Поскольку девочки уже убежали, причём со скоростью ПБГ, то мне ничего не осталось, как наконец пойти поработать. «Жарко сегодня, прямо душно…» — я посмотрел на безоблачное небо. Солнце палило нещадно, и решив не искушать судьбу, я сложил печати. «Эх, я совсем как Шикамару становлюсь» — подумал я, перемещаясь в кабинет. А в кабинете.… В кабинете была Цунаде, разговаривавшая с послами Кири, судя по их виду, прибывшими недавно.

— Э… — глубокомысленно изрёк я, привлекая внимание.

— О, Наруто, тебя то мне и надо. Пойдёшь со мной. — Махнула рукой Цунаде.

— Стоп, стоп, куда это «со мной»? И, чёрт возьми, что здесь происходит? — спросил я послов — «туманников».

— Хокаге-сама, Мидзукаге-сама приглашает вас посетить нашу деревню, для заключения договора о взаимовыгодном сотрудничестве и взаимопомощи… — поклонилась девушка.

— Цунаде, ты что, пойдёшь с ними? И я?

— Да, Наруто, ты же вроде бы сам с ними договаривался. А тебя одного я не отпущу! Ещё натворишь делов. — припечатала Годайме тоном «вечно за вами глаз да глаз нужен».

— Ладно, ладно. Когда отправляемся? — спросил я, уже представив что со мной сделает Хината за «побег». Нда, безрадостно.

— Сейчас. — сказала Цунаде, доставая из шкафчика какие-то вещи.

— Ладно, ладно. Походные принадлежности у вас, надеюсь, есть?

— Обижаешь, Наруто — отозвалась Цунаде, копаясь в вещах.

Пять часов спустя.

Вот это называется «с места в карьер». Или «с корабля на бал». В общем, когда наконец Цунаде набрала всего нужного, мы переместились печатью к выходу из конохи. На всякий пожарный я оставил клона, приглядывать за обстановкой. А дальше… Дальше мы просто шли. Цунаде, как ни странно, всё пыталась меня разговорить, и ей даже немного удалось, после чего дорога была не так уж противна, тем паче что мы привычные.

Послы Мидзукаге шли молча, и действовать начали только когда нам преградил дорогу патруль «тумана». Показав какую-то бумажку. Шиноби-патрульные без вопросов пропустили нас без вопросов.

А дальше…

Много я думал, глядя на Цунаде. «Спасибо» клону, что так любезнейше мне отблагодарил, начав думать да фантазировать на эту тему. Странно было вообще то, что к Цунаде, которая мне в бабушки годится, я испытываю какие-то чувства… симпатия, наверное. Или что — то в этом роде. И… Она тоже. Странно. Но риннеган меня не обманывает, просто чувствую исходящую от неё симпатию и заинтересованные взгляды.

На подходе к кири стало влажно, впрочем, даже в такой солнечный день тут был лёгкий туман. Прейдя через холмик, мы увидели… точнее это я увидел, своими риннеганами, селение скрытое в тумане. Киригакуре — но-сато, или просто «туман». Тут я уже бывал, с Джирайей, хотя сенсей и не желал задерживаться, мы только денёк побыли, но деревню я хорошо запомнил.

Наши провожатые заметно прибавили энтузиазму, и нам с цунаде пришлось тоже прибавить шаг, иначе отстали бы.

— Наруто, а ты здесь был раньше? — спросила Принцесса, обозревая деревню.

— Да, но долго мы не задерживались.

— что ж, ожидаемо. Как думаешь, о чём договоришься с Мей-сан? — улыбнулась Годайме. Понятно, воспринимает меня как молодого и неопытного, посмотреть хочет, чисто с учительским интересом.

— Всё уже обговорили, ну, и импровизация, конечно же. Только…

— ммм… — требовательно протянула Цунаде.

— Только не надо выказывать друг другу симпатию. Ну, ты поняла о чём я.

— А? О чём? — сделала невинный вид принцесса.

— Цунаде, давай я сделаю вид, что не знаю о твоих чувствах благодаря моим глазам… — усмехнулся я, видя как Принцесса смутилась и отвернулась.

мы Остановились, а провожающие сделали вид, что ничегошеньки не слышат. Эх, будем играть ва-банк!

— к… каких чувствах? — спросила она, делая вид, что разглядывает деревню. Если бы не покрасневшие уши…

— Ты прекрасно знаешь о чём я. И, кстати…

Тут я наклонился к Годайме, взяв её за плечи. Ха! Да она стеснительней Хинаты! От лица так и чувствуется жар. А покраснела то, как помидор.

