в каждом городе в поселке

на просто люди —

соседи

одна шуршит по-осеннему

наступишь невзначай

темные глаза обижаются…

другой – утлая лодка

обещал перевезти на тот берег

зачерпнул – и пошел ко дну…

а эта сама липнет

так и не понял: мед или говно…

гипсовый бюст бородатого грека

часами сидит

в президиуме…

фукают конфорки синим пламенем —

невидимка шастает

в тапочках по оврагам…

а эта по всякому поводу

вспыхивает

и уносится как метеор

за горизонт —

пылающая старушка…

намедни в праздник

пошел каменный дождь —

попортил мебель и статуи

так и живем – в небо глядим

откроешь дверь 10 ключами и —

сквозь живой коридор торгующих

тряпки духи лимоны транзисторы…

зато в комнате

как в могиле

каждое полотенце на гвозде

каждая рубашка в шкафу —

мучительное сознание

и башмаки тоже —

обессиленные шнурки

ждут Воскресения

Страшного Всегда…

и часы торопятся —

спят за короткими шторками

мелькают леса под луной

в полуночной груди —

боятся остановиться —

большая коммунальная страна Москва