На следующий день Оливер сидел на заднем сиденье «рейнджровера» и вбивал в смартфон заметки к очередному совещанию. Он только что провел успешную встречу с важным новым клиентом. Теперь водитель вез его на встречу с вице-президентом нью-йоркского филиала. Нужно убедиться, что все готово к слиянию с более мелкой компанией.

Проезжая по Бруклинскому мосту и глядя на сверкающую поверхность Ист-Ривер, он понимал, что должен радоваться.

Однако думал он только о ночи с Джессикой Льюис. Интересно, как она сегодня себя чувствует? Удалось ли ей забрать свою машину с парковки гольф-клуба? Вспоминает ли она о нем? И дело не только в страстном взаимном влечении. Утром он увидел афишу нового бродвейского мюзикла и невольно задумался, что бы о нем сказала Джессика. Ему очень хотелось выяснить, какие у нее музыкальные вкусы.

Глупо, ведь он ее больше не увидит. Не стоит забивать себе голову тем, как за ней ухаживать. Как ее завоевать. Ни к чему гадать, что ей больше нравится — мюзиклы или опера, кантри или хип-хоп.

Завибрировал его телефон, и он обрадовался предлогу отвлечься от назойливых мыслей. Правда, взглянув на экран, он понял, что его ждет видеозвонок от родителей. С тех пор как его сестра научила их звонить в Фейстайм своему маленькому сыну, мама предпочитала и с ним тоже связываться таким способом. Убедившись, что перегородка между ним и водителем поднята, он ответил.

Мама и папа широко улыбались. В руках у них была газета — неужели «Ройял Газетт»? На обоих были одинаковые синие тренировочные костюмы, которые они надевали на вечерние прогулки. Оба казались радостно взволнованными. После папиного инсульта они стали уделять больше внимания своему здоровью.

— Поздравляем! — хором воскликнули они.

— Кого вы поздравляете? — Оливер пришел в замешательство. Он осторожно укрупнил газету на экране. — У вас такие лица, словно вы ждете нового внука. Кто-то вас опять порадовал? — Он произвел мысленные подсчеты. Кто может ждать ребенка? Его брат Рид с женой? Или сестра Кейт? Она ясно дала понять, что родителям не придется долго ждать очередного внука.

— Тебя, Оливер! — воскликнула мама, подходя ближе к планшету, стоявшему на каминной полке. — Мы с твоим папой очень взволнованы. Мы узнали, что ты нашел свою единственную!

Свою единственную?!

Внутри у него все сжалось. Он понял: жди неприятностей. Вспомнил, как вчера на приеме столкнулся с Анабет Аккерман. Неужели она каким-то образом намекнула журналистам, что они снова вместе? Нет, она не посмеет после всего горя, которое она причинила его семье своими постами в соцсетях. Она утверждала, что они пара, спустя много времени после того, как они перестали встречаться. Оливер понял, что ему срочно нужно увидеть, что написано в газете.

— Не совсем понимаю, что вы имеете в виду… — Очень не хотелось разочаровывать родителей, ведь они не скрывали, как хотят, чтобы он наконец обзавелся семьей.

Они очень расстроились, узнав, что его отношения с Анабет были ненастоящими.

— Оливер Прайс, не будь таким скрытным! — Мама добродушно погрозила ему наманикюренным пальцем. Отец на заднем плане листал газету, ища нужную полосу.

— Тимоти, покажи ему тот снимок!

— Вот! — Отец сложил газету пополам и поднес к камере. Оливер прочел крупный заголовок: «Ройял охвачен свадебной лихорадкой!» Под заголовком он увидел черно-белое фото, на котором его запечатлели… с Джессикой Льюис.

Сердце у него едва не остановилось: небоскребы за окошком сливались в одно размытое пятно.

Фотограф подловил момент, когда она пыталась промокнуть пятно на его смокинге. Они стояли так близко, словно приклеились друг к другу. Ее рука лежала на его широкой груди. Она смотрела на него во все глаза, приоткрыв рот, — он снова вспомнил, какие у нее полные и сочные губы. Не только она выглядела словно загипнотизированная; Оливер смотрел на нее так, словно хотел ее съесть. Ничего удивительного, ведь именно об этом он тогда подумал.

Он живо представил себе реакцию родителей после того, как они увидели снимок. Конечно, они сразу поверили, что Оливер нашел свою «единственную». Голова у него пошла кругом. Он вспомнил прошлую ночь и понял, что произошедшее — не случайность. Между ними в самом деле возникло притяжение. И хотя Оливера постоянные отношения не интересовали, он не мог отрицать, что хочет снова увидеть Джессику. Целовать ее. Обнимать ее. Наслаждаться ею, пока влечение не пропало… А отношения — кому они нужны?

