На рассвете они выбрались из Области Безумия. Каждый из путников держал кусок магического дерева. Они шли медленно. Время от времени у Кромби забирали его деревяшку, и тогда он безошибочно указывал, как лучше пройти в том или ином месте; после чего деревяшка возвращалась грифону, чтобы избавить его от безумия.

Едва выбравшись, они отыскали относительно безопасную «спальню». Это было дерево, тонкий коленчатый ствол которого напоминал журавлиную ногу, а крона — широкую и мягкую лежанку. Путешественники обложили ствол кусочками магической древесины — теперь никакая враждебная сила не могла к ним приблизиться, не обратившись в свою противоположность. Защита, разумеется, не была совершенной, но они настолько вымотались, что было уже не до выбора.

Несколько часов спустя Бинк проснулся, потянулся и спустился вниз. Кентавр остался спать на широкой ветви-кровати, свесив с нее все четыре копыта; по всей видимости, опыт, приобретенный за часы безумия — опыт лазания по деревьям, — добавил кентавру немагических талантов... Волшебник лежал в большом гнезде, свернувшись клубочком, — это свое гнездо он соорудил с помощью одного из своих пузырьков... Кромби, как и подобает солдату, уже проснулся, и теперь они вместе с големом осматривали окрестности.

— Что мне хотелось бы узнать... — начал Бинк, откусив изрядный кусок от буханки хлеба с изюмом, что Кромби сорвал с местного хлебного дерева; буханка была, правда, несколько переспелой, но все еще вполне съедобной.

Кормби каркнул голосом хорошо отдохнувшего грифона.

— ...кто погубил то магическое дерево, — закончил Гранди за Бинка и заодно перевел Кромби.

— О, ты опять переводишь!

— Сейчас я не прикасаюсь к деревяшке. — Голем нервно заерзал. — Но мне кажется, что я уже не такой реальный, каким был прошлой ночью, во время безумия.

— Какая-то часть реальности в тебе все равно должна остаться, — сказал Бинк. — Так бывает, когда приближаешься к цели. Шаг вперед — два шага назад, но ты не должен сдаваться.

Гранди заметно оживился.

— Слушай, а ведь это — положительный взгляд на вещи, мозги твои всмятку!

Бинк был рад, что ободрил голема, хотя его скверные манеры, не прибавлявшие ему симпатии окружающих, так и бросались в глаза.

— Откуда ты узнал, о чем я хочу спросить, заикнувшись давеча? Ну, насчет магического дерева?

— Ты всегда приходишь с вопросом, Бинк, — ответил голем. — Поэтому мы просто вычислили твой очередной вопрос и заранее узнали направление на объект этого твоего вопроса. И оно совпало со стволом магического дерева. Мы провели расследование. То, считай, был вызов для нас.

Какое любопытное применение таланта Кромби! Предвидеть ответы на будущие вопросы! Магия оказывается неистощимой на сюрпризы!

— Только реальным существам нравятся вызовы, — осторожно заметил Бинк.

— Наверно! Вызов превращения меня в реальное существо — для меня нечто вроде развлечения. Но теперь я знаю, что это осуществимо. Но у меня так и осталось мое лоскутное тело, и никакое количество моей заботы о ком бы то ни было не может его изменить. Это лишь означает, что теперь я боюсь смерти, которая неизбежно наступит когда-то. — Он передернул плечами, словно избавляясь от неприятной мысли. —Как бы там ни было, дерево уничтожило заклинание, направленное оттуда. — И он показал рукой.

Бинк проследил за направлением.

— Я вижу только озеро. А ведь великан, кажется, что-то говорил о... — Тревога, поднявшаяся в нем, не дала ему закончить.

— О демонах озера, наславших проклятие, которое погубило лес, — подтвердил Гранди. — Мы проверили: это то самое озеро.

С дерева спустился Хамфри.

— Запакую-ка я кусочек этого магического обломка в бутылочку, если только сработает моя магия. — Видно было, что он доволен этой своей затеей. — Никогда заранее не знаешь, когда что может пригодится...

— Произнеси заклинание, заставляющее его уноситься прочь от твоей бутылочки, — посоветовал с дерева Честер, — а потом возвращаться, — После неуклюжего маневрирования, из-за которого его знаменитая задняя половина не раз оказывалась в опасности, он тоже оказался рядом с ними на земле. Кентаврам явно нечего делать на деревьях.

Волшебник поставил бутылочку, положил рядом кусок магического дерева и прочитал заклинание. Что-то вспыхнуло, возник и медленно рассеялся клуб дыма.

— Готово!

На земле стояла закупоренная пробкой бутылочка. Рядом с ней лежал кусок дерева. Добрый Волшебник исчез.

— Куда он подевался? — тревожно спросил Бинк.

Кромби завертелся и вытянул крыло: точно на пузырек.

— Нет-нет! — с ужасом воскликнул Бинк. — Неужели его заклинание действительно сработало наоборот?! И затолкало в пузырек его самого?! — Он мгновенно ринулся, схватил бутылочку и выдернул пробку.

Вылетело облачко пара, раздалось, заклубилось, уплотнилось и вскоре превратилось в Доброго Волшебника; голову его покрывала еще теплая яичница.

— Совсем позабыл , что в этой бутылочке я хранил завтрак, — уныло проговорил он.

У Гранди не было больше сил сдерживать свои, совсем недавно приобретенные эмоции, и он расхохотался. Он рухнул на землю и стал кататься по ней, задыхаясь от смеха.

— О, сколько тревог пережил сей гном! — выдавил из себя голем между приступами хохота.

— Чувство юмора есть составная часть натуры реального существа, — изрек Честер.

— Что-то вроде того, — согласился Хамфри, не желая распространяться о подробностях. — Хорошо, что пузырек не попал в руки врага. Ведь его владелец обладает полной властью над содержимым.

