Выйдя из душного, пропахшего сигарами и алкоголем казино, я наконец-то смог глубоко вздохнуть. Время уже тянулось к вечеру, небо постепенно меняло свой цвет с нежно-голубых оттенков на тепло-золотистые. Менялась и сама погода: на место изматывающей жары пришла приятная прохлада. Запах моря, доносился даже до этого места, хотя из-за построек в округе самих голубо-изумрудных вод и не было видно.

Между тем, помимо приятной курортной обстановки в округе я не мог не замечать проходившей игры. Мимо меня то и дело проскальзывали Стражники душ или сами игроки — снаружи их было куда больше, чем внутри казино. Казалось, не многие отваживались скрываться именно внутри зданий. Все-таки сбежать и скрыться на улицах шансов было намного больше.

Плавно следуя по асфальтированным улочкам, я задумчиво осматривался по сторонам. Справа от меня в небо тянулись огромные здания, но слева виднелся парк, весь зеленый, таинственный, так и манящий зайти в него.

Заметив где-то впереди бегущую мне наперерез фигуру, я невольно остановился. Красная кепка и громоздкие кандалы сразу же привлекли мое внимание. Человек, которого я заметил среди безлюдной тихой улицы, проскочил через дорогу и быстро скрылся в парке. Не долго думая, я последовал прямо за ним.

Конечно, так как я не был официальным игроком, в сущности, мне не нужно было принимать действительно активное участие. Достаточно было лишь избавить Макси от нескольких соперников, чтобы шанс на ее победу оказался выше. И так как я знал, что сама лисица была не из робкого десятка, я не сомневался, что она и в одиночку могла расправиться со всеми участниками. Просто в этот раз ей хотелось хотя бы немного увеличить свои шансы.

Пройдя через широкие помпезные ворота в парк, я стал вести себя немного осторожнее. Здесь, как и на улице, по которой я шел до этого, практически не было людей. Тишина, которая окутывала это место, даже напрягала. И учитывая основное правило всех игр — игроки не должны отвлекать остальных авторов — можно было предположить, что именно в таких безлюдных местах большинство из них и пыталось скрываться.

«Судя по всему, Собиратели душ знают, где искать игроков. Конечно, они не настолько хорошо их чувствуют, и поэтому у авторов все же есть шанс спрятаться где-нибудь за стеной или под столом, но факт остается фактом: Собиратели направляются в конкретные точки, где скрываются их цели — районы, улицы, дома».

Услышав где-то неподалеку тихий шелест, я замер. Человек, за которым я следовал, бежал по параллельной тропе куда-то вглубь парка. Из-за тяжелых цепей на своих ногах, конечно же, уносить ноги так, как ему хотелось, он не мог. Но все же у него получалось быть быстрее черепахи.

Внезапно странное предчувствие подсказало мне обернуться. Сделав это, я увидел на входе в парк, прямо посреди распахнутых врат, фигуру Собирателя душ. Все эти создания были похожи друг на друга, как две капли воды. Так что понять видел ли я уже этого Собирателя, или же это был уже кто-то другой — я не мог.

Создание совершенно спокойно прошествовав вперед, прошло мимо врат и быстро начало сокращать расстояние между нами. Я его не интересовал — это было видно потому, что он шел на несколько шагов правее от меня. Но как только мы оказались рядом друг с другом, я улыбнулся и спокойно сказал:

— Я видел, как один из игроков забежал сюда, но, если ты хочешь его найти, тебе следует свернуть направо.

Собиратель даже не остановился. Пройдя мимо меня и, будто совершенно проигнорировав, он продолжил идти вперед по тропе в прежнем темпе. Конечно, учитывая то, что игроки были скованы, самим Собирателям не было смысла спешить, но на их месте я бы попытался ускорить процесс всех этих игр и начал бы хотя бы быстро ходить, а не тащиться, словно равнодушное приведение.