— Знаешь… Цунаде… Ты мне тоже нравишься… Но, давай отложим этот разговор до возвращения, пожалуйста… — попросил я. Цунаде нервно сглотнула, посмотрев на меня удивлёнными глазами.

— Понимаешь… — снова зашептал я ей на ушко:

— Мей остро реагирует на любые намёки на <i>эту</i> тему. Ну, как говорит разведка, её пытаются для сохранности генома, выдать замуж, или по крайней мере, что бы она завела детей… Но Мей у нас недотрога, верящая в любовь, поэтому ждёт принца, и уже потихоньку слетает с катушек от требований своих советников. И правильно, и опрометчиво одновременно, отталкивать ухажёров назло советникам — ошибка, а не идти у них на поводу — правильно. Сложна личная жизнь у Мидзукаге. Так что давай ты сделаешь вид, что мы просто родственники, или друзья, хорошо?

— д… да, хорошо. — Пролепетала совсем смутившаяся Цунаде, ведь я был в пяти миллиметрах от её лица. Хм… Интересно, у неё после смерти Дана тридцать лет назад, вообще мужики были? Такое ощущение, что это я, такой Казанова, совращаю девственницу с розовыми облаками и радужными пони в мыслях… Впрочем, в девственности Цунаде я уверен, сам восстанавливал…

— молодец. А теперь — за работу… и поцеловал её рядом с ухом. Боже, как тут всё запущено, от прикосновения моих губ она дёрнулась, как будто через неё разряд тока пропустили… Ну, ничего, такая стеснительность мне даже импонирует. Вон, Хината, к примеру, когда доходит до хотя бы поцелуя, тут же превращается в стеснительную пай-девочку, которой она была до Мёбоку. Если и Цунаде такая же, то я просто на седьмом небе от счастья. Впрочем, Хината знает о моей эмпатии, что облегчает общение с ней, в сложных ситуациях она даже может посылать мне определённые эмоции, благодаря чему многих ссор удалось избежать.

С сожалением отпустив плечи Годайме хокаге, я развернулся к нашим проводникам, уже спорящим о чём-то своём.

— Всё, погнали! — поторопил я их.

— Хай, хокаге-сама! — откликнулись Туманники, и припустили по направлению деревни. Цунаде, словно очнувшись, тряхнула головой, и тоже пошла быстрым шагом, немного отставая от меня. Ну, да, чувствую у неё такой дикий замес в эмоциях, что ей явно не помешает побыть одной и разобраться в себе. Да и мне тоже не помешало бы. Впрочем, никаких далеко идущих планов я не строил, полагаясь на импровизацию, да и была у меня одна идея… Очень хорошая идея, кстати. Нужно будет проверить. Если всё сложится удачно, то объяснения с Хинатой будут бескровными…. Да и я верю, что Хьюга поймёт меня, она вообще не обладает собственническим отношением ко мне, и ревность от неё я ощущал лишь по отношению к Неван, но то было давно, и быстро прошло… да и не на ревности основано, а на том, что Неван в моём присутствии была нагишом, и я… как бы это сказать… Хината опасалась, что у нас с Неви что-то было, но это быстро разрешилось само собой, Неван демон, и человеческой похоти не имеет.

А дальше… дальше был цирк, или по другому, приём у Мидзукаге.

— Здравствуйте, Мей-сан, — поздоровался я, когда нас уже представили провожающие.

— Хм… Пятая и Шестой хокаге? Вместе? — сощурила она глаза.

— именно, Мей-сан. Итак, давайте перейдём сразу к делу… — предложил я, вытаскивая текст договора из печати.

— Не любите тратить время попусту, да? — улыбнулась Мидзукаге.

К слову, были мы в её кабинете, и сидели за столом Мидзукаге. Цунаде следила за мной, и хранила молчание.

— Почему же, люблю, поэтому и стараюсь делать дела побыстрее, что бы побольше времени оставалось. Итак, для начала, что вы скажете, о снятии ограничений, введённых во времена Ягуры? — спросил я.

— Мей улыбнулась краешками губ, видно эта тема была ей по душе.

— Видите ли, Мидзукаге-сама, я считаю что большинство мер, введённых для защиты клановых шиноби уже потеряли актуальность, что вы скажете на предложение отмены запрета на участие в Экзамене? — спросил я у Мидзукаге. Кири, к слову, действительно не участвовали в экзамене, проводимым всеми деревнями, что было сделано в знак протеста против политики Ягуры, и для сохранения своих шиноби, конечно же. Слишком у тумана шиноби кровожадные…

— да, согласна с вами, хокаге-сама. — поддакнула Мей, желавшая что бы я продолжил.