Однако данное приключение не остановило Хамфри — он попытал снова... и снова... и снова... Наконец ему удалось подобрать заклинание, и кусочек дерева был заключен в бутылочку.

Бинк считал, что затраченные усилия с лихвой окупятся когда-нибудь. Теперь он, наконец узнал, как Добрый Волшебник собирает свою драгоценную и столь обширную коллекцию: он старательно упаковывал в бутылочки все, что, по его мнению, могло в будущем сгодиться.

И опять Бинк заметил знакомую кучечку земли.

— Волшебник! — позвал он. — Не пора ли разобраться и с этим? Кто делает эти кучки? И появляются ли они по всему Ксанфу, или только там, где оказываемся мы?

Хамфри склонился над кучкой.

— Пожалуй, стоит и разобраться, — буркнул он. — И на острове Сирены появилась кучечка, и возле нашего костяного лагеря... — Он вынул зеркало. — Что это за штука? — сурово и громко обратился он к нему.

Зеркало задумчиво затуманилось, потом прояснело. В нем появилось изображение червеподобного существа.

— Это же вихляк! — ужаснулся Бинк. — Неужели вихляки снова собираются роиться?!

— Это не вихляк! — возразил Честер. — Взгляни-ка повнимательнее — он раз в десять крупнее. — И, словно в подтверждение его слов, в зеркале появилась масштабная линейка и приложилась к червю: сразу стало понятно, что он в десять раз длиннее вихляка. — Ты что, совсем таксономии не знаешь? Это же сквигл.

— Сквигл? — тупо переспросил Бинк; ему не хотелось признаваться, что он даже не слышал про такое существо. — Но он так похож на вихляка-переростка.

— Они — двоюродные родственники, — пояснил Честер. — Сквиглы крупнее, медлительнее и не собираются в стаи. Это — одинокие существа, ползающие под землей. Совершенно безобидные.

— Но кучки земли...

— А, совсем забыл про них! Мне следовало бы опознать их раньше. Прорывая тоннель, они выбрасывают за собой землю, и если оказываются близко к поверхности, то в этом месте и образуется кучка. А когда они начинают двигаться дальше, новые порции земли затыкают образовавшееся отверстие. Вот почему остается кучка, а под ней — сырая почва.

— Но что они вообще делают?

— Просто роются в земле и оставляют кучки.

— А почему преследуют меня? Я к ним никакого отношения не имею.

— Возможно тут — простая случайность, — предположил Хамфри и обратился к зеркалу: — Вопрос: кто?

Зеркало потемнело.

— То же, что и Источник Магии? — спросил Хамфри.

Зеркало ответило отрицательно.

— Враг Бинка?

Появился улыбающийся младенец.

— Не то же самое, что демоны озера? — спросил Бинк.

Младенец опять улыбнулся.

— Ты хочешь сказать, то же самое?

— Не смущай зеркало своей антилогикой! — недовольно проворчал Хамфри. — Оно ведь уже согласилось с тем, что не то же самое!

— Да-да, — поспешно закивал Бинк. — Но все же если по пути нам придется пройти рядом с демонами, появится проблема. Коль скоро у нас есть враг, который все время следил за нами и всячески нам препятствовал, то он наверняка подобьет и демонов на какую-нибудь пакость.

— Полагаю, ты прав, — произнес Хамфри. — Возможно, настало время потратить еще толику моей драгоценной магии.

— Слава Волшебнику! — ехидно провозгласил Честер.

— Заткнись, лошадиная задница! — вспылил тот.— Дайте мне разобраться. Нужно ли нам проходить рядом с демонами озера, чтобы достичь цели нашего путешествия?

Зеркало улыбнулось.

— И демоны владеют проклятием, способным уничтожить лес?

Зеркало согласилось.

— Как лучше всего пройти, не попав в беду?

Зеркало показало Бинка, смотрящего спектакль на сцене.

Хамфри оглядел своих спутников.

— Кто-нибудь из вас видит в этом смысл?

Кромби коротко каркнул.

— А где нахожусь я? — перевел голем.

— А ну-ка перефразируй вопрос! — скороговоркой проговорил Волшебник. — Где находится Кромби в то время, когда Бинк смотрит спектакль?

Зеркало продемонстрировало одну из бутылочек Хамфри.

Грифон разразился потоком яростного карканья.

— Да заткнись ты, клювомозг! — взмолился голем. — Ты же знаешь, что я не могу произносить такие слова в обществе! Не могу, если хочу стать реальным.

— Тревогу клювомозга понять можно, — сказал Честер. — С какой стати ему торчать взаперти в каком-то пузырьке? А вдруг он не сможет выбраться?

— Кажется, переводчик все же я! — спесиво заметил Гранди, позабыв про недавнее смущение.

Хамфри отложил зеркало.

— Если ты не прислушаешься к моему совету, — уведомил он грифона, то — поступай по-своему, как знаешь.

— О, темпераментные реальные люди! Вы опять за свое? — раздосадованно проговорил Гранди. — Как, скажите, поступают рационально? Выслушивают советы, рассматривают альтернативы, обсуждают их, анализируют и, наконец, приходят к консенсусу.

— Ведь малявка показывает нам пример нездравого смысла, — заключил Честер.

— Какая именно малявка? — потребовал уточнения Гранди.

— Сдается мне, — угрожающе произнес Волшебник, — что для болтливого голема самое лучшее место — в пузырьке.

— Мы опять ссоримся! — Бинк был искренне удручен. — Если зеркало утверждает, что самый подходящий способ миновать демонов, путешествуя в бутылочке, то я скорее поставлю на это, чем на те препятствия, которые мы совсем недавно преодолели.

— Тебе-то что, тебе не придется рисковать! — выпалил Гранди. — Ты будешь смотреть свой дурацкий спектакль!

