День был фиолетовый,

Облачное небо —

Рыбья чешуя.

Где-то шумели

Трамваи, машины.

А здесь, на Малой Бронной,

Стояла тишина.

И процессией странной,

Жёлто-красно-зелёной,

В тишине

Шли шуты.

Было хмуро и сыро.

Шуты несли

На своих плечах

Прах

Короля

Лира.

Шли осторожно,

Как по краю пропасти,

В своей торжественной нелепости

Великолепные шуты.

Молчанием его оплакивали.

Лишь позвякивали

Бубенчики,

Нашитые

На шутовские колпаки:

«Дзинь-дзинь,

Дзинь-дзинь…»

День был

Фиолетовый.

Плыло небо,

Как большая рыба.

Не рыдали трубы,

И не взвизгивали флейты.

Лишь бубенчики плакали,

Звякали:

«Дзинь-дзинь,

Дзинь-дзинь…»

День был как ночь.

Исказила мука

Маску комика!

Глядите,

Там на крыше домика

Появился седой скрипач.

…И взвилось

Синее пламя волос!

И запела скрипка —

Золотая рыбка!

Плачь,

Рыбка, плачь

Над лицом короля —

Тайной тайн…

Этот старый скрипач

Был великий Эйнштейн.

Но шуты не ведали этого.

Шуты

Несли

На своих

Плечах

Прах

Короля

Лира.

А день был фиолетовый.

Было сыро.