Токайские горы, виноградники на пологих склонах, славные венгерские лозы – сколько воспоминаний рождает эта картина!

Когда Державину нужно было изобразить жизнь богатого вельможи, сибарита и сластолюбца, он не забыл о токайском:

Сам поэт со знанием дела написал в примечании к стихам: «Токай – город в Венгрии, в окрестностях которого производится знаменитое токайское вино».

Заветные бутылки токайского

Пушкину и в Петербурге, и в Тригорском частенько подавали к обеду токайское, к которому он привык смолоду. Во времена Пушкина токайское было напитком излюбленным, без него и жизни не мыслили. Всем известно стихотворное обращение поэта к няне:

Токай прославил ту область Венгрии, откуда начиналась борьба за независимость – самые благодатные земли трансильванского княжества. Владевший селом Токай Ференц Ракоци посылал токайское вино в дар союзникам – в первую голову французам и русским, завозил токайское в Польшу, в германские княжества. Это был стратегический запас венгерской дипломатии! Иной раз токайское оказывалось самой надёжной валютой, надёжнее золота: немецкие феодалы поставляли Ракоци оружие в обмен на бочки вина.

Тайна классического Токая тоже связана с военной историей. В середине XVI веке крестьянскую Венгрию потрясали турецкие набеги. На берегах рек Бодрога и Тисы ожидали неприятелей. В окружении князей Ракоци в те годы был уважаем мудрец-проповедник Мате Сепеши-Лацко. Он отличался аскетизмом, вёл жизнь праведника, крестьяне его побаивались, считали провидцем. Опасаясь очередного набега, Сепеши-Лацко призвал крестьян повременить со сбором винограда. Виноделы поворчали-поворчали, да и прислушались к хитроумному кальвинисту, попрятались от турок в горах, оставив виноград на гроздьях. В конце октября, на целый месяц позже привычного срока крестьяне с музыкой, с песнями начали сбор винограда. Чудесным образом Сепеши-Лацко удалось подвести виноград к идеальному состоянию, к той волшебной неделе, когда ягоды приобретают уникальный вкус. За лишний месяц виноград подвялился, многие ягоды привяли – и получилось вино удивительного вкуса, которое сразу оценили могущественные феодалы. «Король вин и вино королей», – много лет спустя так назовёт Токай-асу Людовик XV. Легенды даже Влада Цепеша – всем известного графа Дракулу – причисляют к когорте ценителей Токай-ассу. Только граф умер за много лет до счастливого изобретения Мате Сепеши-Лацко. Мы можем утверждать, что токайское Дракула пил, и предполагать, что ценил, но это было не то токайское, не Токай-асу с его неповторимым цветочным привкусом…

Впрочем, профессионалы в виноделии знают, что своим уникальным букетом токайское асу обязано «благородной плесени» botrytis cinerea – грибку, поражающему виноградные грозди. Такие ягоды собирают вручную в специальную 25-килограммовую плетеную корзину – путтонь. И чем больше путтоней добавлено к суслу, тем качественнее, ценнее и дороже будет асу, в названии которого бывает прибавка: Токайское асу 3, 4, 5 и 6 путтоней.

В 1606 году Мнишек привез в Москву, к свадьбе своей дочери Марии с Лжедмитрием, 30 бочек токайского вина. Чопорным русским боярам новый заморский напиток пришёлся по душе. Для многих токайское стало одним из немногих приятных впечатлений, связанных с царствованием Лжедмитрия. Венгерские вина ценились в домах московских вельмож. Ими потчевали дорогих гостей в торжественных случаях. Пивал токайское и государь Алексей Михайлович – второй из коронованных Романовых, чей двор славился особой московской евразийской роскошью.

Уважал токайское Пётр Великий, получивший от Ракоци немало бочек драгоценного вина. Токайское он считал лекарством. До нас дошло воспоминание о том, как молодой царь на одном из пиров убедился в чудодейственных целебных свойствах Токая:

«У царя похолодел живот и начались схватки в желудке: внезапная дрожь, пробежавшая по всем его членам, внушила опасение, не кроется ли тут какого злого умысла». Тогда доктор предложил в качестве лекарства испить токайского, и вино немедленно избавило царя от приступа. В дальнейшем «с лица его царского величества не сходило самое веселое выражение, что являлось признаком его внутреннего удовольствия».

В России организовали особую придворную комиссию по закупке токайских вин. Платили за токайское золотом, а также дарами Урала и Сибири. Со времён Петра Великого, закупавшего токайское сотнями бочек, в Токае то и дело появлялся небольшой казачий отряд, который конвоировал бочки с вином, следовавшие к царскому двору. Россия закупала две трети ежегодного урожая! В Вене токайское стало редкостью: всё выпивалось в Петербурге, по 60 тысяч литров ежегодно. Чуть позже Россия взяла в аренду винные угодья, и казаки, основательно обосновавшиеся в Венгрии, занялись охраной виноградников. Российские казённые сады просуществовали в Венгрии до 1774-го, а комиссия – до 1798-го. До сих пор в городе Токай, расположившемся под горой Напхедь, есть Орос утца – Русская улица. В XIX веке казачьи гарнизоны в окрестностях Токая не стояли, но закупки продолжались. Императорский дом был верен токайскому.

Офицеры и повесы ценили «настоящее токайское» – то, которое пьёт сам государь. А бедные студенты удовлетворялись токайским российского – крымского или узбекского – производства. Тайну «благородной плесени» токайского русские виноделы не знали. Настоящее токайское от века производится только в Токае.