— А я верю в мое зеркало, — твердо сказал Хамфри, и зеркало так ярко вспыхнуло от смущения, что свечение его пробилось даже через куртку Волшебника. — И чтобы доказать это, я заключу в бутылочку самого себя. Полагаю, тот пузырек, в котором обитал Бьюрегард, достаточно приятно обставлен и вполне подойдет для двоих. Что вы скажете, если Кромби, Гранди и я войдем в бутылочку, а Бинк понесет ее? Тогда он сможет ехать на Честере, пока не наступит время для спектакля.

— Я согласен, — отозвался Бинк. Про себя он тайком гадал: прихватит ли Добрый Волшебник с собой и все остальные бутылочки? Это, правда, выглядело бы несколько парадоксально, но было вполне возможно. — Но ведь я не знаю точно, где находятся демоны, и совсем не желаю нарваться на них неожиданно. Если мы станем приближаться осторожно и с оглядкой, они, может быть, не так сильно распалятся?

Кромби показал на озеро.

— Да, знаю, — кивнул Бинк. — Но где именно возле озера? На берегу? На острове?.. Мне необходимо знать это. Пока я, ни о чем не подозревая, не зашел прямиком в проклятие, способное повалить целый лес....

Кромби каркнул и расправил крылья. Взлетев, он направился к озеру, гордо сверкая разноцветным опереньем.

— Подожди, птичьи мозги! — крикнул Честер. — Они же заметят тебя в воздухе! Ты нас всех выдашь!

Но грифон не прислушался к его словам.

Путники увидели, как Кромби грациозно развернулся над водой, расправив плюмаж из красных, голубых и белых перьев.

— Должен признать, — вздохнул Честер, — что этот вспыльчивый малый — очаровательное животное!

Но вдруг грифон сложил крылья и камнем полетел к воде, вращаясь в воздухе.

— Кошмар! — закричал Бинк. — Они сбили его с помощью своего проклятия!

Но тут грифон замедлил падение, остановился, взмыл вверх и, набрав высоту, полетел назад. О, кажется, все было с ним в порядке.

— Что случилось? — кинулся с вопросом Бинк, когда грифон приземлился. — Нарвался на их проклятие?

— Кррак! — ответил Кромби, кивнув Гранди. — Какое проклятие? Я просто вертелся, чтобы поточнее узнать, где находятся демоны. Они обитают под водой.

— Под водой? Как же тогда к ним попасть?

Хамфри достал новую бутылочку и протянул Бинку.

— Все сделают эти пилюли. Принимай по одной каждые два часа, пока будешь под водой. Они...

— Смотрите! — крикнул Честер. — Образуется холмик! Это — шпион!

Хамфри выхватил еще одну бутылочку, сорвал пробку и направил горлышко на разбухающий холмик. Из бутылочки вырвалась мощная струя пара и с силой ударила в холмик. Немедленно образовались кристаллы льда — холмик замерз.

— Огнетушитель, — разъяснил Волшебник. — Очень холодный. Теперь сквигл заморожен в тоннеле.

— Дайте, я убью его, пока могу до него добраться! — Честер взбудораженно рвался к холмику.

— Погоди-ка! — остановил его Бинк. — Как долго он останется замороженным?

— Две-три минуты, — ответил Хамфри. — Потом оттает и поползет дальше. Целый и невредимый.

— И не вспомнит о пропавших минутах?

— Он даже не осознает, что была задержка. Сквиглы не очень-то сообразительны.

— Тогда не надо убивать его! Надо всего лишь избавиться от его опеки. Он останется в убеждении, что была ложная тревога и мы тут вовсе не находились. Так он и сообщит своим хозяевам. И тем самым собьет врага с нашего следа.

Брови Волшебника удивленно приподнялись.

— Весьма-весьма разумно, Бинк! Теперь ты мыслишь уже почти как лидер. Итак, мы спрячемся в бутылочке, а вы с Честером понесете ее с собой. Быстрей, пока холмик не оттаял!

Грифон не избавился от сомнений, но все же подчинился. Волшебник установил пузырек, произнес заклинание, и — человек, грифон и голем тут же исчезли.

— Хватай пузырек! — крикнул Честер. — Прыгай мне на спину и держись! Время почти вышло!

Бинк забрав бутылочку, вскочил к? кентавра и вцепился в его гриву. Тот рванулся вперед. Через несколько секунд его копыта уже разбрызгивали воду на озерной прибрежной мели.

— Дай мне пилюлю!

Бинк вытряхнул из пузырька таблетку, молясь про себя, чтобы не рассыпать остальные от непрерывной тряски. Одну он сунул себе в рот, другую положил на протянутую ладонь кентавра.

— Надеюсь, это то, что надо! — крикнул он.

— Только еще одной неверной бутылочки сейчас не хватало! — отозвался Честер. — Проглотить пилюлю пенной изоляции...

Бинк содрогнулся. И надо же Честеру именно в эту минуту напомнить об этом! Изоляция, или огнетушитель-морозильник... О-о-о!

Он обернулся. То ли ему показалось, то ли холмик на самом деле шевельнулся и как будто начал расти... Успеют ли они вовремя скрыться? А что, если сквигл увидит их следы?

Честер, наконец, добрался до подводного обрыва, и они с головой погрузились в воду. Бинк непроизвольно поперхнулся, когда ему залило рот... Однако дышать водой оказалось столь же легко, как и воздухом. В сущности, вода сейчас и казалась воздухом, если пренебречь разницей в цвете. Они могли дышать!

Это ощущение о чем-то напомнило Бинку. И тут же высветилось в сознании: бал у Королевы! Там был иллюзорный подводный пейзаж, а тут — натуральный. К сожалению, надо было признать, что версия Королевы была красивее. Здесь же все выглядело мутным и тусклым.