«У них еще и характер свой есть? — Обернувшись следом за этим созданием, я насмешливо улыбнулся. — Прошлый Собиратель меня послушался, а этот не стал менять своего курса. Наверняка, если бы он мог что-то сказать, то сказал бы мне что-нибудь едкое».

Внезапно откуда-то со стороны прозвучал посторонний человеческий голос:

— Ты тоже участвуешь в игре?

Услышав его, я резко развернулся и увидел в тени деревьев фигуру парня, который, как оказалось, уже долгое время наблюдал за мной. Стоило этому человеку сделать шаг вперед и выйти на свет, как я сразу узнал его — это был один из людей Ридрика, парень по имени Захид.

С виду не самый приметный, да и по нраву довольно спокойный юноша смотрел на меня с некоторым недоверием. С его и без того зауженными глазами даже небольшой прищур выглядел так, будто он меня в чем-то подозревал.

Подняв обе руки вверх, я улыбнулся и ответил:

— Нет, как видишь. Я не ношу ни кепки, ни оков.

— Но ты помогаешь кому-то, как и я?

Я тяжело вздохнул. Эти слова Захида сразу дали мне понять, что именно он делал в этом парке в полном одиночестве. Устало почесав затылок, я спросил:

— Неужели вы, ребятки, и здесь решили поучаствовать?

— Кто бы говорил, — голос Захида звучал все строже. — Ты только вернулся из апокалипсиса. Почему сразу в игры решил броситься?

— А почему бы и нет? Я просто хотел помочь одному другу, у которого на кону стоит жизнь.

— Ты же знаешь, что у всех нас тут на кону стоят жизни?

Наступила тишина. Мы задумчиво смотрели друг на друга, явно давая понять, что в этой ситуации выходов было не особо много.

— И что делать будем? — холодно протянул Захид. — Я отступать не собираюсь.

— Какая жалость, я тоже.

Мы оба замолчали, и в ту же секунду начали действовать. Я бросился навстречу Захиду, прекрасно понимая, что его слабым местом был ближний бой. Он же, быстро подняв руки вверх, активировал купленный в Межмирье артефакт.

Сильные потоки ветра помчались ко мне, словно несколько брошенных острых лезвий. Ощутив и даже краем глаза заметив их, я быстро отскочил в сторону, но так и не затормозил.

Пока Захид пытался сориентироваться, я успел подбежать к нему практически вплотную. Лишь когда я потянулся за его рукой, чтобы перебросить его через себя, Захид смог вновь применить свой артефакт.

Я ощутил опасность за мгновение до того, как возник ветер. Все же успев ухватиться за руку противника, я потянул его на себя, а сам быстро проскочил мимо. Захид повалился вперед, его ветер развеялся сразу же, как и возник, а я, оказавшись у него за спиной, спросил:

— Ты уже успел вылечить свое ранение?

Захид, осознав, что я был слишком близко, быстро начал оборачиваться.

— Какое…

Резко сев, выставив правую ногу и сразу же ударив ею по голени противника, я сбил его с ног. Моя атака получилась намного слабее, чем я себе это представлял. Все-таки мое настоящее тело было далеко от той формы, которую имел Айн из апокалипсиса. По этой же причине я все еще чувствовал себя так, будто бы находился не в своем теле.

Как только Захид рухнул на землю, я быстро перевернул его лицом в землю, забрался поверх него и схватил его за стопу.

— Нога, — равнодушно ответил я.

Перепуганный и быстро все осознавший парень истошно воскликнул:

— Подожди!

Но ждать я не стал. Быстро повернув стопу Захида, я не то что бы свернул ее, но дернул достаточно сильно. Для человека, у которого и без того была трава, мое действие было сродни пытки. Парень громко закричал и вцепился руками в траву. Я же, смотря на его муки, невольно подумал:

«Если бы первым не попытался напасть на меня, еще и с артефактом, я бы тебя не тронул».

— Вы что творите⁈ — внезапно прозвучал женский голос откуда-то неподалеку.

