было так приятно ощущать силу и мощь его мускулистого тела!

— Думаю, я шокировал всех присутствующих, — тихо сказал он, наклоняя к ней голову так близко, что еще чуть-чуть, и их губы соприкоснулись бы.

— Шокировал тем, что вышел на танцпол? — поддразнила она, застенчиво улыбаясь, стараясь не поддаваться возбуждению, остро пронзившему тело.

— Может быть, и так… но скорее всего, все не могут оторвать от нас глаз, потому что я скоро женюсь на самой красивой женщине в этом зале.

Его сексуальный голос вызвал дрожь чистого удовольствия.

— Тогда, возможно, мне тоже придется всех шокировать.

Возбуждение определенно придало Роуз смелости. Она стала кокетливой и игривой и сама себя не узнавала. Они медленно двигались по танцполу. Вскоре к ним присоединились другие пары.

— И как ты, интересно, собираешься это сделать? — уточнил Лисандрос, нахмурив брови.

Роуз опустила ресницы, внезапно застеснявшись, но, когда она снова их подняла и взглянула в черноту его глаз, полыхающих желанием, она знала, что бороться с этим бессмысленно. С самого первого дня их знакомства что-то вспыхнуло между ними, что-то мощное и не поддающееся объяснению. Ей безумно хотелось поцеловать этого мужчину. Почти все барьеры, которые она воздвигла возле своего сердца после случая с Гансом, рухнули.

Он прикоснулся к ее губам своими губами, и она закрыла глаза, наслаждаясь пьянящим ощущением абсолютного счастья, желая раствориться в каждом моменте.

Лисандрос провел рукой по ее щеке и по волосам, убирая непослушные пряди, выбившиеся из прически, которую она так долго и старательно делала. Казалось, они полностью забыли обо всех, плавно покачиваясь в такт музыке. Почему Роуз так долго сопротивлялась этому влечению? Почему ей не хватило смелости признаться, что она безумно хотела Лисандроса?

Потому что тогда она была не готова, а теперь время пришло.

Лисандрос медленно отстранился.

— Великолепная игра. — сказал он хрипло. — Теперь ни у кого не останется сомнений, что наша помолвка настоящая.

— Но это вовсе не игра. — Роуз продолжала пристально смотреть на него, хотя ей безумно хотелось опустить взгляд, чтобы справиться с эмоциями.

Его сексуальная улыбка придала уверенности в том, что неприятный опыт действительно пора оставить в прошлом, чтобы наконец познать счастье с любимым мужчиной. Она доверяла Лисандросу, рядом с ней он наконец раскрылся, показав себя человеком, знавшим, что такое настоящая любовь и боль потери. Лисандрос, этот уверенный в себе бизнесмен, акула бизнеса, в душе был нежным и трогательным человеком, и ей очень импонировала его трепетность.

В ней вдруг воспряла надежда. А что, если их помолвка будет вовсе не фальшивой, а реальной? Потому что чувства, которые она долгое время хранила в тайне даже сама от себя, сейчас прорвали плотину недоверия и обрушились на нее мощным потоком.

— Как хорошо, что вокруг нас сейчас так много людей, — произнес он, и его голос при этом дрожал от желания.

— Почему же? — поддразнила Роуз. В ее сознании царила полная эйфория, словно она впервые попробовала самое вкусное шампанское.

— Ты еще спрашиваешь? — Лисандрос с силой прижал к себе Роуз, его рука, казалось, обжигала спину даже сквозь ткань платья. — Если я еще раз прикоснусь к твоим губам, то не смогу остановиться.

— Я не хочу, чтобы ты останавливался. — Она закрыла глаза, чувствуя легкую дрожь во всем теле. Она нервно сглотнула, с трудом возвращаясь в реальность. — Поцелуй меня.

— Роуз, — прошептал ее имя Лисандрос. — Ты уверена, что точно этого хочешь?