Честер пробирался вперед, осторожно выбирая дорогу среди незнакомого подводного ландшафта. Вокруг его ног клубились мутные облачка ила. На путешественников уставилась любопытная рыба. Честер держал в руках лук — на случай, если повстречается какой-нибудь агрессивный подводный монстр. Вскоре, однако, их продвижение сделалось довольно скучным, хотя они и были предельно собраны и напряжены.

Бинк вытащил бутылочку с Волшебником и поднес ее к глазам. С трудом он разглядел крошечную фигурку грифона и еще более мелкую — человека. Они располагались в устланной коврами комнатушке, похожей на миниатюрное помещение дворца, и рассматривали движущиеся картинки в магическом зеркале. Да, устроились они, похоже с удобством. Сидеть там, без сомнения, было гораздо приятнее, чем пробираться в полумраке озера к неведомым демонам.

На ум пришла кошмарная мысль: вдруг он схватил бы не ту бутылочку и сейчас, вместо таблетки, сунул бы себе в рот самого Волшебника?.. Представив это, он перепугался до полусмерти...

Убедившись, что его друзья в безопасности, Бинк сунул пузырек в карман... Любопытно, а что получится, если его хорошенько встряхнуть?.. Бинку очень хотелось провести такой эксперимент, но в последнюю секунду он все же сдержался.

— Нанесем-ка мы визит демонам! — произнес он с наигранной бодростью.

Вскоре они приблизились к роскошному подводному замку. Он был построен из раковин — это означало, что он, вероятнее всего, был магическим: ведь морские раковины в озере не могут образоваться без магии! От башен замка к поверхности поднимались небольшие водовороты: очевидно, так обитателям поставлялся воздух. Вместо рва замок окружала толстая стена водорослей, которую патрулировали бдительные меч-рыбы.

— Что ж! Будем надеяться, что демоны достаточно приветливо встретят путешественников. — Он разглагольствовал все в том же псевдободром тоне; когда он говорил, изо рта не вырывались пузырьки — таблетки позволили ему полностью и сразу акклиматизироваться.

— Будем надеяться, что зеркало Волшебника знает свое дело! — настороженно заметил кентавр. — И если демоны заметили дурака-грифона, то не связали его с нами.

Они добрались до главных ворот. Из ила поднялся бегемот, похожий на одну огромную пасть.

— Стооой! — взревел он. — Ктооо идёоот?!

У него очень умело и звучно получалось долгое «о», и звук эхом отражался от пещеры, которую образовывала его утроба.

— Честер и Бинк, путешественники! — отозвался Бинк не без дрожи в голосе. — Мы хотели бы найти прибежище на ночь!

— Воот как! — удивился монстр. — Тогда прооо-хоодите! — И он еще шире разинул и без того исполинскую пасть.

Честер, неверно истолковав тягучие слова бегемота, схватился было за меч, но Бинк остановил его.

— Пооодооождиии! То бишь — стой! Я вспомнил гарголью... Кажется, он приглашает нас войти! Через рот.

Честер заглянул в тоннель чудовищной глотки — он мог бы проскакать по ней, не пригибая головы.

— Будь я проклят, если стану помогать съесть самого себя!

— Но это же вход в замок! Бегемот и есть вход!

Честер недоверчиво уставился на Бинка.

— Чтоб я охромел! Вход, значит?

И, уже больше не колеблясь, он галопом поскакал в глотку монстра.

Само собой, глотка тянулась до самого замка. В конце тоннеля замерцал свет, и вскоре путешественники оказались в просторном приемном холле. Стены его покрывали искусно сплетенные гобелены, а пол был выложен причудливо разукрашенными деревянными плитками.

Навстречу им вышел привлекательный — почти красивый — юноша. У него были роскошные, ухоженные локоны и аккуратные усы. Достойная принца одежда его была вышита яркими разноцветными нитями, а на ногах красовались мягкие туфли с острыми носками.

— Добро пожаловать в Замок Врат! — приветствовал он гостей. — Могу ли я узнать ваши имена и цель визита?

— Можете! — Честер, конечно же, был готов ко всяким сюрпризам.

— Итак? — несколько нетерпеливо спросил юноша после паузы.

— Так что же ты не спрашиваешь? — удивился Честер. — Я же разрешил тебе!

В уголках рта юноши дернулись мелкие мускулы, несколько подпортив его привлекательность.

— Вот — я спрашиваю!

— Я — кентавр Честер. А это — мой спутник Бинк. Он — человек.

— Я уже и так вижу. А ваша цель?

— Мы ищем Источник Магии, — ответил Бинк.

— О, вы сбились с пути, — поспешил заверить юноша. — Он находится в Деревне Амазонок. Это — к северу отсюда. Но прямой путь к Источнику опасен для вашего рассудка.

— Мы уже побывали там, — сказал Бинк. — Там отнюдь не главный Источник, а всего лишь место выхода магической пыли. То, что мы ищем, находится ниже. По имеющейся у нас информации, наиболее удобный путь пролегает через этот замок.

На лице юноши отобразилась едва-едва заметная ухмылка.

— О, вы сами откажетесь пойти этим путем!

— Испытайте нас. И увидите.

— Испытания — не в моей компетенции. Вам придется поговорить с хозяином замка.

— И то хорошо! — Бинк стал прикидывать, каким демоном может оказаться хозяин замка, имеющий такого послушного слугу-человека...

— Если вы будете столь любезны пройти сюда...

— Будем и любезны тоже, — перебил его Честер.

— Но до того нам нужно кое-что произвести с вашими копытами. У нас на полу — тиковый паркет, и мы не хотим, чтобы на нем остались царапины или выбоины.

— Тогда зачем же делать такой пол? — задиристо спросил Честер.

— Мы не покрывали паркетом пол в конюшне, — со спокойным сарказмом отозвался юноша-слуга. Он принес несколько дисков из мягкого материала. — Наложите по одному на каждое копыто. Они пристанут к ним, и ваша поступь будет смягчена.

