Осел Насреддина остановился в пути: не хотел идти, то ли от лени, то ли от усталости. Насреддин разозлился и стал лупить осла палкой, потом позвал сына и говорит:

— Отныне не давай этому бездельнику ослу ни сена, ни ячменя, покуда он не даст слова впредь не мучить меня дорогой.

Как только они вышли из стойла, Насреддин шепотом сказал:

— Ты не думай, что это я взаправду насчет корма. Я говорил для острастки, чтобы он перестал лениться. Как только я уйду, ты задай ему корм, будто тайком от меня.