Слово «хаос» этимологически восходило к понятию бездна. Буквально оно означало нечто разверзшееся, зияющее. Благодаря античной философии оно приобрело значение исходного состояния сущего.

В космогонии древних греков хаос раскрывался в двух аспектах — как состояние беспорядочности и смешения и как первооснование всего сущего. На первом аспекте концентрировал внимание Аристотель, на втором — Платон13.

Состояние хаоса для греков — это состояние докосмического первоединства. Все элементы в нем слиты и нераздельны. Он есть непрерывный континуум, лишенный каких-либо разрывов. Хаос одновременно и все и ничто, и бесконечность и нуль, и небытие и рождение бытия 14.

Римляне придали хаосу значение всепоглащающей бездны. Он стал вызывать ужас и ассоциироваться со смертью. Многие римские мыслители связывали хаос с подземным миром — аидом (Вергилий, Овидий, Сенека). Вызвать силы хаоса означало у римлян открыть врата подземного царства. Такое открытие означало бы смерть и разрушения.

Древнегреческих мыслителей занимало более всего из всех проблем философии то, как из хаоса возник космос. Давались разные ответы, что лежит в основании самого хаоса, составляет его сущностное содержание. Фалес, например, связывал его со стихией воды, что соотносилось с идеей возникновения тверди в неограниченном пространстве мирового океана. По Гесиоду, хаос был порожден Мглой. Хаос характеризовался беспорядочннностью, будучи противопоставляем в этом отношении космосу, описываемому через характеристики гармонии и порядка. Понятия хаоса и космоса уже у греков использовались и в качестве социальных характеристик. Космос оказывался маркером бытия эллинов — гармоничного, упорядоченного, хаос — бытия варваров. Позже характеристика хаоса — беспорядок стала основной в раскрытие понятия хаос 15.

Известна существующая в античной мысли оппозиция линии Демокрита и линии Эпикура. Демокрит утверждал существование в мире железной необходимости в деятельностных проявлениях всего сущего. Будучи атомистом, он утверждал, что движение атомов строго детерминированы. Места для хаоса в демокритовой концепции мироздания не оставалось совершенно. Даже если обнаруживалось нечто беспорядоченное, то и у него должны были быть свои причины. Отсутствие понимания причин означало отсутствие знаний у человека, а не опровержение принципа детерминированности 16.

Эпикур подобно Демокриту являлся атомистом. Однако в своих рассуждениях он исходил из возможности свободного отклонения атомов от общего потока движения. Если, размышлял Эпикур, может отклониться от общего потока один атом, то, следовательно, может и второй, и третий. Значит не подчиниться причинам может потенциально любой. Следовательно, детерминированности нет, а есть абсолютная свобода. Мировое бытие в версии Эпикура есть совокупность случайностей. Фактически это мир хаоса. И то, что Эпикур в этическом плане выступал приверженцем гедонизма, заложив основания философии эпикурейства, было в том числе связано и с его представлениями о свободе и хаосе 17.

Впрочем, существовала в античной философии и третья линия, потенциально снимающая оппозицию космоса и хаоса. Ее представляла философия Платона, оказавшая, как известно, огромное влияние на становление византийского богословия. Хаосу, как беспорядку им противопоставлялся не космос — проявление упорядоченности, а Логос. Платон разрешал дихотомию космоса и хаоса введением сферы идеального, отсутствовавшей в доплатоновском дискурсе. Случайное не отвергалось, но подчинялось универсальному. Случай не продуцирует хаос, как бесконечность пространства случайного, а стремится потенциально к универсуму. Действуя в десятках и сотнях примеров, он перестает действовать на миллионах. Платон в этом смысле дал подсказку, как противостоять сегодня идеологии хаоса. Хаосу следует противопоставлять не порядок, как ограничение свободы в соответствии с той или иной идеологической парадигмой, а Логос, как перспективу постижения смыслов 18.