Осмотревшись, я заметил фигуру девушки, быстро приближавшейся к нам. Эльфийка Ная кое-как волочила ноги под тяжестью оков. Красная кепка на ее голове, а также цепи на ее ногах подсказывали, что она была игроком. И учитывая то, что она находилась здесь, нетрудно было догадаться кому именно помогал Захид.

Заметив возмущение и искреннее удивление на лице подошедшей девушки, я быстро указал пальцем на стонущее подо мной тело и ответил:

— Он первый начал.

Ная плотно стиснула зубы. По ее выражению лица я видел, что она была недовольна, но почему-то в этот раз она не спешила нападать на меня или покрывать всевозможными оскорблениями. Вместо этого, приложив руку к передатчику на своем ухе, напоминавшего что-то вроде современного наушника, она спокойно проговорила:

— Ридрик, этот сумасшедший тоже здесь. Что мне с ним…

Я улыбнулся. Теперь догадаться почему Ная не была зла на меня оказалось легче. Просто вся их группа изначально догадывалась, что я тоже могу ввязаться в новую игру. Да, учитывая прошлое, это было даже ожидаемо.

Посмотрев на Наю, я уже было хотел попросить ее передать кое-что Ридрику, но неожиданно заметил быстро выросшую позади нее тень. Собиратель душ, приблизившись к девушке со спины, раскинул свои лапы в стороны, будто бы собираясь ее поймать. Вскочив на ноги, я громко воскликнул: «Осторожно!» — и сразу же вцепился в плечо Наи. Я потянул девушку на себя, невольно вынуждая ее рухнуть на колени рядом с Захидом, а сам замер на ее месте.

Собиратель, не успевший вовремя остановиться, навалился на меня, и в тот же миг я громко прокричал:

— Ветер!

Захид понял все сразу. Перевернувшись, и сразу же подхватив Наю на руки, он побежал прочь от этого места. Его ветер помог ему ускориться так быстро, что уже несколько мгновений спустя парочка просто скрылась на линии горизонта, а я и Собиратель замерли друг напротив друга.

Казалось, эта ситуация была в равной степени неожиданной для нас обоих. Я тяжело дышал и пытался сохранять уверенность. Собиратель же, затормозив предо мной в последнюю секунду, плавно опустил руки и зловеще выпрямился. Ни его глаз, ни черт его лица не было видно, но даже мне было ясно, что в этот момент он был предельно зол.

— Что? — удивленно спросил я. — Я не игрок.

Собиратель внезапно снова начал наклоняться ко мне, и странное предчувствие сразу подсказало, что мне не стоило ни отстраняться, ни дышать. Демонстративно, будто бы пытаясь вселить в меня как можно больше страха, Собиратель замер рядом с моим ухом и холодно проговорил:

— Не нарывайся.

Эта интонация, как и этот ледяной голос вызвали шок. Если раньше мне казалось, что Собиратели не говорили, теперь я понимал, что это было большим заблуждением.

Кое-как набравшись сил и храбрости, чтобы улыбнуться, я проговорил:

— А голос-то человеческий.

Собиратель ничего на это не ответил. Плавно развернувшись, он просто двинулся в сторону выхода из парка. Теперь я остался совсем один, среди множества деревьев и с ворохом странных мыслей.

«У меня появилось еще больше вопросов по поводу устройства Межмирья. Коты и Собиратели душ — это единственные существа, которые здесь постоянно обитают, или же есть кто-то еще?»

* * *

Чтобы снова встретиться с ним, долго бродить мне не пришлось. Стоило только свернуть с оживленной центральной улицы в ближайший переулок, как там, где-то среди наваленных друг на друга досок, появилась мужская фигура. Ридрик стоял в этом месте совсем один, и явно ожидал моего появления.

— Остальные уже рассказали мне обо всем, — спокойно заговорил он, даже не поднимая на меня взгляда, — ты решил помочь кому-то в игре? Кто это?

— Друг.

