Разрезая носом воды,

ходят в море пароходы.

Дуют ветры яростные,

гонят лодки парусные.

Вечером, а также к ночи,

плавать в море трудно очень

Всё покрыто скалами,

скалами немалыми.

Ближе к суше еле-еле

даже днём обходят мели.

Капитан берёт бинокль,

но бинокль помочь не мог

Капитану так обидно —

даже берега не видно.

Закружит волна кружение,

вот и кораблекрушение.

Вдруг — обрадован моряк:

загорается маяк.

В самой темени как раз

показался красный глаз.

Поморгал — и снова нет,

и опять зажёгся свет.

Здесь, мол, тихо — все суда

заплывайте вот сюда.

Бьётся в стены шторм и вой.

Лестницею винтовой

каждый вечер, ближе к ночи,

на маяк идёт рабочий.

Наверху фонарище —

яркий, как пожарище.

Виден он во все моря,

нету ярче фонаря.

Чтобы всем заметиться,

он ещё и вертится.

Труд большой рабочему —

простоять всю ночь ему.

Чтобы пламя не погасло,

подливает в лампу масло.

И чистит исключительное

стекло увеличительное.

Всем показывает свет —

здесь опасно или нет.

Пароходы, корабли —

запыхтели, загребли.

Волны, как теперь ни ухайте,—

все, кто плавал,— в тихой бухте.

Нет ни волн, ни вод, ни грома,

детям сухо, дети дома.

Кличет книжечка моя:

— Дети,

будьте как маяк!

Всем,

кто ночью плыть не могут,

освещай огнём дорогу. —

Чтоб сказать про это вам,

этой книжечки слова

и рисуночков наброски

сделал

дядя

Маяковский.