— А не хочешь ли нацепить эту штуку себе на рот? — угрожающе спросил Честер.

— Лишь мелкая уступка! — прошептал сзади Бинк.

Хотя копыта Честера и выздоровели, когда целительный эликсир залечил все повреждения, причиненные лошадиной половине кентавра, они были достаточно жесткими и могли оставить на паркете следы.

— Не задирай беднягу! Демоны, надо думать, очень строги на этот счет и наказывают слуг за нарушение правил!

Честер неохотно приложил фетровые диски к копытам. Они тотчас же прилипли к ним и сделали шаг кентавра бесшумным.

Они миновали элегантный холл, спустились по застеленной ковром лестнице и вошли в небольшое помещение, где Честеру еле хватило места.

— Если это ваш главный зал... — начал было он.

Слуга коснулся кнопки. Дверь скользнула и закрылась. И тут комната вдруг тронулась с места.

Перепуганный Бинк уперся руками в стенки, а Честер пробил, хоть и смягченным копытом, дыру в полу.

— Полегче, гости дорогие! — нахмурился юноша. — Неужели вы никогда не ездили в лифте? Это — всего лишь неодушевленная магия: кабинка, которая поднимается или опускается, когда в нее входят. Так сохраняются лестницы от износа.

— А-а! — протянул Бинк, покраснев.

Комнатка остановилась, дверь скользнула в сторону. Они вышли в другой холл, и вскоре приблизились к покоям хозяина замка.

К удивлению Бинка, он оказался также человеком. Он был одет в богатую одежду из серебристой ткани, украшенную бриллиантами, но в таких же дурацких шлепанцах, как и слуга.

— Так вы предлагаете свои услуги в уплату за ночлег? — живо спросил он.

— Таков наш обычай, — ответил Бинк.

— И наш тоже! — приветливо кивнул хозяин. — Вы обладаете какими-нибудь особыми талантами?

О своем таланте Бинк рассказать не мог, а какой у Честера — не знал.

— Э-э, не совсем так. Но мы сильны и здоровы, и можем сделать какую-нибудь работу.

— Работу? Ну — только не это! — Хозяин помотал головой. — Здесь люди не работают.

— Вот как? — удивился Бинк. — А как же вы живете?

— Мы организуем, даем указания и — развлекаем. Ты умеешь чем-нибудь развлекать?

— Боюсь, что нет! — Бинк развел руками.

— Превосходно! Значит, из вас получатся идеальные зрители.

— Зрители?! — Бинк был уверен, что и Честер поражен не меньше его самого. Да, зеркало предсказало спектакль! — но быть зрителем — разве это услуга за приют и кров?

— Мы готовим своих артистов для развлечения публики и гостей. И берем за это плату услугами и материалами. Артист — весьма благородная профессия, как эстетически, так и практически. Но нам необходимо заранее измерить реакцию зрителей, чтобы с точностью знать, как именно нас встретят.

Зная репутацию замка, трудно было поверить в столь ничтожную плату.

— Стать зрителями, смотреть ваши представления — это все, что вы просите?! Разве это рациональная плата? Боюсь, мы не сможем представить даже более или менее толкового критического отчета...

— Совсем не обязательно! Наши магические мониторы измерят ваши реакции и примерно оценят их границы. Вам ничего не нужно будет делать — только честно реагировать!

— Это, пожалуй, мы сможем. — Однако, в голосе Бинка чувствовалось сомнение. — Если вас такое действительно устроит...

— Странная получается вещь! — произнес Честер. — Как же вышло, что вы заработали репутацию демонов?

Бинк смутился и пробормотал:

— Не очень-то дипломатично...

— Демонов?!.. Кто назвал нас демонами? — требовательно спросил хозяин.

— Людоед, — ответил Честер. — Он сказал, что вы своим проклятием погубили целый лес.

Хозяин потеребил бородку.

— Людоед выжил?

— Заткнись, Честер! — прошипел Бинк.

Но в кентавре уже взыграла природная склонность не подчиняться.

— Он всего лишь спасал свою даму-великаншу. А вы не захотели поддержать его естественное стремление к счастью. Вот поэтому...

— Ах да — тот самый великан... Полагаю, с его точки зрения нас и в самом деле можно назвать демонами. Для нас же демоническим будет разгрызание человеческих костей. Все зависит от личной перспективы.

Очевидно, кентавр не вызвал в хозяине враждебной реакции, но Бинк отнес такую удачу за счет чистого везения. Если, конечно, хозяин, как и его труппа, тоже не был актером. В этом случае их могут поджидать серьезные и тонко подстроенные неприятности.

— Тот людоед теперь стал вегетарианцем, — сказал Бинк. — Но я хотел бы спросить у вас: действительно ли вы владеете настолько разрушительным проклятием? И еще: почему вас так взволновало, чем занимается тот великан? У вас ведь нет причин опасаться людоедов на дне озера. К тому же, они и плавать-то не умеют.

— Да, у нас есть такие проклятия, — ответил хозяин. — Они требуют усилий всей нашей группы, сложения всей нашей магии. У нас нет индивидуальных талантов — только индивидуальные вклады в общее дело.

Бинк был поражен. Перед ним здесь оказалось целое общество, где таланты дублируются. Магия повторяет самое себя!

— Однако, — продолжал хозяин, — мы не накладываем свои проклятия бессистемно. На людоеде мы его использовали по чисто профессиональной причине. Он нарушил нашу монополию.

Гости не поняли хозяина.

— Вашу что?

— Мы держим в своих руках все официальные развлечения в южной части Ксанфа. А этот скверный актеришка пробрался на наше представление и украл нашу ведущую актрису. Мы не собираемся смиряться ни с подобными выходками, ни с конкуренцией.

— Великанша была вашей ведущей актрисой? — Поистине тут не перестанешь удивляться.