— Друг? — лишь теперь, недоверчиво посмотрев на меня, он задумался о чем-то. — И этот друг тебе настолько важен, что ты вновь готов пойти против нас?

Эти слова даже немного задевали меня. Прямо сейчас мне не хотелось портить с кем-либо отношения. Особенно из-за такой глупой причины, как игра.

— Послушай, — приподняв руки, я начал говорить размеренно, будто пытаясь кого-то в чем-то убедить, — игры — это личный выбор каждого и неотвратимое соперничество. Они не должны влиять на то, как мы относимся друг к другу в обычное время.

— Это смотря то, как ты играешь.

Ридрик смотрел на меня с недовольным прищуром. Я знал, почему он так говорил. В прошлой игре я порядком подпортил настроение всей их команде. Сейчас же я вряд ли бы стал играть против них также грязно, однако я все равно не видел в случившемся моей вины. Я просто пытался отбиваться от их групповых нападок. Да, ради этого я использовал все возможные средства. Но и они поступали также. Можно им, значит, можно и мне.

Мне хотелось вывалить все это прямо на Ридрика, и наконец-то разъясниться, но в этой ситуации никакого эффекта это бы не принесло. В лучшем случае мы бы просто поссорились. В худшем, он бы напал на меня прямо сейчас. Тогда, выбрав другую тактику, я заговорил:

— Она осталась одна, и через некоторое время ей предстоит пройти свой самый опасный апокалипсис. Без этой награды она может не выбраться, поэтому я и согласился.

Ридрик зловеще усмехнулся, а я продолжил:

— Я понимаю, что тебе, должно быть, наплевать на это…

— Нет, — уверенно перебил меня парень, — знаешь, в какой-то степени я даже рад такому повороту событий.

— О чем ты?

Плавно выпрямившись и приблизившись ко мне, Ридрик подошел практически вплотную и широко улыбнулся.

— Когда я встретился с тобой впервые, ты был настоящим эгоистом, который думал только о себе. Конечно, ты все еще эгоист, но наконец-то думаешь о других людях. Прогресс, с какой стороны не посмотри.

— То есть… — нерешительно протянул я.

Ридрик, подняв руку, резко хлопнул меня по плечу, да с такой силой, от которой я невольно прогнулся.

— Ты уступил нам в прошлый раз, — радостно отвечал парень, — мы уступим тебе в этот. Но не думай, что это будет повторяться бесконечно.

Я выпрямился и снова посмотрел на него. Этот его ясный открытый взгляд сообщал, что в словах Ридрика не было ни капли лжи. Он действительно был готов пойти мне навстречу.

Осознав это, невольно улыбнулся в ответ и протянул ему руку.

— Да, я понимаю.

Ридрик, пожав мою ладонь, быстро кивнул. Больше оставаться рядом со мной он не стал. Обойдя меня, он просто двинулся прочь. И напоследок, когда он уже было хотел свернуть за угол, я услышал лишь его обрывистую команду остальным товарищам:

— Все… выходим.

* * *

Первый день моего возвращения в зону отдыха подходил к концу. Я сидел на крыше многоэтажного здания, свесив ноги прямиком в пропасть. Ни сильные потоки ветра, ни высота меня не пугали. Чего бояться, когда ты уже мертв?

Но мысли были у меня отвратные. Конечно, меня радовало то, что вся эта ситуация с игрой сложилась так удачно. Само осознание того, что я помог кому-то, на удивление, грело душу. Но оно же и заставляло меня переосмысливать все то, что случилось со мной с момента гибели.

В начале, когда я только попал в Межмирье, у меня не было даже времени на то, чтобы осознать, что я был мертв. Меня сразу отправили в мой апокалипсис, и тогда единственное, о чем я мог думать, так это только о способе спасения своей шкуры. Возможно, поэтому и результат прохождения того мира был настолько неприятным — я же не спас главного героя. Стив умер в том мире, и пусть именно благодаря ему я смог выжить и наладить связь с другими призраками, это все равно не было наилучшим исходом. Мог ли я тогда сделать что-то еще, чтобы помочь ему? Прямо так же, как я делал это для Алгара.

