— Не верю. Не верю. Не может быть!

Не верил инженер Кириллов в рекорды Гудова.

Иван Гудов — металлист, фрезеровщик. Работал на Московском станкостроительном заводе имени Орджоникидзе.

Началось всё с того, что Гудов, как и многие другие, узнал о рекорде Алексея Стаханова.

Стал он и некоторые из его товарищей говорить, что, мол, и им на своём станкостроительном заводе надо поддержать почин донецкого шахтера, пора и им начинать работать по-стахановски.

— Ну хотя бы в полтора-два раза превысим производственные нормы, — предлагал Гудов.

Многие покачивали головой.

— В два раза! Куда хватанул!

— А Стаханов? — напомнил Гудов.

— Сравнил, — раздались голоса. — Станки делать — не уголь копать.

— Фантазия, — заявил инженер Кириллов.

Обидно стало Гудову. Решил он на деле доказать, что и металлисты могут работать по-стахановски.

Доказал. Выполнил за смену не две, а сразу четыре нормы — четыреста десять процентов плана.

Не все поверили в этот успех. Не поверил и инженер Кириллов:

— Фокусы!

Решил тогда Гудов повторить при всех своё достижение. Собрались и друзья, и те, кто сомневался в рекорде Гудова. Пришёл и инженер Кириллов.

Приступил Гудов к работе.

И что же?

Завершилась смена. Подвели итоги. Не четыре, а теперь целых четырнадцать сменных норм, тысячу четыреста процентов дневного плана, выполнил Гудов.

Дивились все на Гудова, на его станок. Гудова со всех сторон рассматривали, словно сомневались, да тот ли это Гудов. Вокруг станка и в одну и в другую сторону обходили. Что за чудо-станок? Нормальный станок, обычный.

Стали разбираться, в чем же причина такого успеха фрезеровщика Гудова. Не скрывал Гудов своих «секретов». Прежде всего намного повысил скорость оборотов станка. В работе использовал не одну, как обычно, фрезу, а две, а то и несколько. Зажимал в станке не одну деталь, а тоже сразу несколько. И ещё очень важное — экономил секунды на каждом движении. Немало набежало таких секунд.

Вскоре Гудов доказал, что и четырнадцать дневных норм — это ещё не предел в его работе. Самый выдающийся рекорд знаменитого фрезеровщика — девяносто дневных норм за смену, то есть девять тысяч процентов плана.

Все признали рекорды Гудова. И даже инженер Кириллов. И всё же говорил по привычке, но одобрительно:

— Фокусы Гудова. Фокусы!

«Чародей» — зовут на заводе Ивана Гудова.