Публичный евангелизм позволяет крестить множество людей, однако далеко не всегда эти массовые крещения выливаются в устойчивый рост церкви. И одна из причин, почему это происходит, заключается в том, что люди неохотно посещают утренние субботние богослужения. Они присоединились к церкви, которая проводила по пять вечеров в неделю, использовала множество красочных пособий, а для музыкального сопровождения приглашала замечательных профессиональных исполнителей. После крещения людям оставляют одно собрание в неделю, от силы несколько пособий, а в качестве музыкального сопровождения — рояль или заунывный орган. Нетрудно догадаться, что качество субботних богослужений играет чрезвычайно важную роль в поддержании церковного роста — и не только среди мирских людей.
Многие адвентистские церкви уясняют для себя, что способное вызвать отклик у людей, живое богослужение обладает огромной силой, оно привлекает людей, молва о нем переходит из уст в уста и достигает людей невоцерковленных. Люди, переставшие ходить в церковь из–за того, что церковные богослужения казались им скучными, навязчивыми и оторванными от реальной жизни, зачатую охотно дают церкви второй шанс, когда ее служения становятся интересными и созвучными действительности.
Это обновление включает в себя использование современного языка и музыкальных стилей. Кто–то видит в этом определенную угрозу, однако история свидетельствует, что возрождение веры нередко сопровождается и возрождением христианского песенного творчества. На необходимость свежих мелодий, стилей и текстов указывает тот факт, что вера должна быть тесно связана с реальностью и войти в повседневную жизнь людей, без чего им секулярный дрейф не одолеть. Современные мирские песни, хоть и несут в себе нередко смысл, противоречащий Евангелию, тем не менее отражают те жизненные перипетии, с которыми повсеместно сталкиваются сегодня люди. Когда христианская музыка показывает, что ей не безразличны эти перипетии, эта жизненная борьба, которую ведут современные люди, она становится мощным инструментом влияния, указывая евангельский путь решения этих проблем.
Никто из нас не избавлен вполне от реалий современной жизни. Даже если мы не смотрим телевизор и не слушаем радио, мы все равно не свободны от влияния извне. Когда вы звоните в банк, в магазин или в другое учреждение, вас просят не вешать трубку и, пока вы «висите» на линии, включают вам какую–нибудь развеселую современную мелодию, чтобы вам не было скучно. Когда вы приходите в продуктовый магазин или делаете необходимые покупки в торговом центре, там тоже крутят для покупателей популярную музыку. Современная культура проникает все и вся, отгородиться от нее совершенно невозможно. Поэтому когда мир, в котором мы живем, не находит отражения в богослужении, мы можем начать жить двойной жизнью. Одна жизнь — когда мы в церкви или общаемся со своими братьями–христианами. Другая — когда мы работаем или развлекаемся. Такая поделенная на «отсеки» жизнь не спасет нас от секулярного дрейфа и не позволит нам заинтересовать мирских людей нашей верой.
Однако перемены могут оказаться крайне мучительными для собратьев, даже когда налицо ощутимые положительные результаты. Многие люди по–настоящему дорожат традиционным стилем богослужения. У нас есть много замечательных церковных гимнов, которые по–прежнему глубоко трогают душу и сердце. Радикальные перемены в этой сфере могут принести больше вреда, чем пользы в традиционной церкви. Но есть целый ряд простых элементов, которые могут не только улучшить качество богослужений в глазах традиционалистов, но и создать более приемлемую и комфортную среду для мирских людей.
1. Повседневный язык. Богослужение можно улучшить, используя в молитвах, прославлениях и проповедях привычный для всех, повседневный язык. И это не вызовет существенных противоречий. Возможно, члены церкви научатся этому не сразу, однако им вполне по силам выражать все аспекты нашей веры на языке, понятном людям с улицы, а не на специализированном адвентистском «жаргоне». Бывает крайне огорчительно, когда ты пытаешься найти Бога, а по ходу дела выясняется, что для этого тебе нужно освоить новый язык, без которого тебе не понять, что говорит о Нем Его народ! Бог говорит с людьми на одном языке, поэтому, когда мы обращаемся к людям на повседневном языке, мы следуем Его примеру.