Она крепко прижималась к его мускулистой груди, слыша его глубокое дыхание. Сейчас она полностью была уверена в каждом своем слове и жесте. Она желала Лисандроса и мечтала заняться с ним любовью. Но сначала нужно окончательно отбросить воспоминания о Гансе.

— Да.

Он коснулся ее губ своими губами, затем медленно отстранился. Чувствовать его дыхание показалось ей очень эротичным моментом.

— Я обещал тебе, что ничего не произойдет, пока ты сама этого не захочешь.

И сейчас Роуз ничего не боялась: она полностью контролировала ситуацию.

— Шампанское?

Его вопрос повис в воздухе. Дрожь желания и сумасшедшие нервы вызвали бурю ярких чувств, кожу покалывало от волнения.

— Да, было бы идеально, — сказала Роуз, пользуясь возможностью немного успокоиться и подготовиться к разговору.

Словно по наитию, она подошла к роялю, гордо стоявшему прямо у окна, из которого открывался потрясающий вид на Афины. Ей хотелось протянуть руки и коснуться клавиш… но нет, не сейчас.

— Мне нужно кое-что тебе сказать.

Теперь она полностью сосредоточила на себе его внимание. Лисандрос замер, так и не открыв бутылку.

— Что такое, Роуз?

Мягкий тон его голоса придал ей сил. Нужно было наконец признаться, почему она так резко прервала между ними все отношения тогда…

— Причина, по которой я не пришла к тебе на ужин тем вечером… — Она сделала паузу, пытаясь оценить его реакцию на эти слова, но его глаза были полны беспокойства, и она продолжила: — Это произошло потому, что я испугалась.

— Испугалась? — Недоверие в голосе Лисандроса звучало слишком четко, и она глубоко и прерывисто вздохнула.

— Да… я испугалась того, что была с тобой такой смелой.

— Ты хотела провести со мной всю ночь. Такое бывает со взрослыми людьми.

Роуз кивнула, заглядывая ему в глаза. Лисандрос не двигался и внимательно слушал, и она ощутила небывалую уверенность,

— Да, я хотела провести с тобой ночь. И хочу этого сейчас.

Лисандрос поставил бутылку на стол и подошел к Роуз, нахмурившись и быстро дыша.

— Так я просто мечтаю об этом, — сказал он, взяв ее руки в свои ладони.

Он казался таким искренним, что сердце Роуз защемило от нежности. Неужели ее глупое сердце начинало верить в настоящую любовь?

— Но только, пожалуйста, пойми, что тебе совершенно не нужно меня бояться. Я не причиню тебе вреда. Ты можешь полностью контролировать ситуацию.

— Я благодарна за это, спасибо, — прошептала Роуз. — Но я хотела рассказать тебе кое-что еще…

Лисандрос с такой нежностью откинул волосы с ее лица, что ей даже показалось, что он вот-вот ее поцелует. Но он этого не сделал.

— Расскажи мне все, — прошептал он так тихо, что его было почти невозможно услышать.

— После концерта я пошла в одну из репетиционных комнат. Ганс организовал встречу со мной там, чтобы обсудить некоторые из моих последних произведений сезона. Я играла, когда он вошел, поэтому не слышала его шагов. Он пил и…

Роуз запнулась и тяжело сглотнула, когда Лисандрос, казалось, задержал дыхание.

Она не знала, сможет ли вообще закончить этот разговор, ведь единственным человеком, с которым она поделилась этими жуткими подробностями, была Зена. Но авария стерла из ее памяти эти события.

— Что случилось, Роуз? — спросил Лисандрос осторожно.

— Он… он… думал, что я играю для него, подошел ко мне и попытался грубо поцеловать…

Ярость пылала в глазах Лисандроса, но он оставался спокойным и неподвижным.

— Только попытался?