— Она была трансформированной нимфой и — непревзойденной актрисой. Все наши актеры великолепны, и вы сами это увидите. В той роли она играла самую людоедскую людоедку, какую только можно вообразить. Абсолютно ужасную! — Он смолк, очевидно, что-то припоминая. — Обладая таким артистическим темпераментом, она, в сущности, стала и вне сцены напоминать... да-да, людоедку. Примадонна...

— Тогда ошибку людоеда можно понять.

— Возможно. Но — не примириться с ней. Ему на том представлении совершенно было нечего делать. Пришлось отправить в утиль уже готовый спектакль. Он погубил нам целый сезон!

Бинку сейчас очень бы хотелось узнать, какой прием встретит великан-людоед, когда появится, чтобы спасти свою идеальную даму. Актрису в облике людоедки, да еще прямиком из замка демонов!

— А чем вам помешало дерево с магической древесиной? — напрямик спросил Честер.

— Люди ели его плоды и развлекались эффектами магии, которая становилась своей противоположностью. Ну как нам могла понравиться такая конкуренция?.. Вот мы его и уничтожили.

Честер выразительно посмотрел на Бинка, но — промолчал. Возможно в здешних людях действительно таилось нечто демоническое. Уничтожать все конкурирующие с ними виды развлечений...

— Так куда, говорите, вы направляетесь? — спросил наконец хозяин.

— К Источнику Магии, — ответил Бинк. — Насколько нам известно, он расположен под землей. А наилучший путь проходит через этот замок.

— Я не люблю шуток на свой счет. — Хозяин сразу посуровел. — Если вы не хотите рассказывать мне о своей миссии — это, без сомнения, ваше право. Но не оскорбляйте меня очевидными вымыслами.

У Бинка создалось впечатление, что для этого человека очевидность больший грех, чем вымысел.

— Послушай, демон... — Было видно, что Честер мужественно старается сдержаться. — Кентавры не лгут!

— Дай же мне самому разобраться! — поспешил встрять Бинк. — Тут — явное недоразумение. Мы ищем Источник Магии. Но нас, может быть, неверно информировали о том, каким образом до него добраться.

Хозяин смягчился.

— Вполне возможно, что дело обстоит именно так. Под замком находится только водоворот. Все что попадает в него, никогда не возвращается — исчезает бесследно. Наш замок — Врата. Мы охраняем водоворот и не позволяем ни о чем не подозревающим существам погибать ужасной смертью из-за собственной глупости. Кто сказал вам, что объект ваших поисков находится именно в этом направлении?

— Волшебник...

— Никогда не доверяйте Волшебникам! У всех у них на уме — одно недоброе.

— Гм, может быть и так, — неуверенно произнес Бинк, а Честер задумчиво кивнул. — Но, должен вам сказать, он говорил очень убедительно.

— Ах, они все говорят убедительно. — Хозяин мрачно отмахнулся и резко сменил тему. — Я покажу вам водоворот. Хотите? Тогда — прошу сюда!

Он подвел их к панели на стене. После его прикосновения она скользнула в сторону. За ней оказалась блестящая поверхность похожего на стекло материала. Нет, то было не стекло — поверхность двигалась. Были видны перемещающиеся горизонтальные неровности. Вглядевшись сквозь мутную преграду, Бинк рассмотрел объемную картину.

То была полая колонна, диаметром примерно вдвое больше расставленных рук. Ее заполняла вода, вращавшаяся с большой скоростью. Или — стекающая вниз по спирали...

— Водоворот! — воскликнул Честер. — Мы смотрим на нижнюю часть!

— Совершенно верно! — с гордостью произнес хозяин. — Мы соорудили замок вокруг него, заключив его в полую колонну при помощи магии. В него бросают преступников и прочие нежелательные и опасные элементы, и они исчезают в нем навсегда. Самое действенное средство устрашения.

Ну еще бы! Масса движущейся жидкости внушала почтительный трепет своей гладкой мощью. Но одновременно и пугала. И при всем том, она все-таки и по-своему притягивала, подобно пению Сирены или безумию.

Бинк с трудом отвел глаза.

— Но куда он течет?

— А кто осмелится узнать это? — спросил в свою очередь хозяин, выразительно шевельнув бровями.

Он установил панель на место, и зрелище водоворота исчезло.

— Ну... достаточно вопросов, — решил хозяин. — Мы накормим и напоим вас. А затем вы станете смотреть наш спектакль...

Обед оказался великолепным. Его подавали очаровательные молодые женщины, лишь чуть прикрытые зелеными накидками. Они оказывали путешественникам явно преувеличенное внимание; особенно — Честеру. Казалось, они были восхищены и его мускулистой человеческой, и прекрасной лошадиной половинами. И Бинк в который раз стал изводить себя вопросом: что такое особенное видится девушкам в лошадях?.. Сирене также не терпелось покататься верхом!

Наконец наевшихся до отвала Честера и Бинка отвели в театр. Сцена оказалась в несколько раз больше зрительного зала. По всей вероятности, эти люди больше любили играть сами, нежели смотреть.

Занавес поднялся, и представление началось: костюмированное действо, густо напичканное храбрыми фехтовальщиками, роскошными женщинами и смешными клоунами. Все они были в ярких безвкусных костюмах. Правда, дуэли были вполне впечатляющими, но Бинк подумал, насколько же умелыми оказались бы те же мужчины, с таким же оружием в руках, если бы стали участниками реального сражения? Есть ведь существенная разница между техническим сценическим мастерством и необходимыми для сражения смекалкой и мужеством!.. Да, женщины были прелестно обольстительными — но окажутся ли их формы столь же пышны без специальных одежд и приспособлений, а они сами — столь же остроумны без заученных наизусть строк?..

— Вы не находите нашу продукцию развлекательной? — спросил хозяин.

— Я предпочитаю жизнь, — честно ответил Бинк.

И хозяин сделал пометку в блокноте: ДОБАВИТЬ РЕАЛИЗМА.