— Тогда предлагаю вашим шиноби поучаствовать в следующем экзамене. — предложил я.

— хм… конечно.

Так, затравка сделана, осталось только подписать договор.

— Тогда, предлагаю включить этот пункт в договор, Мей-сан — улыбнулся я, давая понять, что профит будет только после подписания. Ну, что, теперь не отвертишься, просить каких-нибудь других привилегий теперь гордость не позволит…

— Да, да, хокаге-сан. Позвольте… — я отдал Мей свиток, и она углубилась в чтение.

После некоторых пунктов даже вскидывала бровь, что за её длинной чёлкой было слабо заметно.

— Если у вас есть вопросы, прошу, задавайте… — предложила Цунаде. Она вроде бы сама и составила этот договор, так что теперь все вопросы к Годайме.

— да, есть пара… Тут написано, что шиноби обладают правом беспрепятственно посещать деревни друг друга…

— Да, право прохода. — кивнула головой Цунаде.

— А как же иначе сблизить наших подчинённых? Конечно если ваши захотят прогуляться по конохе, им никто не помешает. Ну, в разумных пределах, конечно, на охраняемые объекты их никто не пустит, но вот в деревне…

— Не боитесь шпионов? — подняла на нас глаза Мей.

— Нет, что вы… конечно боимся. Но это ведь не повод запираться. К тому же предложенные пункты слишком ценны для того что бы портить отношения подсылая друг другу шпионов.

— Хм… Пожалуй, вы правы. Не стоит это того…

Через два часа.

Спорили мы с Мей, по каждому пункту, хотя, судя по всему, ломалась она для вида. Во внешней политике я выбрал путь доверия без оглядки, даже если туман раньше воевал с конохой, никто не говорит, что именно я на них обижен, наоборот, это повод предотвратить взаимную ненависть. Так же и с Ооноки, сначала он слишком сблизился с акацки, не видя в них угрозы, а потом… потом уже было поздно, враги припомнили все старые связи маленького Каге, и ему осталось только «запереться» и посылать всех, признавать свою ошибку он не станет, но репутация и так подорвана… А тут я, Хокаге, говорю, что закрою глаза на прошлое, если он в будущем не будет «шалить». Вот и ухватился Цучикаге за возможность оправдать себя в глазах общественности. А заодно снизил риск разгрома «камня» союзом «коноха-Суна». Что, в общем-то, было для нас делом нехитрым, учитывая, что с облаком камень был всегда на ножах, туману не доверял, и союзников ему искать было негде. Так и надавил на Ооноки, заставив его подписать подобный договор. А с облаком… с облаком я не собираюсь договариваться — они уничтожили Узумаки, и я скорее сам их разнесу, нежели попытаюсь договориться. Реперы, блин, что б им всем в аду гореть…

Цунаде, Я, и Мидзукаге, наконец, подписали договор в двух экземплярах, и решили это дело обмыть…

Ночь.

Н… Наливай! — пьяным голосом сказала наш медик, указывая на бутылочку саке в моих руках. Я тоже немного выпил, но до Цунаде и Мей мне ещё далеко…

Подчинённые иногда показывались, но не особо отсвечивали — Мидзукаге была пьяяяная! Просто жуть. Да ещё и с Цунаде рядом. Нда, а девушки как то за жизнь говорить начали. Мей выпытывала у Цунаде подробности её омоложения, но принцесса стояла на своём — ни слова, только съезжала с темы. Ну, и под конец, Мидзукаге жаловалась Цунаде на свою разнесчастную жизнь, и неудачи на любовном фронте. Цунаде на это немного порозовела, но стрельнув в меня глазками, решила перевести тему.

Неван тоже изволила пару раз прокомментировать очень «мудрое» отношение Теруми Мей к противоположному полу. И вообще, благодаря Мидзукаге нам с Цунаде удалось хоть раз поговорить, вы поняли о чём, что уже не может не радовать…

Тащить Цунаде до нашего дома тоже пришлось мне. Прямо на руках, от чего Цунаде покраснела как помидор, но всё таки молча смотрела на меня.

— Вот. — Я с ноги открыл комнату, в которой меня поселили. Вообще, меня тоже немного качало, но благодаря чакре кьюби, уже принявшейся нейтрализовать алкоголь, я в гораздо лучшем состоянии.

Кровать у меня одна, так что сам пойду в комнату нашей алкохокаге.

— Наруто… — Цунаде потянулась к моему лицу, и провела ладонью по щеке. Не, она что, ещё и приставать начнёт? Вообще тушите свет!