— Ты привезешь ее на ужин на следующей неделе? Мы все очень хотим с ней познакомиться, и ты не можешь все время держать ее при себе, тем более сейчас, после того, как вас сняли вместе. — Мамино лицо приблизилось к камере. Очевидно, она взяла планшет в руки и вышла с ним в другую комнату. Поставив планшет на кухонный островок, она чуть наклонила его, и Оливер увидел, что ей доставили заказ из супермаркета. Столешница была уставлена черными холщовыми сумками, из них торчали багеты, свертки с мясом и букеты свежесрезанных цветов. Очевидно, пока он утром усердно работал, мама обсуждала его личную жизнь с остальными детьми и заказывала продукты для праздничного воскресного ужина. Он почувствовал себя виноватым из-за того, что на следующей неделе придется ее огорчить. Он вспомнил, как расстроились родители из-за фиаско Анабет. Прошлой осенью отец перенес инсульт, и с тех пор родители Оливера все настойчивее намекали, как им не терпится увидеть его детей.

— Да, мама. Но я даже не знаю, буду ли в городе в конце следующей недели, — уклончиво ответил он, стараясь выиграть время.

— Ты будешь в городе. — Разговаривая, мама разгружала сумки с продуктами. — Я попросила Лили проверить твое расписание.

Оливер чертыхнулся про себя. После того как он принял на работу в «Нексус» половину родственников — Лили личной помощницей, а Кейт вице-президентом, — его расписание без труда попадает на стол к матриарху семьи Прайс.

Не желая разочаровывать родителей — особенно сейчас, когда он собственными глазами увидел, как они обрадовались, решив, что у него появилась спутница жизни, — он ломал голову, не зная, что им сказать. Тем временем машина повернула на север, к району Хадсон-Ярдс, где располагался манхэттенский офис «Нексуса».

— Нужно будет проверить и расписание Джессики, — сказал он наконец, поняв, что лишь откладывает неизбежное, не говоря им, что на самом деле они с Джессикой вовсе не пара.

И все же… он уже видел нечто хорошее в том, чтобы продержать семью в заблуждении чуть дольше. Чувство вины из-за того, что он не исполнил желания родителей — особенно отца, учитывая состояние его здоровья, — немного уймется. Родители успокоятся, думая, что Оливер наконец-то вступил с кем-то в длительные отношения. Более того, если Джессика войдет в его жизнь, ему приятнее будет посещать предстоящие предсвадебные торжества. Ксавье Ноубл и Ариана Рамос запланировали множество самых разных мероприятий. Быть на них в одиночестве Оливеру не хотелось. Он понимал, что родственники будут еще больше досаждать ему из-за его несуществующей личной жизни.

А если он будет ходить на предстоящие приемы с Джессикой Льюис?

Его обдало жаром; захотелось поскорее найти тот самый выпуск «Ройял Газетт».

— Конечно, милый. Но я не сомневаюсь, ей также не терпится познакомиться с твоими родными, как нам не терпится познакомиться с ней. — Мама взяла с кухонного островка очередную сумку и направилась к холодильнику. — Оливер, мы с отцом так рады за тебя! Ты даже не представляешь…

На самом деле он прекрасно все представлял. Он помнил, как они расстроились, когда отношения с Анабет зашли в тупик. Нажав отбой, он понял: для того чтобы справиться с недоразумением, нужно составить план. Но не сейчас.

Как было бы кстати, если бы в самом деле можно было представить Джессику своей девушкой! По крайней мере, на время. Родители придут в восторг до такой степени, что, может быть, отцу станет легче. Если же ему станет легче, это хорошо, ведь угроза второго инсульта сохраняется в течение года после первого.

Выйдя из «рейнджровера», он уже решил, что вернется домой раньше. Он вполне в состоянии закончить все дела к вечеру и вернуться в Ройял сегодня же. Он узнает, какие чувства испытала Джессика, увидев фото в «Ройял Газетт»… а она наверняка его видела!

Да, ему еще хотелось снова увидеть ее. Как удобно, что у него появился предлог!

Он понял, что его по-прежнему сильно влечет к ней. Интересно, если он будет проводить с ней больше времени, погаснет ли пламя, чтобы он не думал о ней беспрестанно?

Он кое-что ей предложит и, возможно, все выяснит для себя.

* * *

На следующий вечер после невероятной ночи с Оливером Джессика сидела в студии молодежного центра отдыха, где она вела занятия с нейроотличными[1] детьми. Такие занятия входили в ее стажировку при магистратуре.

