Король Джон был нехорошим,

          Ходил путем не прямым.

Собаки и кошки в округе

          Избегали водиться с ним.

И когда он гулял по городу

          В утренние часы,

Встречные высокомерно

          Отворачивали носы.

От вида их, дерзкого тона

Краснела даже корона.

Король Джон был нехорошим —

          К тому же нелюдим,

И радовался, что к чаю

          Никто не заходил.

Он зимними вечерами

          Раскладывал карты в пыли:

Ни радости, ни удачи

          Не сулили ему короли.

Ни дам, ни придворных, ни войска —

На картах, закапанных воском.

Король Джон был нехорошим —

          И ночью не спал впотьмах,

Уснуть ему мешали

          Зависть и тайных страх.

И каждый год в Сочельник,

          Забившись в уголок,

Он краденые считалки

          Запихивал в свой чулок.

Чулок этот шелковый каждый год

Вывешивал он у дворцовых ворот.

Король Джон был нехорошим —

          И пуст был чулок его.

Не посылало подарков

          Небо на Рождество.

Однажды ему надоело!

          На крышу король залез

И нацепил на флюгер

          послание для небес:

МОЛЮ ТЕБЯ, ДОБРЫЙ БОЖЕ,

ПОШЛИ МНЕ ПОДАРКОВ ТОЖЕ.

ХОЧУ! ХОЧУ ПЕЧЕНЬЯ

          И МЯТНЫХ ЛЕДЕНЦОВ —

И ПЛИТКУ ШОКОЛАДА

          ХОЧУ В КОНЦЕ КОНЦОВ.

НЕ ВОЗРАЖАЮ ПРОТИВ

          И АПЕЛЬСИНОВ СВЕЖИХ.

ХОЧУ КАРМАННЫЙ НОЖИК,

          КОТОРЫЙ И ВПРАВДУ РЕЖЕТ.

ОТЕЦ НЕБЕСНЫЙ, ЩЕДРОТ НЕ ПРЯЧЬ —

ПОШЛИ МНЕ КРАСНЫЙ РЕЗИНОВЫЙ МЯЧ.

Король Джон был нехорошим —

          Он вывесил свой плакат

И снова забился в угол,

          Растрепан и горбат.

Всю ночь – то лежит наготове,

          Сердито нахмурив брови,

То вскочит в надежде и страхе

          И бегает в длинной рубахе:

«Я был нехорошим, я много грешил.

Может быть лишнего я попросил?

Не надо мне печенья

          И мятных леденцов,

Без плитки шоколада

          Обойдусь я в конце концов.

Признаться, не люблю я

          И апельсинов свежих,

И есть у меня ножик,

          который и вправду режет.

Но Боже – свидетель моих неудач,

Пошли мне красный резиновый мяч!»

Нет! все-таки был нехороший —

          И солнце не для него,

Вставая, озарило

          Хрустальное Рождество.

Король отворил форточку

          И заглянул в чулок…

«Так я и знал, – король сказал, —

          Снова мне – ничего.

Вон сколько полных чулков у ребят,

Дети от радости даже пищат.

И я бы хрустел печеньем

          И кучей леденцов,

И плитку шоколада

          Я смолотить готов,

Мне так орехов хочется —

          И апельсинов свежих,

И нет у меня ножика,

          Который и вправду режет…

Небо – свидетель моих неудач

Могло бы послать мне хотя бы мяч».

Король стоял возле арки

          И смотрел, нахмурясь вниз,

Где толпы детей и взрослых

          Снежки лепить принялись.

И так хотелось со всеми

Снежки лепить и мять…

Вдруг в арку окна влетел – и хлоп

О королевский высокий лоб,

Запрыгал по зале и в кресле утоп

          Резиновый красный мяч.