Мишень – это цель, которой мы стремимся достичь.

Она выбрана стрелком, однако далека, и вовсе не виновата, что мы не поразили ее. В этом и заключается красота этого пути – пути стрелка: ты не можешь оправдать себя тем, что противник оказался сильней.

Ты ведь сам выбрал себе цель – значит, ты и ответственен за это.

Цель может быть крупнее или мельче, дальше или ближе, справа или слева, но, становясь перед ней, ты обязан уважать ее и постараться мысленно сблизиться с ней. И спустить тетиву можно не раньше, чем цель окажется на острие твоей стрелы.

Если видеть в ней врага, твой выстрел может быть точен, но он ничего не улучшит в тебе. И ты всю жизнь будешь всего лишь всаживать стрелы в центр деревянного или бумажного круга – а это занятие совершенно бессмысленно. И приятелям своим будешь всю жизнь жаловаться, что это совсем неинтересно.

И потому ты должен выбрать себе цель, приложить все усилия, чтобы достичь ее, и всегда смотреть на нее с уважением, но и с достоинством: ты должен сознавать ее значение, но и помнить, сколько сил, тренировок, интуиции вложено было в ее достижение.

Гляди на мишень – но не на нее одну: замечай все, что происходит вокруг, потому что пущенная стрела встретится в полете со множеством неучтенных тобою факторов – расстоянием, весом, ветром.

Ты должен понимать цель. И постоянно спрашивать себя: «А где бы находился я, если бы сам был целью? Куда именно мне бы тогда хотелось быть пораженным стрелой, чтобы воздать стрелку заслуженную честь?»

Ибо цель существует только в том же измерении, что и стрелок. Ее бытие оправдано лишь желанием стрелка попасть в нее: в противном случае она – не более чем мертвый кусок бумаги или дерева, на который никто не обращает внимания.

И потому – точно так же, как стрела ищет цель, цель ищет стрелу, ибо она придает смысл ее существованию: появляется стрела – и цель становится для стрелка не кругом на бумаге, а центром мироздания.