картина – химера:

в кувшине цветы

такого размера

такой красоты! —

их лепестки —

журавлиные крылья

(смутные проблески

тел и белья)

я таким же

скоро стану

а тебе по телефону

говорят что умер я

ты знаешь любил я

цветы рисовать

большие и белые

будто колеса

тычинок и пестиков

рыжее мясо

картины мои

продавали родители

которые жили

и света не видели…

зренья осталось

процентов на пять…

но краску под кистью

любил осязать

теперь все мы умерли

тем не менее

лежим в эпицентре

на сохранении

в средней школе

в десятом классе —

на черном баркасе —

на гладкой скале —

отец – костюм коробом

мать – даже мертвая

видно что с норовом

а я у них – собачонка

и на шее бечевка

школьники нас

не обижают

нас окружают

фиалки весенние

до Воскресения

до Вознесения

а что писался в кровать

стоит ли упоминать

милосердная мать

Божья Матерь

поменяла

на облако одеяло

постелила

травы на кровати…

доктора не слышу —

слышу голоса

в тридцать три яруса

мои небеса

где плавают ангелы —

Божья роса

прожил полжизни

своей головы

в сумасшедшем доме

на краю Москвы

а вообще

ходите без опаски

здесь призраки

стреляют папироски

здесь и рисую

портреты цветов

и пачку «Беломора»

всегда раздать готов

в проходной собака —

без одной ноги

и такие дали

крикнешь – и беги…