Сегодня садоводы задали мне сложный вопрос, и улыбаются, перешептываются – видимо, подготовились и ждут, как я выкручусь.
– Стоит ли покупать нам в садовых магазинах и в интернете рекламируемые препараты на основе компостных вытяжек, содержащие полезные почвенные бактерии? Какие лучше? И есть ли смысл для своих внуков приобретать аптечные пробиотики, пребиотики, синбиотики, закваски с полезными бактериями для производства кисломолочных продуктов и квасов?
– Начну с конца, – ответил я. – Я разделяю препараты на магазинные и самодельные. На те, что применяются для грядки и для рассады, или, например, для детей постарше и для новорожденных.
Для грядки я не буду применять ничего покупного, я знаю, как делать правильно компостные вытяжки или ЭМ-препараты, как вырастить самому триходерму, как микрогрибы-актиномицеты, как сделать гуматы, стимуляторы ризосферы и аминокислоты. Магазину я не всегда доверяю, если надо, сделаю для себя все сам, это надежнее и интереснее. Также я никогда не покупаю для детей после года магазинные биокефирчики и кисломолочные смеси, обогащенные пре- и пробиотиками.
Молоко от своей козочки или от знакомой коровы я даю своим детям парное, со всеми полноценными полезными бактериями, или делаю простоквашу из живого, не пастеризованного деревенского молока. Так делали наши предки миллион лет. И так правильнее улучшать микробиом ребенка.
Естественно, всегда надо кипятить молоко, если оно куплено из бочки на улице или у незнакомой старушки на рынке.
Хрупкая рассада – это как нежный новорожденный, здесь стерильность иногда уместна. Когда я высаживаю семена редких культурных растений на рассаду, я знаю, что найти почву, где нет гнилостных бактерий и грибов, невозможно, спорами пропитан даже воздух. Черная ножка появляется внезапно, когда ее не ждешь, лечить ее бесполезно, маленькие всходы гибнут, время упущено, урожай потерян. Поэтому для рассады я применяю только качественный стерильный торф, поливаю его хелатным комплексом удобрений и могу применять магазинные стимуляторы ризосферы от надежных производителей или качественную триходерму.
Для себя просто барботирую семена в АКЧ и опрыскиваю всходы компостным чаем, сделанным из очень старого надежного компоста. И только когда рассада выросла и окрепла, после высадки в грунт применяю органические методы земледелия – компост, мульчу и прочее.
Так и с детьми до года. Если мать перестала давать грудь, я никогда не посоветую коровье молоко или смеси на его основе ребенку до 6 месяцев. Это преступление в наше время. Рахит, диатез и болезни обмена веществ малышу обеспечены.
Я рекомендую только качественные современные импортные смеси, содержащие лучшие на сегодняшний день полезные микроорганизмы, с доказанной наукой эффективностью, лучшие олигосахариды – стимулирующие собственные бифидо- и лактобактерии. Рекомендую только смеси, которые максимально приближены к грудному молоку по белкам, жирам и витаминам.
Никакое мифотворчество здесь недопустимо, любые советы бабушек, подружек или малограмотных медиков приводят к болезням и осложнениям. За 40 лет работы педиатром я всего повидал, только вот чудес от целителей не видел ни разу.
Теперь о первой части вопроса, волнующего садоводов. Если вносить в хорошую плодородную почву дополнительные микроорганизмы, АКЧ, или ЭМ-препараты, не нарушат ли они биологию почвы?
В хорошей почве всегда есть единое богатое микробное сообщество, и зависит оно от той пищи, той органики, которую мы вносим. Что бы мы ни внесли, найдется тот микроорганизм, что эту пищу потребит, размножится, погибнет, выделит метаболиты, и они всегда станут едой для следующих пищевых цепочек.
Какую бы органику мы ни внесли, даже гнилостные грибы и патогенные бактерии, если они не найдут себе пропитание для размножения, например, ослабленные корни растений, всегда, и патогенные и полезные микроорганизмы, то рано или поздно перестанут размножаться и станут просто органикой, едой для следующих пищевых цепочек из бактерий. Но это если сформировано богатое по разнообразию микробное сообщество.
Пока почвы бедны, пищевых ниш много, работа для АКЧ и ЭМ-препаратов найдется. Поэтому, когда мы вносим миллиарды разнообразных бактерий из АКЧ или миллиарды однообразных лактобактерий и дрожжевых грибов из ЭМ-препаратов, они тут же поедают остатки сахаров из препарата, затем доступную органику в нишах почвы, куда не добрались пока местные аборигены, бурно размножаются, своими фитонцидами убивают спрятавшихся патогенов, поедают их.