Более того, используя обиходный язык, мы показываем людям, что мы к ним неравнодушны. Когда мы общаемся с людьми на их языке, мы тем самым даем им понять, что принимаем их такими, какие они есть. Они важны для нас. Когда люди знают, что они для кого–то важны и значимы, им легче поверить, что они важны и для Бога. Использование повседневного языка одушевляет Бога для тех, кто живет в мире, сильно отличающемся от замкнутой церковной среды.
2. Практическая ценность. Кроме того, сделать богослужение более привлекательным в глазах секулярных постмодернистов можно, повысив его практическую ценность; другими словами, нужно сделать так, чтобы все, что люди узнают в субботу утром, можно было применять на практике в другие дни недели. Людям нужно услышать в субботу нечто, что они могут воплотить в жизнь в понедельник, вторник и среду. Показав людям на деле живое христианство, мы привлечем их к Богу, заставим их глубже задуматься о практическом благочестии. Увы, адвентистские богослужения редко влияют на жизнь людей вне субботы. Здесь будет вполне уместно привести следующий горестный упрек: «Как это ни печально, многие слишком много внимания уделяют теории и слишком мало — практическому благочестию по той лишь причине, что Христос не живет в их сердцах. У них нет живой связи с Богом» («Свидетельства для Церкви», т. 4, с. 395, 396).
Мы сможем гораздо убедительнее показать, как прожить понедельник по–христиански, если мы живем так сами, преодолевая те же трудности — дома, в обществе, на работе — что и все остальные люди. Когда мы знаем сами, что значит ходить с Богом каждый день на протяжении недели, нам будет не трудно научить этому и остальных. Церкви, пользующиеся наибольшим влиянием в современном секулярном обществе, делают упор на практическом христианстве. Я вовсе не призываю отодвинуть доктрины на задний план. Однако доктринальное учение должно производить перемены в самой жизни, а не только в сознании.
3. Совершенство. Третья сфера, перемены в которой могут в положительную сторону сказаться на отношении к нам мирских людей, — это совершенство, высокое качество во всем, что мы делаем как церковь. Слишком часто все, что происходит в адвентистских церквях, имеет вид убогий и отсталый. Богослужения организуются наспех, бывают нестыковки проповеди и музыкального сопровождения. Для самих адвентистов эта убогость, может быть, вполне терпима, тогда как люди мирские воспринимают ее как оскорбление в лучших чувствах, а такое богослужение — как напрасную трату времени.
Мы требуем качества от продуктов, которые покупаем, от гостиниц, в которых останавливаемся, от телепередач, которые смотрим, а сами хотим, чтобы нецерковный человек довольствовался вялой проповедью и нестройным пением. Увы, мирские люди в наше время очень требовательны. И музыка, и чтение библейских текстов, и молитва и даже объявления — все должно быть на высшем уровне.
Один из лучших способов повысить качество всех аспектов церковного служения — это регулярный их критический разбор. Если мы всерьез обеспокоены качественным уровнем нашей работы, нам нужно постоянно получать отклики людей о качестве наших усилий в Божьем служении. Церковное служение нужно почаще соизмерять со Словом Божьим и с нуждами людей, которым мы служим. Никто не должен считать себя неприкосновенной фигурой, даже пастор. Критический анализ всегда болезнен, но он поможет сделать служение более действенным и плодотворным.
4. Овладевайте вниманием людей. Четвертая область, которая может повлиять на привлекательность богослужения, напрямую связана со средствами передачи информации. Богослужение необходимо сделать более ярким и притягивающим внимание. В наш информационный век так просто внимание людей не привлечь. Постмодернисты в особенности проводят все меньше времени за книгами и все больше у телевизора или компьютера. Многие читают больше документов в цифровом формате, чем в напечатанном, бумажном виде. Постмодернисты предпочитают картинку тысяче слов. Если вы будете убеждать их пространными предложениями, то они, пожалуй, даже и не запомнят, что вы сказали. И совсем другое дело, если вы предложите им яркую метафору или нарисуете картинку с подписью — так они скорее вас поймут и лучше запомнят вами сказанное.
У постмодернистов с детства так много развлечений на выбор, что им очень даже просто наскучить. Думаю, вам нетрудно представить себе молодого человека, блуждающего по необъятному телеэфиру с пультом дистанционного управления в руках. Современным людям нужно не более пяти–десяти секунд, чтобы решить, стоит ли воспринимать проповедь серьезно. Однако при правильном, здравом подходе к применению визуальных средств можно создать среду, которая поможет модернистам и постмодернистам воспринять ту весть, которую мы хотим до них донести. Церковь должна стать трехмерной, используя образы — но не вместо слов, а им в помощь.
