Неподвижная смутная толпа чаек на гравии. Переговариваются. С моря пролетел человек. Пронзительно вскрикнул под белой луной. Никто даже клюва не повернул. Человек сел неподалеку в степи, где гигантские ржавые фермы вразброс. Видно, что-то хотели построить, но почему-то раздумали. Или малыш-великан, кто-то позвал, так и бросил игрушки.

Другой человек пролетел… Вернулся и парит, широко раскинув руки. Лунный свет, почти блеск, держит, проносит его над холмом. В толпе забеспокоились, злобно забормотали.

Так вскинулся, еле за крыло удержала:

– Молод еще летать!

– Да я его когтями, клювом на лету собью!

– На то и люди, гнезда разорять на подушки.

Долго успокоиться не мог.

– Ничего, наши сторожа за ними следят. В селении сесть не дадут.

– И чего это они разлетались?

– Во сне летают. Видишь, как низко над волнами.

– С тобой не сравнится, мама.

– Подожми левую лапку и спи.

(Засыпая) – Вот сейчас усну и тоже во сне летать буду… как человек…