— Слава богу, да. Он воспользовался тем, что я сидела, и схватил меня. Нужно было, конечно, оттолкнуть его и убежать, но я была абсолютно растеряна. Потом он вновь попытался меня поцеловать… — Роуз содрогнулась, вспомнив, как бешено колотилось ее сердце в тот момент, когда она набросилась на разъяренного Ганса.

Лисандрос выругался, и она моргнула.

— Он сделал тебе больно? — прорычал он.

Роуз вдруг задумалась, правильно ли сделала, все рассказав ему.

— Нет, не успел. Благодаря Джудит и еще двум коллегам. — Она закрыла глаза, вновь погружаясь в болезненные воспоминания. Ганс не стоил ни единой ее слезинки. — Я сразу пошла домой, после того как написала заявление в полицию. Я совершенно никого не хотела видеть.

— Понимаю тебя прекрасно, — сказал Лисандрос успокаивающе, погладив ее по волосам. — Конечно, понимаю, почему ты не хотела меня видеть после всего случившегося. Но Зена знает обо всем?

— Да, ее память заблокировала эти воспоминания.

Роуз отвела взгляд, думая о том, что только что потеряла шанс сблизиться с по-настоящему любимым человеком.

— Можно я тебя обниму? — спросил он ласково, и Роуз вновь посмотрела на него. Наверняка им руководило только лишь физическое влечение.

— Да, — прошептала она, надеясь, что когда-нибудь Лисандрос сможет полюбить ее по-настоящему. — Пожалуйста, обними меня.

Лисандрос крепко обнял Роуз, и она растворилась в его объятиях, чувствуя необычайное спокойствие.

— Спасибо, что доверилась мне и рассказала обо всем, — сказал он, утыкаясь губами в ее мягкие волосы. И в отличие от их недавнего общения на пляже сегодня ей не хотелось отстраняться.

— Я так сильно испугалась в тот момент, что просто не смогла решиться увидеться с тобой, — произнесла она, уткнувшись в смокинг.

— Я все понимаю, Роуз. Здесь не было твоей вины, — сказал он нежно, приподнимая подбородок большим пальцем. Она увидела, насколько искренним был его взгляд. — Нам не нужно делать то, к чему ты не готова.

— Я знаю, — прошептала она в ответ. Страхи прошлого стали медленно рассеиваться, и она вовсе не собиралась позволять им диктовать сценарий своего будущего. — Но я не отступлюсь от своих слов. Сегодняшнюю ночь я хочу провести с тобой.

— Ты уверена? — Лисандрос заглянул ей в глаза.

Роуз потянулась к нему, чтобы запечатлеть на его губах нежный поцелуй.

Ей не хотелось больше говорит о прошлом. Лучше всего сейчас было открыть шампанское, сделав вид, что ничего не было.

— Кажется, ты предлагал выпить? — улыбнувшись, спросила она.

Лисандрос открыл бутылку. Роуз наблюдала за ним, чувствуя, как нарастает волнение. Затем она вернулась к пианино и медленно провела пальцами по клавишам.

Роуз понимала, на какой шаг решается. Она займется любовью с Лисандросом, и он станет ее первым любовником. Она также понимала, что сильно рискует, потому что ее чувства к Лисандросу с каждой минутой становились сильнее. А он привык разбивать сердца девушкам. Впрочем, имело ли это какое-то значение?

Роуз собиралась полностью отдаться во власть магии сегодняшнего вечера.

С трудом отдавая отчет в своих действиях, она выдвинула стул и села перед клавишами.

Лисандрос разливал шампанское по бокалам.

Роуз понимала, что прикосновение пальцев к клавишам — это тоже процесс душевного исцеления. Как и желание отдаться мужчине, который на данный момент считался ее женихом.

Лисандрос поставил бокалы на пианино и встал рядом. В его глазах читалось множество вопросов, которые он не озвучил, и она была благодарна ему за это. Глубоко вздохнув, Роуз вновь коснулась клавиш, готовясь к игре.