Режиссура политического процесса часто раскрывалась посредством метафоры театра. Уподобление театру являлось не просто фигурой речи. Уже в теории экспериментального революционного театра стиралась грань между сценой и миром. Значительный вклад в перенос метафоры театра в реалии управления обществом внес Ги Дебор, чья методологические подходы сыграли, в частности, заметную роль в режиссуре студенческих беспорядков во Франции 1968–1969 гг.496

Мир, с одной стороны, переносится на сцену, а театр, с другой, переносится на жизнь. Театральное действие характеризуется наличием режиссёрской постановки, распределением ролей, сценарным замыслом. Перенос этих условий на жизнь означает встраивание политического процесса в определенную сценарную логику с определенными ролевыми функциями. Принятие сценарной логики оппонентом означает его проигрыш в политической борьбе, так как он уже играет по чужому сценарию и часто по чужим правилам. Кто же устанавливает правила игры, тот в итоге и выигрывает. Соответственно, вопрос когнитивной борьбы есть вопрос об установлении своих правил и продвижении своего сценария.

По общей сценарной логике развертывались фактически все «цветные революции», свидетельствуя тем самым о наличии сценарного замысла и единых методик исполнения. В качестве детонатора выступления использовалось, как правило, обвинение в нарушении демократических принципов, чаще всего, фальсификация выборов. Первоначально собирается масштабная, позиционируемая как мирная, протестная манифестация. Манифестанты объявляют о бессрочности своей акции, не расходятся и разбивают палаточный городок. Через оппозиционные СМИ проводится усиленное нагнетание ощущения угрозы подготавливаемого властью разгона демонстрантов. Сама же власть, не желая компрометации воздерживается в действительности от применения силы против мирной демонстрации. Но это бездействие трактуется как ее нерешительность и сила оппозиции, что оборачивается потерей властью морального авторитета.

Кровь все же в итоге все равно проливается. Для этого еще со времен «бархатной весны» в сценарий оказываются включены стреляющие по своим провокаторы. После пролития крови развертывается скоординированная информационная атака, изобличающая «кровавый» властный режим. Власть оказывается в полной растерянности и теряет контроль над ситуацией. Властные институты фактически парализуются. Между тем, манифестанты атакуют властные структуры, захватывают здания. На этом этапе мирная акция уже теряет свой исходно ненасильственный характер и идет не по схеме ненасильственных революций, описанной Дж. Шарпом.497 Деморализованная власть допускает уступки, соглашается на переговоры с манифестантами, признавая их в качестве субъекта политического диалога. Оппозицией формируется новое правительство. Прежние лидеры государства спасаются бегством, либо берутся под арест. Государственный переворот на этом является состоявшимся. Конец действия, занавес 498.