Рассорились с мамой,

От папы попало —

и мы прошептали:

– Папама, Папама!

Он сразу явился —

усатый и добрый,

такой румяный,

что даже сдобный.

На нем – голубая

панама,

а сам он – такая

Папама!

Он тут же для нас

обернулся котом

с пушистыми баками,

с пышным хвостом.

А мы для него

обернулись котятами,

такими цеплючими,

такими хвостатыми,

что просто – мартышками!

Папама для нас

превращается в пса.

Пожалуйста! —

Мы для него – колбаса.

Папама для нас

стал горбатым верблюдом.

А мы для него…

А мы для него

колючками стали каким-то чудом.

Папама от нас

покатился,

он в мяч голубой

превратился.

И мы покатились,

мы все превратились —

девочки, мальчики —

в пестрые мячики.

Папама нас понимает,

Папама нас обнимает

своими руками-ветвями.

– вы видели сад,

который усат? —

На ветках пищим воробьями…

Вдруг небом он стал —

и плывем облаками

по синей папаме,

весенней папаме…

Теперь невозможное

из невозможного:

Папама для нас —

целый ящик мороженого

в стаканчиках вафельных.

Хочешь – возьми.

А мы для него

стали просто детьми.

И главный фокус

любимый самый:

Папама для нас

стал Папой и Мамой.