Приподняв руку и осторожно приложив ее к затылку, я невольно вспомнил о номере 8888, выбитом на моей шее, словно какая-то дешевая татуировка. Этот номер был присвоен мне сразу после гибели. По нему ко мне впервые обратился мой кот-наблюдатель, а это значит, что номер был порядковым. Только вот мне не верилось в то, что я был всего лишь 8888 автором в этом месте. Скорее уж я был 8888 у своего кота, а это уже в корне меняло дело.

— Ха, — выдохнув, я невольно улыбнулся и подался вперед. Длинная улица, буквально сиявшая от множества разнообразных вывесок и огней, была на удивление безлюдна в подобное время. В какой-то степени эта тишина, и этот вид помогали мне успокоиться.

Сейчас, когда я наконец-то мог спокойно выдохнуть и вспомнить прошлое, я понимал, насколько нерационально себя вел. Смерть настолько сильно вскружила мне голову, что сразу после первого своего апокалипсиса я начал вести себя, как какой-то самонадеянный идиот. Держался от всех в стороне, пытался вложить все свои силы в постоянные тренировки, решил участвовать в игре и довольно нагло начал вести себя с окружающими. Казалось, все то, что я делал раньше, было лишь глупой попыткой наверстать упущенное. Упущенное в моей настоящей жизни. Я ведь столько времени потратил в прошлом на то, чтобы создать параллельные миры и описать чужие красочные жизни, что совсем не задумался о том, как проходит моя жизнь. И в итоге моя прошла весьма жалко.

Где-то позади прозвучал глухой скрип. Так шумела входная дверь на крышу, когда ее пытались открыть наружу. Мысленно уже обдумывая, кто же мог меня навестить, я просто замер, и вскоре услышал радостный женский голос:

— Я победила. Игра закончилась, и я победила, представляешь?

— Представляю. — Улыбнувшись, я плавно поднялся на ноги, развернулся и отошел как можно дальше от края крыши. — Теперь ты сможешь пройти свой апокалипсис, верно? Это очень хорошая новость.

Макси, улыбавшаяся в начале, при виде моего лица почему-то стала выглядеть чуть строже. Сначала исчезла ее улыбка, а затем и брови недоверчиво сдвинулись вместе. Она, чуть наклонив голову, исподлобья взглянула на меня, и уже даже как-то угрожающе.

— Рассказывай, — серьёзно заявила лисица.

— Что рассказывать?

— Что тебя гложет. Или ты думаешь, что я слепая?

Я натянуто улыбнулся и невольно закрыл глаза. Неужели я должен был прямо так выложить ей все, что думаю? И с чего в таких случаях обычно начинают?

— На самом деле, кое-кто сказал мне кое-что, о чем я теперь не могу перестать думать.

Макси выпрямилась и скрестила руки на груди. Теперь, когда на ее голове не было той дурацкой красной кепки, а ее ноги были свободны от оков, она даже выглядела как-то увереннее в себе.

— Подробности?

С каждым новым словом я все сильнее опускал взгляд и склонял голову, будто не хотел, чтобы на меня кто-то смотрел. Даже рука в этот момент как-то неловко и неосознанно потянулась к затылку.

— Среди тех, кто играл против тебя сегодня, — продолжал говорить я, — были знакомые мне авторы. Фактически я попросил их отступить, и они согласились.

— Но?

— Но один из них сказал мне, что он даже рад тому, что я решил помочь тебе. Он сказал, что раньше я думал только о себе, но теперь наконец-то думаю и о других.

— Я что-то не понимаю, — Макси намеренно наклонилась и недоверчиво заглянула мне прямо в глаза, — почему эти слова тебя так волнуют? Разве это не хорошо?

— Раньше он говорил, что у меня нет товарищей, и поэтому я думаю только о себе. Что из-за этого я готов вредить другим людям.

