«Как-то весной 1985 года, помню, в колхозе имени Гастелло зашли в магазин, смешанный — промтоварный и продовольственный. Изобилие товаров поразило. В мясном отделе десятка полтора сортов колбасы, мясо — баранина, говядина, свинина — от 50 копеек до 1,80 руб. за килограмм, все свежее, парное. В молочном отделе чего только не было — масло нескольких сортов, сыры, творожная масса, молоко в различных упаковках, сметана в огромном бидоне вразвес, гастрономия — все, что душе угодно, все в красивой расфасовке… Хлеб — черный, серый, белый, батоны, караваи, плюшки, рогалики, пирожные, огромных размеров торты. Цены на все низкие, больше на копейки, чем на рубли… настроение хорошее, жизнью довольны.
…Уже в то время все больше и сильнее мучили вопросы: так что же случилось? Зачем же так больно падать, чтобы потом с трудом подниматься?
В голове вертелась фраза, сказанная бывшим директором ЦРУ США: «Господин Крючков, а социализм-то не такой уж плохой».
По поводу кражи из Вены перебежчика, военно-морского офицера Артамонова, скончавшегося в машине после инъекции сильного снотворного.
«В конце концов, главной причиной смерти явилось непредвиденное обстоятельство — больное сердце Артамонова, о чем мы не знали. Упомянутые же выше технические просчеты при проведении операции не оказались бы фатальными для здорового человека. Кстати, при вскрытии обнаружилось, что у Артамонова был еще и рак печени в довольно запущенной стадии, так что жить ему оставалось, по оценкам врачей, максимум полгода».
«Раздался звонок. Черненко тепло поздравил, спросил, чем живет советская разведка и ее сотрудники. Я ответил, что в принципе международная обстановка не настораживает и все же есть над чем подумать во внешних делах, заметил, что торговать с нами в больших объемах Америка не собирается, на отмену эмбарго не пойдет, а вот Европа склонна развивать с нами торгово-экономические отношения».
(Некоторые не понимают, а в чем тут юмор? А в очень общих рассуждениях о международной обстановке! Еще Набоков писал: «Франция того-то боялась и потому никогда бы не допустила. Англия того-то добивалась… Словом — мир получался каким-то собранием ограниченных, безъюморных, безликих, отвлеченных драчунов». — М. Л.)