...[боя]рин Ставер Гаденович:

«Ой есте вы, князи и бо́яре

И сильныя могучия бога́тыри!

Есть у меня молода жена

5 Василиса Микулишна.

По ее счастию есть у меня золота казна:

Николи казна не держитца,

Всегда казна исполняется.

И есть у меня триста молодцов —

10 Все молодцы перебо́рчетыя,

Молодец молодца лутче:

Николи жь молодцы не стареютца.

Да есть у меня триста жеребцов,

А все жеребцы латынския:

15 Николи жеребьцы не изъездятца».

И зговорят князи и бо́яре,

И сильныя могучия богатыри,

И мужики торговыя:

«Ой еси ты, бояринь Ставер Гаденович!

20 Почему у тебя золота казна не держитца?»

И зговорит боярин Ставер Гаденович таково́ слово:

«Потому у меня золота казна не держитца,

Что я из той казны деньги в рость даю,

И темь я ростомь год живу,

25 Потому моя казна не держитца».

— «Почему у тебя молодцы не стареются?»

И взговорит бояринь Ставер Гаденович таково́ слово:

«Потому у меня молодцы не стареются:

Пьют, едят, а сами потешаютца

30 И никакой кручины не ведают;

Чеботы носять по-турецкому —

Шиломь пяты, носки в[о]стрыя,

Однорядки носят по-посольскому — скорлять сукно,

Колпаки носят, плащи золотыя,

35 Потому молодцы не стареютца».

— «Почему у тебя жеребцы не изъездатца?»

И взговорит бояринь Ставер Гаденович таково́ слово:

«Потому у меня жеребцы не изъездятца:

Севодни я поехал на том жеребце,

40 А завтре поеду на другом жеребце,

Всегда у меня жеребцы переменныя,

Потому они не изъездятца».

И лихи были в Киеве оговорщики:

Оговорили оне князю Владимеру киевскому

45 Боярина Ставра Гаденовича

Небыльными словесами и ложными:

«Государь ты наш, князь Владимер киевской!

Пьешь, ешь и потешаешься,

А тово себе не ведаешь:

50 Есть у тебя на пиру бояринь Ставер Гаденович,

Стольнова града Чернигова,

А за очи говорить таково́ слово:

„Я-де в Киеве-гради больши великаго князя Владимира и бога́тея“».

И тут князь Владимир на него раскручинился,

55 Велел его скоро пред собою поставити.

И скоро поставили боярина Ставра Гаденовича

Перед князя Владимира киевскаго.

Что взговорить князь Владимер киевской:

«Ой еси ты, боярин Ставер Гаденович!

60 Негораздо ты за очи похваляешься

И говоришь таково́ слово:

„Что-де я в Киеве бога́тее князя Владимира“».

И взговорит боярин Ставер Гаденович:

«Аз, государь, никакова слова про тебя не говаривал».

65 Бог над Ставром прогневался,

Государь великий князь Владимер раскручинился,

Велел ево посадить в глубок погребь сорока саже́н

И закрыть доскою железною,

И засыпать песками желтыми.

70 И повели боярина Ставра Гаденовича

В глубок погреб сорока саже́н.

И что взговорит боярин Ставер Гаденович:

«Ой еси ты, мой слуга поваренной!

Садись ты скоро на жеребца латынскова,

75 Поедь к стольному граду Чернигову

К моей молодой жене к Василисе Микулишне,

Отправь ей от меня челобитье великое:

„Бог над Ставром прогневался,

Государь великий князь Владимир раскручинился,

80 Велел ево посадить в глубок погребь сорока саже́н,

И засыпать песками желтыми,

И закрыть доскою железною“».

И скоро детинко садился на жеребца на латынскова,

И поехал к стольному граду Чернигову.

85 И как будет в Чернигове-граде,

Взъеждяет на царской двор, с коня не слажучи,

Бежит во светлую горницу, не обсылаючи,

Молитца чудным образом,

Бьет челом Василисе Микулишне,

90 А сам говорит таково́ слово:

«Государыня Василиса Микулишна!

Привез я к тебе вести нерадостныя:

Бог над Ставром прогневался,

Государь великий князь Владимер роскручинился,

95 Велел ево посадить в глубок погреб сорока саже́н,

И закрыть доскою железною,

И засыпать песками желтыми».

И тут Василиса Микулишна была догадьлива,

Скоро она догадалась:

100 Пошла она в хоромы опри́шенныя,

Скидовала с себя волосы женския,

Завивала кудри молодецкия,

Надевала на себя платье посольское,

Скоро садилася на жеребца латынскова,

105 Имала сь собою триста молодцов, —

Молодец молодца лутче,

Все молодцы перебо́рчетыя,

Будто едет млад посол,

Млад Василей Иванович,

110 Из тое земли из Галацкия,

От короля польскова,

Править посольство великое.

И поехал млад посол Василей Иванович

К стольному граду Киеву,

115 К великому князю Владимеру киевскому,

Тою дорогою продольную,

На лесы на Бранския,

На грязи на черныя,

На реку на Смородину,

120 На Соловья на разбойника.

И как будеть грозен посол

Млад Василей Иванович

Близко стольнова града Киева,

В тех лугах государевых,

125 И тут велел белы шатры белобельчетыя росставити,

А посольской шатер не мешаетца с теми:

Маковка у шатра золотая,

Золота аравитское.

И малой час поизо́йдучи

130 От стольнова града Киева,

От князя Владимира киевскаго,

Мимо шатра посольскова

Гонить скорой гонец в Чернигов-град.

