среди высоких коробов

среди сугробов

и гробов

на Сретенке

на Парк-авеню —

и на проспекте Мира

выпячиваясь из окон

проламывая стенки ну! —

(…пусти несчастный!)

вылазит мышцами бетон —

(…стада фигур своих пасти)

из ящиков

вскакивают гвозди! —

скрипит сгибаясь арматура —

и по Нью-Йорку

Москве и Екатеринбургу

по парку

по травке в горку

топает скульптура:

скрюченные

скособоченные

раскоряченные

развороченные

и растянутые

и раздвинутые

и раздавленные

продырявленные

вкось разваленные

вдоль распиленные

думы каменные

печи доменные

свечи пламенные

изнутри себя разрывающие

раскрытые распятые

рожающие!

головы промеж ног держащие

кричащие зовущие

мычащие!

торжествующие!

прославляющие!

…а помнишь мастер

в тебе взывали великаны

спешили вырасти

орущие вулканы

боли и ярости

«кто мы?

фантомы

в море

Соляриса…

ты нас

родил из головы

как Зевс

Афину!

хоть мы мертвы

наполовину

но мы наполовину

уволь яволь

и дух и воля

из всех углов —

толпа голов

чуть усомнись

тебя мы сами —

кубическими лбами

носами и задами

и плоскими ступнями – утюгами…»

твой – стиснув зубы – смех!

ты – сам их всех!

…и прорастая из метро

из книг

возник

сноп людей и быков

и кентавров

разрывая слои облаков —

из мышц и кулаков

и грохота литавров —

вот памятник – двойник

(на нем твое тавро)

…в небе – ломаный высверк —

силуэтом

на том

берегу

…оказалось что ты и Нью-Йорк

соразмерны друг другу —

и окно твое в парк

одна мастерская

была у метро АЭРОПОРТ

(…и сам замучился как черт

за форматором гипс таская)

натурщицы вращались

превращались…

вторая —

на Сретенке

(он их и лапал и лепил —

знал все их родинки

играя)

…уже не помещались

ставил к стенке

…толпою толки

и бутылки —

(а я всё думал: кто кого —

общественность ли Эрнста съест

или в ЦеКа сожрут его

или спасут заказчики…)

четвертая дыра

аж на проспекте Мира!

уже в проекте – переезд

…на солнце посреди двора

сам заколачивал ящики

а пятая – в районе Сохо

серьезен Эрнст

как городской пейзаж

как пласт земли могуч и свеж

как вопли Цадкина отверст

и целен как сама эпоха

о третьей и не говорю:

там он ворчал и пил —

такая процедура

а не ворочал не лепил —

«натура – дура!» —

и вообще она была Сидура

по совести (я понимаю

что двух других я не упоминаю)

там под гитару

Лемпорта и Силиса

так пили —

все в памяти моей перекосилися!

и пели пели

с одушевленной глиной хором

(тогда любили как лепили)

под голой лампочкой

со свечкой —

и в этом нереальном свете —

закусим сыром

на газете! —

плеснула – щедрая рука

…и чья-то девичья головка —

между Сидуром и Сапгиром

…на Севере по крайней мере

воздастся каждому

по вере

…я в мае из Москвы —

из дому

попал в другой

прекрасный и не тесный

…озера —

Серебристо-серо

дугой

где валуны и сосны

…небесный

из иного мира

но хмуро

…и вдаль уходят островки

из-под руки

без остановки —

иглы клест остролист

капли влаги тяжелы…

перемежались близи дали —

сосны и пролысины

…вставали Одина сыны

на битву —

в облачной Валгалле

откуда лучи

колючи —

во лбу отверстие —

влагали

ключи

четыре часа от Стокгольма —

где на просвет леса и воды

(там колесили мы окольно)

еще одна твоя мастерская

…главное друзья – энтузиасты

…из автобуса себя выпуская

в твой музей проходят туристы —

непредсказуемые шведы

кентавры северных лесов и чудовищные кресты озер —

          о них говорили в доме

бледные рассветы светили сквозь очки директора музея

хранитель северных камней и дум встречал в доме гостей с юга

показывал им дом где бледные рассветы светили насквозь

          чудовищными крестами окон

тени лесов и озер светились насквозь в небе

кентавры северных лесов – лоси уходили в озера неба

возле дома-музея бледный хранитель показывал женщине с юга

          чудовищные кресты и камни

тени северных лесов в небе – женщина с юга снилась себе

          чудовищным крестом

в доме бледный хранитель равнодушно перебирал камни —

          кентавры

среди северных лесов и озер светились их тени: женщина с юга

чудовищный крест и хранитель – бледный кентавр

серьезен грозен —

значит есть резон

ты знаешь план

и дисциплину

…так мять

ворочать глину —

лопатами ладони

лепят плоть

что впору

в Риме Юпитеру

в Швеции Тору

…поутру был распят

(…пусть вопят!)

ночью встал из гроба ты

от напряжения работы

дошел до рвоты —

потрескались полезли

ногти

как от неведомой болезни

(упомянуть об этом факте)

но это после

а сейчас – о!

ласка вкрадчивая —

глину – это мясо

поворачивая

на оси каркаса

шлепаешь ласкаешь

тискаешь

не отпускаешь —

раскурочиваешь

целыми ломтями

отбрасы-

     ва-

          ешь!

в бездонной яме

в одном объеме —

мясник и форма

…как парусник

во время шторма

…от ярости и страсти

холодея —

все сорвано!

обнажена

и вся исчерпана

до дна!

смотрите: вот она – идея

без дураков!

Эрнст Неизвестный – ты таков

да благословит тебя Иаков

с поврежденным бедром…

лицом к лицу

боролся он с Незримым

спорил с Ним – с Неоспоримым

(клянется: видел птицу!)

…с ужасной силой

как молнией

стегал ширококрылый! —

и выстоял хотя остался хром