— Да, Цунаде? — спросил я, улыбаясь, что бы не выглядеть дураком.

— А ты меня любишь? — спросила эта бесстыжая таким тоном, словно она маленькая девочка.

— сложный вопрос. Скорее да, чем нет.

— Но тогда что же с Хинатой? Изменщик! — вдруг обиделась она, надув губки и нахмурившись. Надо успокоить пьяную, успокоить.

— Нет, её я тоже люблю. И вообще. — тут я положил Цунаде на кровать.

— И вообще, я вас обеих люблю. Вот как то так. А теперь, давай баиньки…

Но, похоже Цунаде не торопилась засыпать.

— А как же ты? Тогда останься со мной! Я тррребую! — сказала Годайме заплетающимся языком. Видно, пить она научилась, но для своего полностью взрослого тела. Сейчас же она весила меньше чем в «оригинальном» виде. Да и клетки пищеварительной системы новые, алкоголь впитывают не так как раньше.

— Хорошо, хорошо. Только ты это, давай баиньки, хорошо?

— ага. — сказала эта бесстыжая, начав стягивать с себя одежду. Тут же в комнате стало жарко… Э, я что, стесняюсь? — я от вернулся, гневно сообщив:

— Цунаде, ты хоть при мне не раздевайся!

— а? о! хорошо, сейчас….

— я повернулся. Цунаде сидела в одном своём нажнём белье, и примеривалась одеть одежду обратно.

— Ладно, не надо. — Милостиво разрешил я. <i>«А грудь у неё — о-го-го».</i>

— Давай ко мне! — махнула рукой Цунаде, откинув одеяло. Тут не только жарко, но ещё и штаны маловаты… Но, я стойко отверг её предложение.

— Нет, Цунаде, давай без меня. И вообще, я пошёл спать. — я покачнувшись направился к двери.

— А ну стоять! — воскликнула принцесса, явно порываясь вскочить. Не получилось.

«О, боги, за что мне всё это? Почему вы меня так испытываете?» — мысленно спросил я, направляясь к нашей буйной Хокаге.

— Ладно, только чур не приставать! — сказал я, на что Цунаде что-то буркнула.

И, стараясь сдержаться, тоже нырнул под одеяло, предварительно раздевшись.

Ха! Кому скажи — не поверят! Цунаде, ещё поворочавшись, и пару раз даже попытавшись положить руку туда, куда не следует, просто уткнулась мне в плечо, и засопела. Умаялась, бедненькая. Вот только как мне перед ней оправдываться утром? — подумал я и, оставив решение на «авось», тоже закрыл глаза. Как оказалось, «авось» — понятие растяжимое, но даже его может иногда не хватить…

Утро.

ИИИИ!!! — визг резанул по ушам, и я проснулся. Кто кричал? Что случилось? Но тело не спешило двигаться.

Цунаде. Ночью. Проснулась? — я посмотрел на свою мучительницу. Хм… Цунаде открыла глаза, и теперь смотрела на меня слегка непонимающим взглядом. Но, её глаза через пару секунд расширились, и она уже почти хотела закричать. Я поспешил опередить её.

— Ты всё не так поняла. — я хотел отодвинуться, но видимо она придавила мою левую руку. Подвигал ей туда-сюда, разгоняя кровь, на что Цунаде…

— ммм… — она закрыла глаза, тяжело задышав. Ну-ка… так и есть! Изврещенка, блин! Или это я извращенец. Не, она, ибо сама потребовала, что бы я с ней… рядом спал.

— а теперь, зажала мою руку между бёдер, как раз чувствовал кожей её кружевные трусики… и, чёрт, какая же она <i>там</i> горячая…

Хм… у меня и так с утра…. Ну, в общем, вы поняли, а тут ещё и это… короче, я не удержался, и ещё пару раз провёл по кружевам пальцами… Цунаде Охнула, закусив губу. А вот так! — я круговыми движениями массировал ей… в общем, одно место.

— И, На-ру-то… — тяжело дыша сказала Цунаде, смотрящая на меня таким просящим взглядом…

— ага, я. А вот так? — я запустил руку под резинку, и почувствовал под пальцами влажную часть её тела.

Но, вопреки моим ожиданиям, Цунаде не оттолкнула меня, а в эмпатическом плане… от неё так и несло стыдом, смущением… в общем, как девочка.

Горячая плоть сомкнулась на пальце, которым я двигал туда-сюда. Даже, слегка упирался в восстановленный мною орган.

