У меня растут года́ —

будет мне семнадцать.

Где работать мне тогда,

чем заниматься?

Нужные работники —

столяры и плотники!

Сработать мебель мудрено:

сначала мы берём бревно

и пилим доски

длинные и плоские.

Эти доски вот так

зажимает стол-верстак.

От работы пила

раскалилась добела.

Рубанок в руки —

работа другая:

сучки, закорюки

рубанком стругаем.

Хороши стружки —

жёлтые игрушки!

А если нужен шар нам

круглый очень,

на станке токарном

круглое точим.

Готовим понемножку

то ящик, то ножку.

Сделали вот столько

стульев и столиков!

Столяру хорошо,

а инженеру — лучше.

Я бы строить дом пошёл —

пусть меня научат.

Я сначала начерчу

дом такой, какой хочу.

Самое главное,

чтоб было нарисовано

здание славное,

живое словно.

Это будет перёд —

называется фасад.

Это каждый разберёт:

это — ванна, это — сад.

План готов, и вокруг

сто работ на тыщу рук.

Упираются леса

в самые небеса.

Где трудна работка,

там визжит лебёдка,

подымает балки,

будто палки,

перетащит кирпичи,

закалённые в печи.

По крыше выложили жесть —

и дом готов, и крыша есть.

Хороший дом, большущий дом

на все четыре стороны,

и заживут ребята в нём

удобно и просторно.

Инженеру хорошо,

а доктору — лучше.

Я б детей лечить пошел —

пусть меня научат.

Детям я лечу болезни, —

где занятие полезней?

Я приеду к Пете,

я приеду к Поле.

«Здравствуйте, дети!

Кто у вас болен?

Как живете? Как животик?»

Погляжу из очков

кончики язычков.

«Поставьте этот градусник

под мышку, детишки!»

И ставят дети радостно

градусник под мышки.

«Вам бы очень хорошо

проглотить порошок

и микстуру

ложечкой

пить понемножечку.

Вам в постельку лечь поспать бы.

Вам — компрессик на живот,

и тогда

у вас до свадьбы

всё, конечно, заживёт».

Докторам хорошо,

а рабочим — лучше,

я б в рабочие пошёл,

пусть меня научат.

Вставай!

Иди!

Гудок зовёт —

и мы приходим на завод.

Народа — рота целая,

сто или двести.

Чего один не сделает —

сделаем вместе.

Можем железо

ножницами резать,

краном висящим

тяжести тащим;

молот паровой

гнёт и рельсы травой.

Олово плавим,

машинами правим.

Работа всякого

нужна одинаково.

Я гайки делаю, а ты

для гайки делаешь винты.

И идёт работа всех

прямо в сборочный цех.

Болты, лезьте

в дыры ровные,

части вместе

сбей огромные.

Там — дым,

здесь — гром.

Громим

весь дом.

И вот

вылазит паровоз,

чтоб вас

и нас и нёс и вёз.

На заводе хорошо,

а в трамвае — лучше.

Я б кондуктором пошёл —

пусть меня научат.

Кондукторам

езда везде —

с большою сумкой кожаной

ему всегда, ему весь день

в трамваях ездить можно.

«Большие и дети,

берите билетик,

билеты разные,

бери любые,—

зеленые, красные

и голубые!»

Ездим рельсами.

Окончилась рельса,

и слезли у леса мы —

садись и грейся.

Кондуктору хорошо,

а шоферу — лучше.

Я б шофером пошел —

пусть меня научат.

Фырчит машина скорая,

летит скользя.

Хороший шофер я —

сдержать нельзя.

Только скажите,

вам куда надо? —

без рельсы жителей

доставлю на дом.

Е-

дем,

Ду-

дим:

«С пу-

ти уй-

ди!»

Быть шофёром хорошо,

а лётчиком — лучше.

Я бы в лётчики пошёл —

пусть меня научат.

Наливаю в бак бензин,

завожу пропеллер.

«В небеса, мотор, вези,

чтоб взамен низин

рядом птицы пели».

Бояться не надо

ни дождя, ни града.

Облетаю тучку,

тучку-летучку.

Белой чайкой паря,

полетел за моря.

Без разговору

пролетаю гору.

«Вези, мотор,

чтоб нас довёз

до звёзд и до луны,

хотя луна и масса звёзд

совсем удалены».

Лётчику хорошо,

а матросу — лучше.

Я б в матросы пошёл —

пусть меня научат.

У меня на шапке лента,

на матроске — якоря.

Я проплавал это лето,

океаны покоря.

Напрасно, волны, скачете,—

на зависть циркачу,

на реях и по мачте

гуляю, как хочу.

Сдавайся, ветер вьюжный,

сдавайся, буря скверная,—

открою полюс Южный,

а Северный — наверное.

Книгу переворошив,

намотай себе на ус —

все работы хороши,

выбирай на вкус!