Человек вдоль моря бежит по песку, освещенный искоса утренним солнцем…
Когда слова родного языка становятся чужими, ничего не говорящими литерами, приходится изобретать свой язык.
Разорванная музыка… Взорванная музыка… Сложнейшие ряды молоточков и клавиш, как будто взломали нутро органа – содрали кожу с живого музыкального организма. Таков двойной треугольник из бронзы – над гробами Федерико Феллини и Джульетты Мазина острием вниз – единым углом вбит в кладбищенскую землю.
Ветер с моря треплет близко
Скатерти и флаги – белый песок
Сокол парит высоко над горами
Мирная публика – никто и не помнит
Нить оборвалась и змей улетел
Телеса потому и черный креп
Окреп и посвежел к закату
Туманные покинутые пляжи
Лужи бороздит сухопутная барка
Краб спасается – боком боком
Комната – балконом на пляж
Ляжками блистая танцевала
Целовала томного подростка
Кажется он здесь ходил и бегал
Галдела вся компания – девиз:
Из Римини – везучие ребята
Ботинки их стучали по мосткам
Каменная мостовая. Вечер
Черные очки у кладбищенских ворот
Рад бы не входить но уже здесь
Десять шагов – и стою перед этим
Темный треугольник бронзы
Зыбкий воздух в кипарисах
Сахарная тишина в памятниках
Никак не вспомнить – пречистая Дева
Веди меня – и вот он инструмент
Ментальный и живой – содрали кожу
Жутко обнажилось струнное нутро
Утро здесь как полдень и как вечер
Черная сутана узкие штиблеты
Лето вечное но кажется – зима
Мазина принесли и рядом закопали
Паломники приходят постоянно
Но постоял подумал и ушел
Шелест листьев или их одежд
Жду странного – свидетель безучастный
Сны их витают а вокруг родня
Дня не проходит – нового Феллини
Они хоронят – лес пречистых Дев
Везде фамилия моя но Федерико —
Рекомендую снять – я трогать не хочу —
Чудесный фильм получится – не я
Неясный звон – над головой парус
Русский посиди еще рано рано —
Новой полнотой ширится душа
Шаткая – колки твои и струны —
Ранена – пусть солнце на жаре
Режет тебя заживо ножами —
Ми – точка боли в зените
Тени короче – звенит