— Он точно так сказал?

— Я уже не помню, как именно он сказал тогда, но посыл был именно такой.

Макси улыбнулась, а я невольно посмотрел куда-то вправо. Да, я уже не помнил нашего дословного разговора, но все же я был уверен, что в прошлом как-то так Ридрик и сказал мне.

— Хм… Ясно, — девушка улыбнулась и снова отступила. — Так, что дальше?

— Я очень долго отгонял от себя эти мысли, но в итоге снова и снова возвращался к ним. И… думал об авторах, с которыми я впервые оказался в комнате ожидания. В отличие от меня они до сих пор не выбрались из своих первых миров. И сейчас они уже почти одной ногой к тому…

— Чтобы стать заблудшими душами, — продолжала за меня Макси. — Понимаю.

— Поэтому, когда мне вновь напомнили о прошлом, я подумал. Неужели я никак не могу им помочь? Прямо как сегодня я помог тебе.

— Подожди минутку, — девушка резко вытянула руку и положила мне ее на грудь, — ты же этих людей совсем не знаешь, верно?

— Верно. Просто мне жалко все время оказываться в этой комнате ожидания и видеть, как они страдают.

— Глупые, глупые мысли. — Макси быстро закачала головой, и вместе с тем ее длинные уши начали легко подрагивать. Мысленно я даже соглашался с ней, и уже был готов отказаться от этой идеи, пока она не продолжила: — Но я тебя понимаю. Мы с Рейной тоже из одной комнаты. Это значит, что у нас один и тот же кот наблюдатель. Конечно, первые свои миры мы прошли самостоятельно, но позже друг без друга продвигаться дальше уже не могли.

— Почему?

— Слишком тяжела ноша. — Опустив руку, девушка тяжело выдохнула. — Ты прошел всего два мира, поэтому, возможно, еще не осознаешь этого, но чем дальше ты будешь идти, тем больше смертей увидишь. И чем длиннее будут романы, в которых ты окажешься, тем меньше ты будешь помнить про себя настоящего. Если вне апокалипсиса не будет никого, кто протянет тебе руку помощи, когда ты изнеможденный и разбитый выйдешь на свободу, тогда в какой-то момент ты просто сломаешься.

— Как ребята из казино?

— Именно.

Я невольно замолчал. Мне нужно было время на то, чтобы переосмыслить все это, но Макси меж тем продолжала говорить:

— Знаешь, а ведь мы с тобой можем даже не встретиться в будущем. Возможно, кто-то из нас не выйдет из своего мира или же пока один будет в Межмирье, другой будет покорять апокалипсис.

— Или нас просто будет постоянно разбрасывать в разные зоны отдыха?

— Именно. Таких мест, как это, в Межмирье бесчисленное количество. Собственно, как и авторов. Проще всего поддерживать связь с авторами из собственной комнаты ожидания. Или же иметь большую команду, которая будет ждать твоего возвращения в Межмирье. Только тогда вы никогда не потеряете связь.

— Кажется, я понимаю, чему ты клонишь.

— А я понимаю, что ты задумал.

Мы невольно переглянулись, и внезапно рассмеялись. Макси говорила правильно: «глупая, глупая была у меня идея». Но все же не самая бессмысленная, верно?

Успокоившись лишь некоторое время спустя, я глубоко вздохнул и снова заговорил:

— У меня есть еще один вопрос. Послушай, кто такие Собиратели душ вне игры? Они чему-то занимаются?

Макси тоже попыталась собраться с силами. Она уже не смеялась, но продолжала широко улыбаться.

— Организовывают порядок в Межмирье. Находят заплутавших авторов, выявляют нарушителей правил и прочее. С ними не стоит иметь дел.

— То-то они показались мне подозрительными. Еще смотрели на меня так жутко.

И вновь лицо девушки показалось мне строгим. Недоверчиво нахмурившись, она спросила:

— Что-то случилось?