Джессика пела, аккомпанируя себе на гитаре. Музыка исцеляла не только сидевших в студии подростков, но и успокаивала ее саму. Ей хотелось расслабиться, но мысли в голове путались, а эмоции сплелись в тугой клубок. Виной всему стал снимок в «Ройял Газетт». Весь день ей звонили — родители, друзья, одноклассники и даже коллеги. Всем хотелось узнать, что происходит между ней и главой «Нексус Маркетинг» Оливером Прайсом, хорошо известным в городе.

Она не отвечала на вопросы, так как понятия не имела, что происходит между ней и Оливером. Да, она отбросила доводы разума и переспала с мужчиной, с которым только что познакомилась, но в таком никому лучше не признаваться. У ее родителей крепкая семья, основанная на общих ценностях. Они познакомились, когда вместе работали на ранчо — мама была поварихой, а отец рабочим. Прежде чем начать встречаться, они были знакомы почти год. Они закладывали фундамент своих отношений постепенно — кирпичик за кирпичиком. И их отношения выдержали испытание временем. Конечно, времена сейчас другие, но Джессика понимала, что, скорее всего, поспешила.

Она старалась сосредоточиться на технике. Пальцы уверенно перебирали струны. Музыка ее успокаивала. Музыкотерапия была для нее не только профессиональным интересом, но и страстью.

Грустно, что стажировка подходит к концу. Каждую неделю она с нетерпением ждала занятий. Сюда, в Южный Даллас, она ездила на протяжении нескольких месяцев. Ее усилия принесли плоды. Дети держали на коленях самодельные барабаны и, как могли, отбивали ритм, подыгрывая мелодии, становясь активными участниками процесса. Какие успехи они сделали за пятнадцать недель! Она будет скучать по ним. До сегодняшнего дня она утешала себя тем, что ее ждут другие группы и индивидуальные пациенты; так легче было примириться с тем, что ее занятия в молодежном центре заканчиваются. А сейчас? Она понятия не имела, когда вернется к занятиям, когда сумеет снимать стресс и исцелять с помощью музыки.

— Мисс Джессика! — Мальчик в последнем ряду поднял руку, когда песня закончилась.

— Да, Оуэн? — Она положила ладонь на струны.

— У двери какой-то тип. Впустить его? — спросил Оуэн, милый и серьезный семнадцатилетний мальчик, который порывался уйти с первого занятия, сказав ей, что у него нет чувства ритма и ничего не получится, и ткнул пальцем в сторону окна. За время занятий он стал одним из самых преданных сторонников Джессики.

Одни дети повернули головы к окнам, другие уже собирали вещи: занятие закончилось. Кто-то шел на другие занятия в центре отдыха. Нескольких ребят снаружи ждали родители, чтобы везти их домой.

Джессика сразу разглядела высокую фигуру в черных джинсах и серой рубашке. Он сидел на скамье у двери, которая вела на парковку за зданием. Сердце у нее забилось чаще. Она сразу поняла, кто там.

Оливер!

Разве сегодня ему не нужно было улететь? Она вспомнила, что по пути домой рассказывала ему о стажировке, но понятия не имела, почему он приехал к ней на работу, хотя сегодня его вообще не должно было быть в штате.

В мыслях об Оливере любопытство смешивалось с острым влечением.

— Не нужно, Оуэн, — сказала Джессика с улыбкой, прислоняя гитару к стойке рядом со своим табуретом. — Я все равно буду проходить мимо. Спасибо вам всем за то, что слушали музыку! Надеюсь, вы продолжите играть на барабанах и запомните, насколько музыка успокаивает.

Несколько человек дружески прощались с ней, хлопали ее по плечу. Остальные дети вереницей устремились к выходу; они не оборачивались. Когда в студии остались только Джессика и Оуэн, она заметила, что мальчик медлит, переминаясь с ноги на ногу. На нее он не смотрел. Наконец, он объявил:

— Я вас провожу. На всякий случай.

Настойчивость паренька заставила ее улыбнуться. Она вспомнила, как Оливер хотел убедиться, что она благополучно доберется домой после их свидания.

— Очень мило с твоей стороны. — Она положила гитару в мягкую сумку. — Спасибо тебе!

Вскоре она следом за своим защитником вышла из центра отдыха. Наступил весенний вечер. Увидев ее, Оливер встал со скамейки. Прежде чем поздороваться с ним, она еще раз поблагодарила Оуэна за то, что проводил ее. Оуэн повесил барабан на спину, вскочил на велосипед и покатил вперед по грунтовой дорожке.

Они с Оливером остались одни. Парковка была ярко освещена; кроме того, охранник круглосуточно обходил здание по периметру. Над головой гудел уличный фонарь. Джессика отлично видела лицо Оливера.

Он не сводил с нее зеленых глаз, изучал ее, как будто искал что-то, упущенное вчера. А может, она переносит на него собственные ощущения? Ведь и она не могла отвести от него взгляд, как ни старалась. Ее тянуло к нему как магнитом. Она вспомнила о том, какое мощное действие он на нее оказывает.