Музыка в хорошем исполнении тоже может привлечь внимание к богослужению. Визуальные виды искусства могут в значительной мере способствовать усвоению духовных уроков. Если у членов вашей церкви слово спектакль вызывает резкое отторжение, то попробуйте воспользоваться для этой цели детским рассказом. Согласуйте его с проповедью, гимнами и чтением Писания; пусть все служение станет единым целым. Взрослые любят детский рассказ — порой даже больше, чем сами дети! Уверяю вас, богослужение можно сделать более интересным, никого при этом не оскорбив и не обидев.
В модернистскую эпоху перед богослужением ставилась задача помочь людям узнать о Боге. В наш постмодернистский век богослужение нужно строить так, чтобы помочь людям прежде всего ощутить Бога. И для этого есть серьезное библейское основание. В служении ветхозаветного святилища были задействованы все органы чувств; поклоняющиеся приходили к храму не для того только, чтобы выслушать проповедь. У них на глазах разворачивалось впечатляющее священнодействие, они вдыхали курения, вкушали приношения, в общем, были активными участниками. Во время некоторых праздников народ играл на ударных инструментах и исполнял ритуальные танцы (см. Пс. 150). Конечно, мужчины и женщины танцевали при этом раздельно. Храмовое богослужение было ярким, запоминающимся событием. Кроме того, приковывая внимание людей, мы следуем примеру Христа, Который очень умело задавал тонкие риторические вопросы, например: «Который из двух [сыновей] исполнил волю отца?»
5. Мощная духовная интонация. Если вы хотите вдохнуть новую жизнь в ваши богослужения, вам не обойтись без мощной духовной интонации. Одной только истины сегодня недостаточно, чтобы удержать людей в церкви. Они должны встретить здесь живого Бога. Секулярные постмодернисты только тогда решатся ходить в церковь, когда увидят, что там присутствует живой Бог. Их привлекают те церкви, где люди знают Бога и знают, как научить других богопознанию. Все, что происходит во время богослужения, будь то проповедь, музыкальный номер или молитва, должно быть заряжено духовной энергией тех, кто в нем участвует. Мирских людей «на мякине не проведешь». Если в церкви едва теплится духовная жизнь, это видно невооруженным глазом — и не только людям со стороны, но и церковной молодежи.
6. Подлинность. Здесь мы подходим к крайне важному для совершенствования адвентистского богослужения вопросу, может быть, даже самому важному. Современным людям как воздух нужны примеры подлинного, настоящего христианства. В адвентистских церквях нередко царит рутина, люди служат Богу по привычке, без сердца. Однако у секулярных постмодернистов как будто нюх на неискренность и подлог. Они чуют фальшь в христианах за версту.
Подлинность строится на духовности. Это качество приобретается в ежедневном молитвенном общении с Богом. Кто если не Христос может помочь вам увидеть себя глазами своих ближних! Только Он может научить нас быть самими собой в истинном смысле этого слова. Работая с мирскими людьми, мы обнаружим, что один из наилучших способов завязать отношения с другим человеком — это искренно поделиться с ним своей собственной нуждой. Люди неохотно откровенничают с другими. Они не хотят показывать свои уязвимые места. Но если мы сами будем с ними откровенны, не боясь показать свою уязвимость, то они откроют нам в ответ свои души и поделятся с нами своими сокровенными нуждами и тревогами. Гораздо более подробно я изложил эту тему в своей книге «Богопозпание в современном мире».
В силу своего скептического отношения к авторитетам и авторитетным учреждениям постмодернисты могут воспринять христианство только через отдельных христиан, завоевавших их уважение и доверие. Они не поверят христианину на слово; они сначала посмотрят, как он живет. Если этот человек, преодолев смущение, признает свое несовершенство, то это произведет на них гораздо более благоприятное впечатление, чем если он будет за маской приличия скрывать изъяны и пороки, присущие ему в повседневной жизни. Когда постмодернисты соприкасаются с религией, их беспокоит не столько ее истинность, сколько подлинность. Они не требуют от церкви совершенства, они хотят, чтобы она была искренней.