— Да, ничего. Просто, кажется, я повздорил с одним из них.

— Ты ненормальный? Собиратель душ в этом месте — это практически смерть с косой. Именно они решают судьбы умерших. В этом месте они не менее важны, чем коты-наблюдатели. К ним вообще лучше не подходить.

— Правда? А мне показалось, что у нас с одним из них вышел ничего такой диалог.

— С тобой говорил Собиратель душ?

Я слегка улыбнулся. По шокированному выражению лица девушки было видно, что мои слова немного ее ошарашили. Вместо ответа я кивнул, а она сразу же спросила:

— И что он сказал?

— Не наглей.

Макси тяжело вдохнула. Повернувшись ко мне боком, она положила руки к лицу и устало наклонилась вперед. Из ее увещеваний и невнятного бормотания я смог уловить всего две обрывистые фразы:

— Его точно когда-нибудь прикончат… Я это гарантирую.

— Макси, — с улыбкой позвал я, — открою тебе тайну, но мы все уже давно мертвы.

— Ну, тебя! — Девушка резко подскочила стукнула меня кулаками и недовольно нахмурилась. — Надеюсь, что больше никогда не увижу тебя, самоубийца!

Она развернулась и быстро двинулась куда-то прочь. В этот момент ее уши и длинный хвост торчали вверх, словно у испуганной рычащей кошки. Эта сцена вызвала у меня такой хохот, который явно было слышно отовсюду, и Макси, уже даже не оборачиваясь на него, довольно быстро добралась до двери. Лишь в последний миг собравшись с силами, я воскликнул в ответ:

— И я буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи!

Прозвучал скрип, а следом и громкий хлопок двери. Я остался один в полумраке, на крыше неизвестного мне здания в каком-то непонятном районе.

Возможно, для нас двоих это была действительно последняя встреча. И, конечно, это было не самое лучшее ее завершение, но все же я был уверен, что этот разговор смог приободрить нас обоих.

Потянувшись к карману своих брюк, я плавно вынул из них пластиковую карту и небольшой кулон. Карта содержала в себе все те очки, что я успел получить как автор, проходящий апокалипсисы, а также все то, что я сумел выиграть в казино. Кулон же, переливавшийся даже в полумраки ярким красноватым оттенком, был нужен для связи с котом-наблюдателем.

Лишь взглянув на него, я невольно вспомнил о том, что так и не отдал Макси серьгу-передатчик. Свободной рукой притронувшись к этой серьге, я невольно попытался понять, что мне стоило с этим делать, и в конечном счете все же решил оставить все прямо так, как есть. Все-таки в будущем, возможно, именно эта серьга могла сделать эту нашу встречу не последней.

Тогда, вновь посмотрев на кулон в своих руках, я крепко сжал его и четко проговорил:

— Кисуня, мне нужна твоя помощь.

Перед глазами возникла святящаяся дымка, которая вскоре стала закручиваться, словно черная дыра. Вскоре из этого сияния выпрыгнула светлая фигура. Приземлившись на землю предо мной, она выпрямилась и холодно проговорила:

— Я сказал, что оторву тебе голову, если ты будешь так меня называть?

— Теперь сказал.

— Тогда теперь учитывай это. — Кот-наблюдатель, недовольно нахмурившись, посмотрел на меня. — Что ты хотел?

— Как я могу помочь тем авторам, что застряли в нашей комнате ожидания?

Наступила тишина. Казалось, кот посмотрел на меня с легким недоверием, и пока он сверлил меня этим неодобрительным взглядом, я все продолжал:

— Брось, ты подслушивал наш разговор. Ты уже все знаешь.

Кот шикнул, повернул голову вправо, а затем внезапно закряхтел. Он выплюнул на землю комок шерсти прямо предо мной, а затем снова зловеще посмотрел на меня, будто намекая этим на что-то.

— Весьма демонстративно, — с улыбкой протянул я.

— Просто так я помочь тебе не смогу. Чтобы хоть что-то сделать, нужно собрать совет из котов-наблюдателей и проголосовать.