И что зго́ворит грозен посол,

135 Млад Василей Иванович:

«Ой есть вы, мои слуги и дворяня молодцы!

Переймите вы скорова гонца,

Поставьте его передо мною».

И скоро туть кинулись, и поймали гонца,

140 И привели пред грознаго посла,

Млада Василья Ивановича.

Что взго́ворить грозен посол,

Млад Василей Иванович:

«Ой еси ты, скорой гонец!

145 Куды ты гонишь на́скоро?»

И взговорит ему скорой гонец:

«Государь ты, грозен посол,

Млад Василей Иванович!

Я еду от стольнаго града Киева,

150 От князя Владимера киевскаго,

А еду в стольной град Чернигов

Переписать золоту казну

Боярина Ставра Гаденовича».

И что взго́ворит грозен посол,

155 Млад Василей Иванович:

«Ой еси ты, грозен посол, скорой гонец!

Поедь ты скоро назад к стольному граду Киеву,

К великому князю Владимеру киевскому,

Да скажи ему про меня:

160 „Государь мой князь Владимер киевский!

К твоему здоровью идет, государь,

Млад посол Василей Иванович

Из земли Галацкия,

От короля польскова,

165 Править посольство великое“».

И скоро скорой гонец

Назад поехал в Киев-град,

И сказал князю Владимиру все по́ ряду,

По словеси грознаго посла

170 Млада Василья Ивановича.

А сам посол, не мешкая,

За гонцом в Киев-град приеждяючи,

Ставился на посольской двор.

Как будет третей день,

175 Звал князь Владимер киевской

Грознаго посла млада Василья Ивановича

На почестной пир.

А как будет по пора́м,

Пошол грозной посол

180 На почестной пир.

И как будет грозен посол

Млад Василей Иванович

Среди двора государева,

И тут его встречают князи и бо́яре,

185 И взяли ево под руки белыя,

Повели в полаты каменныя,

Посадили на место посольское.

И как пошел почестной пир,

И почели пить и ясти и потешатися,

190 И увидела Апраксея-королевишна

Грозна посла млада Василья Ивановича,

А сама говорит таково́ слово:

«Государь ты, князь Владимер киевской!

Не быть то грозну послу

195 Младу Василью Ивановичу, —

Быть Василисе Микулишне,

Ставровой жене Гаденовича!»

И что взговорить князь Владимер киевской:

«Ой еси ты, княгиня Апраксея-королевишна!

200 Мошно то нам розведати,

Лише бы не опозоритца».

И как у князя Владимера стол отшел,

И после стола пошла потеха молодецкая,

И что взго́ворить князь Владимер киевской:

205 «Ой еси ты, грозен посол

Млад Василей Ивановичь!

Есть ли теперво с тобою умеющия борцы,

С моими бы борцы поборолися,

А нас бы с тобою потешили?»

210 И что взго́ворит грозен посол

Млад Василей Иванович:

«Государь ты, князь Владимер киевский!

Теперво со мною борцов нету:

Не ведал я потехи молодецкия,

215 Твоего слова государева,

И я затемь борцов не брал.

Разве, государь, мне самому поборотися,

А тебя, государь, потешити?»

И пошел грозен посол на царев двор,

220 И учел по двору похаживать,

Ручки и ножки поправливать.

И в ту пору князь Владимер из хором смотрил,

Из окошка стекольчетова.

И выходят пять борцов умеющих,

225 И учели боротися.

Первому борцу голову сломил,

Другому борцу руку выломил,

Третьему борцу ногу выломил,

Четвертаго борца за тын кинул,

230 А пятой борец в таска́х забежал.

И тут млад посол Василей Иванович

Бьет челом князю Владимеру киевскому

Своею потехою молодецкою.

А сам говорит таково́ слово:

235 «Государь ты, князь Владимер киевской!

Я тебя тешил своею потехою молодецкою,

Вели, государь, меня потешить:

Дай мне игреца, кой бы горазд в гусли играть

И проводил бы меня на посольской двор».

240 И князь Владимер стоючи задумался,

Что нет в Киеве игреца гораздова.

И вспало на ум князю Владимеру

Про боярина про Ставра Гаденовича,

И велел его вынуть из глубока погреба,

245 И велел ему дать звончатыя гусли,

И пошел Ставер Гаденович

За грозным послом на посольской двор.

И как будет на посольском дворе,

И зго́ворит млад посол Василей Иванович:

250 «Помнишь ли ты, Ставер Гаденович, про меня,

Или ты меня знаешь ли, или нет?»

И взго́ворить боярин Ставер Гаденович таково́ слово:

«Аз про тебя и не слыхивал,

Не токмо что мне тебя знать».

255 И что взго́ворит грозен посол

Млад Василей Иванович:

«А помнишь ли ты,

Боярин Ставер Гаденович,

Коли мы с тобою ребячью игрушку игрывали:

260 У тебя была сваечка серебреная,

А у меня было колечко золотое,

И ты в мое колечко часто попадывал?»

И тут боярин Ставер Гаденович догодался:

Ималися оне за руки белыя,

265 Целовалися во уста саха́рныя.

И великой князь Владимер киевской

Опять их пожалывал

Стольным градом Черниговым,

И отпустил их с великою честию,

270 И учал ево жаловаты лутче старова.

И оне поехали в Чернигов-град,

И учали жить и быть по-старому лутче прежнего.

И учели пити и ясти и веселитися по-прежнему.

И начел их князь Владимер жаловать лутче старова.