Большинство взрослых, жестоко обращающихся с детьми, сами в детстве пережили такое обращение. У большинства алкоголиков были старшие родственники, тоже злоупотреблявшие алкоголем. Это порочный круг, который не прерывается от поколения к поколению. Именно в него уходят корнями разного рода зависимости. Мы становимся теми, кто мы уже есть. Наша участь запрограммирована историей нашей семьи. И ошибки, совершенные нашими родителями, влияют не только на нас; мы передаем их по наследству будущим поколениям.

Если вы обратитесь к психологу–консультанту, специализирующемуся на зависимостях, и спросите его, как добиться позитивных перемен, то смысл его ответа будет заключаться примерно в следующем: «Вам нужно разорвать цепь, которая связывает вас с прошлыми поколениями и с их зависимостями. Если вы хотите каких–то по–настоящему серьезных, долговременных перемен, вам придется разомкнуть связующее звено между вашим прошлым и вашим будущим. Если вы этого не сделаете, вы обречены на ту же участь, что и ваши родители». Вы можете возмутиться в душе: «Ничего подобного! Я совсем не такой, как мои родители!» И в каком–то смысле будете правы, но не во всем. Давайте более внимательно посмотрим на то, как проявляет себя зависимость в череде поколений.

Представьте себе такую ситуацию: отец семейства, представитель первого поколения, страдает алкогольной зависимостью. Он добирается до дома поздно вечером, пьяный до положения риз, вламывается в дверь и с грохотом падает на пол. Если вам повезет, то это последнее, что вы от него слышите, пока не наступит утро. А если день для вас выпал неудачный, то он приходит домой еще полный сил и начинает колотить вашу мать. А покончив с ней, берется за вас. Какие мысли проносились бы в вашем мозгу, будь вы на месте этого несчастного ребенка? Я никогда не буду таким, как мой отец. Ни за что не притронусь к этой гадости. И в каком–то смысле этот ребенок окажется прав.

Беда в том, что даже если в пьющей семье таким вот образом взращивается лютая ненависть к алкоголю, сама по себе зависимость, тем не менее, никуда не девается и передается по наследству. Вы растете с отчаянной потребностью как–то выправить свою жизнь, почувствовать себя человеком, компенсировать всю эту боль каким–нибудь удовольствием. Поэтому в следующем поколении у ребенка, который никогда не уподобится своему отцу, может развиться сексуальная зависимость того или иного рода. Зависимость, боль и гнев никуда не денутся, разве что стремление к удовольствию, к удовлетворению своих эмоциональных потребностей примет несколько иную форму.

Если говорить о сексуальной зависимости, то здесь члены семьи могут потворствовать своему сексуальному влечению путем интрижек «на стороне» или обращаясь к услугам проституток, но чаще всего нездоровая сексуальная атмосфера в доме возникает из–за порнографии или даже сексуального насилия. Что происходит с детьми, когда они видят последствия, к которым приводят беспорядочные половые связи, порнография и насилие в их семье? Все это опустошает их душу. И что они говорят самим себе? «Я никогда не буду таким, как мой отец (или мать, или оба они вместе)!» И здесь они тоже будут отчасти правы.

И вот мы подошли к третьему поколению. К этому времени вся родня больна либо алкогольной, либо сексуальной, либо любой другой зависимостью. Поэтому они стараются подавить в себе свои влечения и силой воли заставить вести «себя, как все нормальные люди». Но зависимости никуда не делись. Порочный круг не разорван. Представители третьего поколения, в свою очередь, начинают выражать себя, скажем, через гнев. Отец и мать обрушиваются друг на друга и на детей. Они легко поддаются гневу. И что же скажут себе дети? «Я никогда таким не будут! Никогда!»

Знаете, что зачастую происходит с третьим или четвертым поколением? «Я никогда не буду таким, как мой прадед. Я никогда не буду таким, как мой дед. Я никогда не буду таким, как мой отец». Я много раз замечал, что четвертое поколение в таких семьях посвящает себя служению ближним или профессиям, призванным облегчать людские страдания. Я не знаю, как решить свои жизненные проблемы, — думают они, — но, может быть, если я стану церковнослужителем (буду психологом, врачом, социальным работником), то мне волей–неволей придется стать хорошим человеком. Кто знает, может, спасая других, я найду исцеление и для себя тоже. Но, увы, ни религия, ни психология не становятся решением всех проблем. Зависимость может принести еще больший вред, если облачить ее в религиозные или профессиональные одежды, которые естественным образом вызывают доверие у ближних.

Я понимаю: о таких вещах даже упоминать неприятно, но, как говорится, знание — сила. Вы не исцелитесь, если не будете знать о своей болезни. Иисус сказал: «Я пришел не к здоровым, но к больным». Если вы не знаете, что больны, то к врачу вы скорее всего не пойдете. Вся ваша жизнь пройдет в попытках убежать от чего–то, что сидит у вас глубоко внутри и с чем вам справиться не под силу. Это и есть та цепь, которой вы прикованы к вашему искалеченному, нездоровому прошлому.