Сидит чурзел на курбаке лицом как желтый жаб

хлебает Хлебникова суп – античный водохлеб

он видит сквозь и срез и врозь – фактически он слеп

Ладони сани млину гнут – сметана сатаны —

удочерил и в девы взял как вылепил жены —

весь млечный путь губам прижечь – все гродники спины

Горягой книгу кухватив летатлина рука

над виноградником летит к уступам Судака

где всинева и всеблака – сомнениям близка

Чурзел ты муж! лицо – пейзаж из выдубленных кож!

ты скроен так! – горелый пыж! – по злому ты хорош —

летают гуки как огонь! – а умер… ну так что ж…

Мы – кипчаки от стрековищ до слюдевинных[3] крыл

тот – степь лиловая цветов – а этот – серый Крым —

вдали сошлись гора к горе – теперь поговорим