Одетый более повседневно, в джинсы и сапоги, он по-прежнему излучал здоровье и силу, держался и двигался легко и непринужденно. Его серая рубашка была расстегнута сверху, его крепкая шея приковывала ее взгляд.

Ее охватили воспоминания о том, как его щетина царапала ей язык…

— Похоже, у меня появился конкурент, — заметил Оливер, дотрагиваясь до сумки с гитарой. Его низкий голос рокотал в ночи. — Можно?

— Конечно. — Затрепетав от прикосновения его пальцев к плечу, она сняла ремешок. — Я еще не вызывала такси и собиралась посидеть здесь несколько минут, пока жду, — Она показала на скамью, где раньше сидел Оливер. По дорожке в траву запрыгал кролик, его белый хвостик замелькал среди кустов.

Он нахмурился.

— Тебе не удалось забрать машину от гольф-клуба?

Она поморщилась.

— Я хотела забрать ее раньше, но, по-моему, аккумулятор сел, потому что машина не завелась. А времени на то, чтобы у кого-нибудь прикурить, у меня не было.

— В таком случае позволь подвезти тебя домой! Кстати, я хотел с тобой поговорить.

Согласившись, она следом за ним подошла к спортивному серому БМВ-купе и позволила усадить ее на пассажирское сиденье. Пока она пристегивалась, он положил назад ее сумку с гитарой, а сам сел за руль. Ей с трудом удалось удержаться и не провести пальцем по серебристому логотипу на черной кожаной приборной панели: в его машине все было роскошным и элегантным.

Другой мир! Очень далеко от ее скромного существования.

— Я удивилась, когда увидела тебя, — призналась она через несколько минут, когда они повернули на шоссе. — Ты что, никуда не ездил?

— Нет, я прилетел в Нью-Йорк еще до девяти утра и к трем часам сделал все дела. Сразу вернулся домой. — Он побарабанил по рулю.

— Быстро. — Она постаралась представить себе его жизнь: запрыгивает в самолет дважды в один день, и все по делу… Да, они как будто живут в разных мирах.

— Решил вернуться раньше после того, как наше с тобой фото в газете взбудоражило всю мою семью. — Он покосился на нее, и ей показалось, будто он до нее дотронулся. — Ты не против заехать кое-куда по дороге?

Удивленная, что он не только разыскал ее, но и хочет провести с ней время, Джессика напомнила себе: нужна осторожность. И все же любопытство пересилило.

— Я не против куда-то заехать. Кстати, мне тоже звонили друзья и родные…

Он сильнее надавил на акселератор, обгоняя еле плетущийся фургон. Взгляд Джессики переместился на его бедро, на бугристые мышцы… Ей хотелось до него дотронуться. Провести ладонью по колену и выше… Как она продержалась так долго, ни на кого не обращая внимания? После знакомства с Оливером она могла думать только об одном: как снова оказаться с ним.

— Я не удивлен. Снимок… очень красноречивый. — Он развернулся к ней, как будто ждал, что она с ним согласится. — Мои родители уже строят планы на нашу свадьбу.

Оттенок горечи в его голосе застал ее врасплох, напомнив, как сильно он сопротивляется попыткам родственников его женить. Джессика понимала, что она ни при чем, и все же ей стало немного обидно.

— Ты объяснил, что фото абсолютно невинное? Подумать только, фотографу удалось подловить нас в те две секунды, когда мы стояли близко друг к другу. — И, как подумали все, мечтали наброситься друг на друга. Собственно говоря, так оно и было. Ее обдавало жаром всякий раз, как она видела фото на экране своего телефона.

— Не успел я ничего возразить, как родители пригласили тебя на следующий семейный ужин. — Он сбросил скорость, когда они съехали с шоссе перед поворотом на Ройял. — Девять месяцев назад отец перенес инсульт, здоровье у него ухудшилось. Говорят, что снижение стресса в год после инсульта значительно сокращает возможность второго. Когда я увидел, как папа рад — как они сегодня оба рады, — я подумал, что они немного успокоятся, если будут думать, что у меня действительно кто-то есть.

— Мне жаль твоего отца. Могу понять, зачем тебе нужна видимость отношений.

Она полностью соглашалась с ним: надо поступать так, как лучше для семьи. И все же ее кольнуло разочарование. Их совместный снимок стал катализатором, благодаря которому он начнет с кем-то встречаться. Хотя… почему бы ему и не встречаться? Он молодой, преуспевающий, целеустремленный красавец. С таким захочет быть любая.

— Я решил им не противоречить. — Он криво улыбнулся. — И сказал, что в самом деле хожу на свидания… с тобой.