Затем по ходу пьесы шла музыкальная сцена. Героиня спела приятную песенку о потере и тоске, размышляя о своем неверном возлюбленном, и просто невероятно трудно было представить, как любой болван — каким бы болваном он ни был — мог оказаться неверным столь милому и желанному существу?! Против воли Бинку опять вспомнилась, конечно, Хэмели, и он снова затосковал о ней. Рядом с ним стоял погруженный в свои непроницаемые мысли Честер: возможно, он также вспоминал свою жену Чери — на самом деле очаровательную леди-кентавр.

И тут к песне добавился навязчиво-приятный аккомпанемент. Заиграла флейта, и звук ее был настолько ясным и чистым, что прямо-таки посрамил голос певицы. Бинк поискал глазами флейтиста (или, возможно, флейтистку), но увидел лишь инструмент — сверкающую серебристую флейту, висящую в воздухе неподалеку от героини и играющую сама по себе. Магическая флейта!

Удивленная актриса перестала петь, а флейта все продолжала играть. Более того — освободившись от ограничений голоса певицы, она исполнила арию феноменальной сложности и красоты. Теперь все актеры стояли на сцене и слушали — для них флейта оказалась такой же неожиданностью, как и для Бинка.

Хозяин вскочил.

— Кто запустил эту магию?!

Отзыва не последовало; все были поглощены мелодией флейты.

— Очистить сцену! — повелительно возвысил голос хозяин; лицо его покраснело от гнева. — Все до единого — вон! Вон!

Актеры медленно потянулись за кулисы, оглядываясь на одинокий инструмент. Сцена опустела. Но флейта все еще играла, переходя от одной мелодии к другой, и каждая была красивее предыдущей.

Хозяин схватил Бинка за плечи.

— Твоя работа?! — Он чуть ли не задыхался.

Бинк с трудом оторвал взгляд от флейты.

— Я не обладаю такой магией!

И тут же хозяин вцепился в мускулистую руку Честера.

— Ты... Тогда это ты!

Честер повернул к нему голову.

— Что? — спросил он, словно выходя из оцепенения, и в ту же секунду флейта исчезла, а музыка смолкла.

— Честер! — крикнул озаренный Бинк. — Твой талант! Вся красота — в твоей душе! Красота, до сих пор подавленная! Потому что была связана с твоей магией! А как кентавр ты не мог...

— Мой талант? — Честер был изумлен. — Получается, это сделал я?!.. Но я никогда не осмеливался... Кто бы поверил...

— Сыграй еще! — взмолился Бинк. — Сотвори чудесную музыку! Докажи, что обладаешь магией! Как это сделал твой дядя-герой, отшельник Герман!

— Да, — кивнул Честер. — Хорошо.

Он сосредоточился. Флейта появилась снова и опять заиграла. И странно! — довольно уродливое лицо кентавра казалось все меньше и меньше таким.

Но — это не так уж и странно, понял Бинк. Выражение грубости на лице Честера было следствием его же собственных привычек к постоянному ворчанию и недовольству чем-нибудь. Теперь же это выражение растаяло — он в нем больше не нуждался.

— Тебе уже не потребуется год служить у Волшебника! — радостно напомнил Бинк. — Ты сам обнаружил свой талант.

— Какая отвратительная наглость! — возмущенно выкрикнул хозяин. — Вы приняли наше гостеприимство, пообещав взамен оказать нам услугу в качестве зрителей! Но оказывается, ты не зритель — ты сам артист! Вы нарушили наше соглашение!

Тут к Честеру вернулась часть его прежней строптивости и вспыльчивости. И флейта издала фальшивую ноту.

— В хвост и в гриву! — зарычал кентавр. — Я всего лишь подыгрывал песенке вашей героини! Играйте пьесу дальше — я буду смотреть и аккомпанировать.

— Сомневаюсь! — мрачно ответил хозяин. — В нашей среде мы не допускаем выступлений тех, кто не является членом гильдии. Мы сохраняем монополию!

— И что вы собираетесь сделать? — спросил Честер. — Закатить истерику?.. То бишь, наслать проклятие?

— Послушай... Не надо, Честер! — Бинк чуть не умоляюще посмотрел на друга.

— Я не потерплю подобного высокомерия от какого-то получеловека! — продолжал бушевать хозяин.

— Ах вот как! — вспыхнул кентавр. Сделав непристойный жест, он схватил хозяина за ворот рубашки и легко оторвал от пола. — Повтори...

— Честер! — протестующе крикнул Бинк. — Не забывай: мы — гости!

— Уже не гости! — прохрипел хозяин. — Убирайтесь из замка, пока мы не уничтожили вас! За такую наглость...

— Наглость — что я играл на магической флейте? Это ты называешь наглостью? — Честер не хотел верить своим ушам. — А тебе понравится, если я сейчас возьму и засуну эту флейту тебе в...

— Честер! — во весь голос заорал Бинк, тем не менее понимая позицию кентавра и даже испытывая к ней симпатию. И тут он произнес единственное имя, способное хоть как-то ослабить ярость его друга: — Чери бы это не понравилось...

— О, я не стану делать этого с ней! — громыхнул в ответ Честер, и — уже чуть утихомиренный — добавил: — И, конечно, не флейту...

Все это время кентавр держал хозяина на весу. Неожиданно рубашка порвалась, и тот позорно шлепнулся на пол. И даже более, чем позорно: он приземлился на свежую кучку грязи.

В сущности, это заметно смягчило падение и спасло хозяина от возможного синяка, зато многократно увеличило его неистовство.

— Грязь! Это животное бросило меня в грязь!

— Что ж, там тебе и место! — огрызнулся Честер. — Я только что подумал и решил, что не стану пачкать о тебя мою чистую серебряную флейту. — Он посмотрел на Бинка. — Я рад, что она серебряная, а не из какого-нибудь дешевого металла. Тут сразу видно качество!

