Насреддин пахал, и у вола порвалась кожаная упряжь. Он снял чалму и связал постромки. Конечно, не прошел он и круга, как упряжь снова порвалась. Тогда: он огрел вола палкой и закричал:

— Что ты за упрямая скотина! Разве ты не знал, что коленкор не такой прочный, как кожа?! Чего же напирать-то?