Всплеск их жизни длится недолго, несколько дней, затем доступная пища исчезает, и вносимые микробы становятся органической пищей для других аборигенных грибов и бактерий, вирусов и амеб, импульс жизни прокатывается по почве и затихает. В почве появляются продукты из переработанной органики, доступные для питания корней. Мы видим всплеск роста растений.
Раньше мы думали, что это главное: внести микробы, чтобы усилить разложение органики до доступных питательных веществ. Оказывается, нет. В любой почве, кроме целинной или мусорной кучи, заросшей лопухами, всегда микробное сообщество намного беднее, чем в старом хорошем компосте или вермикомпосте. Поэтому большая часть микробов из АКЧ, поработав, погибает, но часть всегда встроится в пищевые цепочки почвы и в ризосферу корней, если почве и корням данных микробов не хватает. После каждого полива АКЧ биоразнообразие почвы растет, а патогены гибнут.
Еще важнее понимать, что в почве всегда есть аборигенные полезные бактерии, которые спят до лучших времен. Когда прокатывается импульс жизни от АКЧ и особенно от ЭМ-препаратов, то метаболиты будят аборигенов, и они приживаются в почве, встраиваются в пищевые цепочки и делают биоту почвы богаче и разнообразнее. Это и есть наша главная цель.
После ЭМ-препаратов, в которых количество микробов огромно, намного больше, чем в АКЧ, правда, набор бактерий мал, обычные дрожжи да лактобацилы, или после настоя травы, особенно настоя сена, где бацилл сенной палочки не меньше, чем в ЭМ, импульс жизни добавляет в почву огромное разнообразие метаболитов, поэтому если после ЭМ-препаратов через пару дней я опрыскиваю почву АКЧ, то число прижившихся компостных бактерий возрастает в разы.
Об этом синергизме АКЧ и ЭМ-препаратов мало кто знает, этот важный секрет я вам рассказываю впервые. В литературе все обычно излагается примитивно и зачастую неправильно. Обычно этим грешат «природники». Льют бездумно в почву препараты с приставкой «био» по озарению, по вере, а не по науке.
Или берут бочку, добавляют траву и навоз, пропускают воздух (не понимая, что в бочке, где до трети гниющей органики, кислорода никак не может хватить, чтобы размножились полезные аэробы) и получают обычную «вонючку» с избытком азота, которая дает импульс жизни на три дня, затем 100 % бактерий съедаются почвенными аборигенами, растения жиреют от азота, и гнилостные болезни процветают. У меня наоборот. Вначале ЭМ-«бражка» на мелассе, затем АКЧ на мелассе с компостными аэробами переводит весь азот в тела бактерий.
Точка невозврата к деградации почв
Еще одна очень важная мысль. Я знаю, что есть момент, после которого деградация почв останавливается, связан он опять же с ростом микробного сообщества. Пока биоразнообразие почв низкое, что ни вноси, органика не перерабатывается в стабильный гумус, нет нужных пищевых цепочек с высоким КПД, полезные минералы не удерживаются в почве, поэтому деградация продолжается.
Выход мы ищем в избытке мульчи, сидератов, навоза, но от всего этого обычно возникает перекос в сторону нитратов, растения жиреют, болеют, перестают гнать сахара в корни, доедают остатки гумуса, и мы не приближаемся к точке невозврата, а катимся вниз к деградации.
Как только мы, применяя грамотно ЭМ-препараты, АКЧ, мульчу, достигаем высокого биоразнообразия биоты, процесс прирастания плодородия становится стабильным. Растения включают фотосинтез на полную мощность и начинают гнать сахара к корням. Биота подпитывается корневыми выделениями растений и использует их на 100 %. Весь углерод, пройдя сотни пищевых цепочек, накапливается в телах биоты и немного в виде стабильного гумуса откладывается в почве, повышая ее плодородие. С дождем не вымывается ничего.
Как только сложилось богатое почвенное сообщество из миллионов пищевых цепочек, биота выделяет гумуса больше, чем потребляет. Это тот секрет, который не могут понять «минеральщики»: биота выделяет гумуса больше, чем потребляет. Так выросли черноземные почвы до четырехметровой глубины, никто не вносил органику со стороны, все сделала биота, сложившаяся в стабильные пищевые цепочки.
Опыт фермеров показал, что если заботиться о биоте, то достаточно оставлять на поле только опад трав и культурных растений, соблюдать севооборот, и плодородие почв будет расти.
Конечно, у нас не поле, мы должны вносить понемногу органики, ведь у томатов и капусты урожаи больше в разы, чем у пшеницы. Но хорошая биота нам нужна, только она защитит наш урожай от болезней и сможет сделать почву структурной.