— Конечно-конечно! — торопливо согласился Бинк. — Если бы мы теперь могли уйти...

— Как оказалась грязь на моем тиковом паркете! — грозно крикнул хозяин. Вокруг него уже собралась толпа актеров и слуг; они безмерно лебезили, помогли ему встать, подобострастно чистили его одежду...

— Это — сквигл! — с тревогой проговорил Бинк.— Он снова отыскал нас!

— А, так это ваш приятель! — взвизгнул хозяин, драматически переходя от одной степени ярости к другой. — Очень жаль, что я не знал! Сперва мы проклянем его! — И он наставил на кучку грязи трясущийся от возбуждения палец. — Все вместе! и-раз, и-два, и-три!

Все взялись за руки и сосредоточились. При счете «три» из пальца хозяина вспышкой молнии вырвалось проклятие. Молния оказалась шаровой — сверкающая масса размером с кулак устремилась вниз и коснулась кучки. И тут же исчезла — то ли взорвалась беззвучно, то ли проникла в землю. На мгновение нахлынула темнота и едко запахло, потом сразу посветлело, воздух очистился, и на полу не осталось ничего: ни грязи, ни сквигла, ни... участка пола.

Хозяин с удовлетворением посмотрел на дыру.

— Это чудовище нас больше не потревожит... А теперь — твоя очередь, получеловек! — Он поднял свой ужасный палец и наставил на Честера. — И-раз, и-два...

Бинк бросился вперед и оттолкнул его руку в сторону. Вырвавшееся проклятие ударилось в колонну. Опять на мгновение все погрузилось во тьму, и кусок колонны превратился в ничто.

— Посмотри, что ты натворил! — хозяин изошел истошным криком.

Бинк молчал. Вероятно, за неудачный выстрел нес ответственность его собственный талант. В конце концов, должно же было это проклятие хоть что-нибудь уничтожить! Да уж — Бинк сам мог не опасаться. Но вот Честер...

— Давай сматываться! — шепнул Бинк. — Подбрось меня туда, куда его проклятие не дотянется!

Честер, уже взявшийся за меч, снова сунул его в ножны.

— Правильно! Я-то могу за себя постоять. Но ты... Ты всего лишь человек. Прыгай на спину!

Бинк стремглав взлетел на спину кентавра, и они рванулись прочь как раз в тот момент, когда хозяин снова вытянул палец. Честер галопом промчался через холл; его копыт почти не было слышно — на них все еще держались фетровые диски.

С шумом, воем и гамом демоны кинулись в погоню.

— Где здесь выход? — крикнул Бинк.

— Откуда мне знать? Это вопрос для птичьего клюва. — Я — всего лишь бывший гость демонов...

Ах, старина Честер! Весь — колючки и бравада...

— Мы — где-то на верхнем этаже! — торопливо говорил Бинк. — Правда, они, видишь ли, не желают пользоваться лестницами. Но мы могли бы выбить окно и поплыть... — Он сунул руку в карман и нащупал пузырек с Волшебником и Кромби, затем снова поспешно стал шарить, пока не нащупал пузырек с пилюлями для дыхания под водой. Сейчас нельзя было допустить ни малейшей ошибки! — Надо, Честер, проглотить таблетки! Прошло уже больше двух часов...

Они проглотили их на скаку и теперь были готовы оказаться в воде, если смогут найти ее. Пока что хорошо было и то, что они оторвались от преследователей — никто из людей не в силах состязаться в скорости с кентавром!

Бинку пришла в голову новая мысль.

— Мы же не стремимся выбраться наверх, не так ли? Нам ведь больше надо — вниз, к Источнику Магии!

— Как раз от того места нас и старались отпугнуть! — согласился Честер. — И он развернулся столь же ловко, как некогда уклонялся от ананасовых бомб: поджав передние нота и задней частью повернувшись вокруг оси. И затем легким галопом пустился туда, откуда они только что примчались.

— Стой! — завопил Бинк. — Это самоубийство! Мы даже не знаем, где расположен вход в водоворот!

— Водоворот — в центре замка. Вопрос архитектурной стабильности! — отозвался Честер. — Кроме того, я обладаю собственным прекрасным ощущением направления. И знаю примерно, как отсюда добраться до водоворота! Я готов проделать и свой, личный, выход!

Бинк почти всегда упускал из виду, что за грубоватым фасадом кентавра кроется острый ум. Да уж — Честер знал, что делает!

Они завернули за угол и сразу же врезались прямо в группу преследователей. Те разлетелись во все стороны, но из мешанины тел вырвалось вдруг массивное проклятие и погналось за Честером.

Это заметил нервно озиравшийся Бинк.

— Быстрее, Честер! У тебя на хвосте — молния! Проклятие!

— На хвосте?! — негодующе переспросил Честер и рванулся вперед. Вот как — против угрозы своему некрасивому лицу он не возражал, зато прекрасная задняя часть была для него едва ли не священна.

Проклятие, видя цель, неуклонно продолжало их преследовать.

— От этого нам не уйти! — От отчаяния у Бинка сжалось сердце. — Оно замкнуто на нас. Как то, другое, было замкнуто на великана-людоеда...

— Не поклясться ли нам, что никогда больше не будем грызть кости?

— Человеческие — мне, по крайней мере, не по зубам...

— Кажется, впереди — водоворот! — предупредил Честер. — Держись! Я прыгаю в него!

Он ринулся прямо в глухую деревянную панель — под ударом копыт она разлетелась в щепки. И кентавр со всадником рухнули в водоворот...

Жуткий вихрь поглотил Бинка, грубо швыряя его из стороны в сторону и увлекая все ниже и ниже; он лишь мельком успел увидеть вызывающую ужас темную центральную шахту. И последней его мыслью было; что там с преследующим их проклятием? После чего он по спирали скользнул в забытие.