Сегодня утром

осмотрел свои прежние летние туфли

с белым кожаным верхом

думал: еще поношу —

лопнули подметки поперек

сдохли

мои белые туфли

а давно ли

шёл ты в кремовом новом сафари

(теперь аккуратно углом

заштопана старая брючина)

в новых (казалось им сносу не будет)

этих туфлях

на свидание с белой блузкой

черной юбкой и круглыми коленями

в смятых простынях и подушках —

смешной отпечаток

любви и борьбы

(потом к столу прошлепал босиком

и свет тебя щадил —

полосатый)

между тем на полу оставалось

в безобразном скрученном виде

всё что прежде вас прикрывало

украшало

и маскировало

«они скинули нас в одно мгновение —

неблагодарные»

молодой американец-политолог

прилетел в Москву на стажировку

вскоре написал маме

«пришли мои старые рубашки»

мама как всегда —

прислала новые

как их носить?

без личности

без характера

без возраста наконец

топорщатся как на манекене —

сам себя утешил: «обомнутся

побывают в стирке —

в переделках

локти – пузырями

воротник ворсится —

будут выглядеть

точь-в-точь как хозяин»

и тебя не сразу же такого

соткала монада —

незримый паучок

—Боже мой как ты изменился

—постарел?

—нет я тебя сразу узнала

«а я – нет

только постепенно проступило

милое лицо

сквозь паутину»

снова – осень

как деревья в средней полосе

мы уснем в ослепительно белом

нет не надо! не надо новой —

я люблю свою старую рубашку

даже по воскресеньям