на сером одиноком пляже

где торчит бревно обглоданное морем

бегали три черные собачки

было ветрено штормило пахло

тухлой килькой от рыбозавода

и я понял: это блаженство

блаженное существо

всё – из одних раздутых ноздрей

впивает летящую влагу и соль

ах! говорят деревья – и раскачивают ветвями

в разные стороны

клубок рук и копыт

катается по серому песку

оставляя дорожку взрыхленных следов

и всё что не есть деревья говорит ах! – и раскачивает

        ветвями в разные стороны

но вот развернулось

одной ушной раковиной

и слушает нарастающий грохот волн

и все горы и чайки и море говорят ах! – и раскачивают

        ветвями в разные стороны

множество лошадиных глаз

уставились в до того ослепительное —

просто бесцветное небо

а главное всё во мне говорит ах! – и раскачивает ветвями

        в разные стороны

если бы всё

было ничем

кто из нас улетел – воробей или сад?

это ничто

было бы всем

кто из нас улетел – небо или перила балкона?