— То есть фактически я могу попасть в их миры?

— А оно тебе надо? Тебе свои бы сначала пройти.

— Надо. — Я был непреклонен. — Чувствую, что если сделаю это, тогда смогу найти причину жить дальше.

Но, казалось, мой кот не разделял те же чувства. Он смотрел уже не на меня, а куда-то в сторону, и продолжал недовольно ворчать:

— Ох, уж эти смертные. Всегда ищут какие-то мнимые причины, чтобы жить, хотя по факту для того, чтобы просто жить, ничего особенного им не нужно.

— Итак, ты можешь созвать совет?

— Это долгий процесс, но возможный. Я могу подать запрос, но, когда придет ответ — неизвестно.

Неожиданно где-то неподалеку прозвучал посторонний голос:

— Дело может ускориться, если я сам подам этот запрос.

Осмотревшись по сторонам, я заметил фигуру, медленно вышагивавшую к нам из мрака. По силуэту и размерам я сразу понял, что это был не человек, а как только этот черный кот подошел к нам, то я сразу смог вспомнить, кем он был.

— Вам нравится следить за мной, дорогой организатор мирового порядка?

Арс, присев неподалеку от моего наблюдателя, довольным голосом ответил:

— Мне нравится тайком поглядывать на игры авторов, и поэтому, когда я снова заметил тебя, не смог сдержать любопытства. Слишком уж было интересно кому ты помогаешь и зачем. Я делал ставки на Ридрика и его команду. Вы же так сблизились…

— И что же вас так заинтересовало во мне?

— Нелогичность. — Кот широко зевнул и устало покачал головой. — Забавно, правда? Но иногда именно нелогичные люди способны добиться большего, чем все остальные.

Я молчал, не особо понимая, чем могла обернуться подобная ситуация для меня. Все-таки статус Арса был намного выше, чем у моего кота-наблюдателя. И его поддержка в этом деле вызывала у меня смутные опасения.

— Я сам займусь твоей просьбой на совете, — продолжал уверенно говорить Арс, — но только при одном условии.

— Каком?

— Вместо отдыха прямо сейчас ты отправишься в свой следующий мир.

— Разве это не скажется на моем успехе? — лицо невольно начало хмуриться, и я ничего не мог с этим поделать.

— Чтобы совет принял твою сторону, тебе нужно доказать, что ты способный автор. Два мира — это мелочь. Даже три будет мало, но это хотя бы добавит тебе очков в копилку. Хелиос, что скажешь?

Арс посмотрел на второго кота, сидевшего рядом. Это было впервые, когда я слышал имя своего наблюдателя, и оно сразу же засело у меня в памяти.

— В прошлый раз я советовал ему отправиться сразу и не задерживаться в зоне отдыха, — Хелиос посмотрел на своего старшего, — но прямо сейчас я в этом неуверен. Мне кажется, он еще не отошел от прошлого мира.

— Ты ошибаешься, Хелиос.

Стоило мне назвать его по имени, как уши кота дрогнули. Наблюдатель не угрожающе, но все-таки напряженно посмотрел на меня. Казалось, то, что именно я назвал его так, все-таки смогло каким-то образом его задеть.

— Да, — продолжал говорить я, — меня одолевают смутные сомнения, но прямо сейчас я уверен — они развеется, если я смогу помочь другим авторам из моей комнаты отдыха.

Наблюдатель выглядел еще строже, чем раньше, но несмотря на это он уже куда расслабленное ответил:

— Ты какой-то несуразный и неполноценный. Создатель, судя по всему, плохо прописал твой мир.

Эта его фраза вызвала громкий смешок как у меня, так и у Арса. Кот-организатор не вмешивался в наш разговор, и потому я спокойно отвечал:

— Продумать весь мир невозможно. Иначе авторы писали бы по одной книге всю свою жизнь.

— И то, этого оказалось бы недостаточно.

— Вот именно.