— Хх… ххх. ООООО!!! - наконец я достиг желаемого — почувствовал, как мои пальцы сдавило, а сама Цунаде издала протяжный стон, закрыв глаза, и притрагиваясь к своей груди… Да, я тупо не сдержался, но посмотрел бы я на того, кто бы смог…

После того как тело Цунаде удовлетворённо замерло на месте, а она сама посмотрела на меня как то… отрешённо, что ли, после этого я поднёс руку к лицу, и слизнул самое вкусное. На показ для Годайме. Глаза Цунаде снова расширились, но только она хотела что-то сказать, и я опять не смог сдержаться…. Или не захотел, в общем, я поцеловал её. Сначала она противилась, но через пару секунд сдалась, и мы продолжили, целуясь, двигаться на кровати. Нет, заниматься с ней сексом пока не входило в мои планы, но уж очень она сегодня соблазнительно выглядит, и я не удержавшись, немного поиграл с сосками, от чего Цунаде вновь застонала, впрочем, приглушённо, поскольку мы в это время целовались.

— Всё! Хватит! — она первой оторвалась от меня, совладав с собой. Хватит так хватит.

— эм… Цунаде, я и не знаю, что сказать… — замялся я.

— а? а, ты об этом…. Да, я тоже не знаю, что сказать… — опустила взгляд Цунаде. Впрочем, посмотрев пару секунде на перепачканные её соками простыни, посмотрела уже мне в глаза.

— и что это было, Наруто? — спросила принцесса, не отрывая взгляд.

— Ну, пусть будет признание в любви. Такое подойдёт? — спросил я, надеясь найти отмазку.

— л…любви!!? — удивилась Цунаде, посмотрев на меня, как будто я призрак.

— Ну, да. Так и есть. И, кстати, надо бы узнать, кто нас увидел. Я слышал крик. — сообщил я, пытаясь сменить тему.

— А, да, я тоже слышала. — сказала Цунаде, вставая, и краснея как переспелый помидор… Ну, вы поняли, что нижнее бельё на ней уже в неликвидном состоянии, да?

— ладно, разберёмся. — я тоже поднялся, и подойдя к отчаянно раскрасневшейся Цунаде, положил руки ей на бёдра. Глядя в глаза, постарался как-нибудь сгладить момент:

— Только… это между нами, хорошо. Мей может воспринять наши… отношения как оскорбление. Хорошо? — я говорил полушёпотом, стараясь успокоить. Да и руки не распускал особо, только… прижался к ней, от чего Цунаде ещё сильнее покраснела… а так я чувствую её сердцебиение… какой кавай, — я улыбнулся принцессе, снова напрашиваясь на поцелуй. Сейчас я пожалуй, был даже немного выше её, что уже было приятно, тем что не напоминало, что когда-то было по другому.

— Наруто… знаешь… — смущаясь, прошептала мне Цунаде.

— мм… что?

— Кушина бы меня убила! — и она первой поцеловала меня. Я даже растерялся на пару секунд, но перехватить лидерство не получилось, это Цунаде целовала меня, а не наоборот. Хм, такой размер… и прижимается так, что у меня чуть было снова не пошла реакция…

— Стоп. Стоп, Цунаде, давай на сегодня закончим с любовными игрищами, а то чувствую, ещё немного и… — сказал я, глядя в её глаза.

— И… — требовательно протянула Цунаде.

— И мы до вечера отсюда не выйдем. Причём до завтрашнего вечера. Так что пока хватит, мы на работе! — сказал я, отстраняясь от Годайме. Цунаде на этот спич только вздохнула, про себя признавая мою правоту… так далеко я даже с Хинатой не заходил!

— Ты прав, извини. Давай одеваться, и пойдём.

— У тебя как с похмельем? — спросил я.

— Нормально, сразу как проснулась, убрала.

И, мы, одевшись, вышли из комнаты. Цунаде даже потребовала отвернуться, что бы переодеть трусики… а то, что у риннегана свойства бьякугана, ей незачем вспоминать…

Так, переругиваясь, и в шутку обвиняя друг друга в «извращениях», мы и вышли из комнаты.

♪ ♫ ♪

«In the Middle of a Heartbeat» (В середине серцебиенья (половина удара сердца)

Helloween, 1994

Master of the Rings стал поворотным моментом в творчестве Helloween. Предыдущий альбом группы, Chameleon, записанный в стиле прог-рока, был встречен поклонниками традиционного метала довольно холодно. Это стало причиной раскола между вокалистом Михаэлем Киске и остальными участниками группы. В то же время ударник коллектива, Инго Швихтенберг, оказался не в состоянии выступать с Helloween из-за тяжёлой наркотической и алкогольной зависимости. Место певца и барабанщика заняли Энди Дерис и Ули Куш соответственно.