Оставшийся вечер прошел довольно мирно. Я ела и думала, Мин загадочно молчал. Пару раз он пытался расспросить меня о семье, но я ответила, что у меня только бабушка, и тема сама собой затихла. Может, он ждал, что я буду интересоваться его жизнью, но мне было безразлично. Слова Совы, что я его истинная пара, вызывали только недоумение. Судя по интонации, с которой она их произнесла, мне положено восторженно прыгать и падать в обморок, но я не испытывала ни радости, ни огорчения от этих слов. Чушь какая-то эти их истинные пары!

За что я была благодарна оборотню — это за выбор едальни. Все же хищники знают толк в мясе. Стейк здесь готовили так, что я даже на пару мгновений полюбила Мина. И оформлено все было необычно, совсем не как в пафосных ресторанах столицы. Большой кусок мяса с темно-коричневой корочкой, густой брусничный соус с ароматными специями, маленькие желтые помидоры, острые и пряные, и набор перцев. Все подали на широкой доске с выжженным логотипом заведения.

— Тебе нравится? — улыбнулся Мин, когда я застонала, с наслаждением втянув ароматный парок, поднимающийся над доской.

— О да… Это лучшее, что могло со мной случиться за сегодняшний день.

Мне даже притворяться не пришлось, мясо было моей слабостью, но на оборотня эти слова произвели неправильное впечатление. Он вздохнул и печально поинтересовался:

— Хочешь сказать, что свидание со мной хуже куска пережаренного мяса?

Мужчина, в отличие от меня, заказал себе стейк с кровью и без специй и на мое блюдо косился с явным неодобрением.

— Свиданий в моей жизни было много, а будет еще больше, — философски изрекла я, отправляя в рот кусочек мяса. — А такого восхитительного стейка могу еще долго не попробовать. С тех пор, как в лесах вокруг столицы запретили охоту, настолько свежее мясо стало редкостью. В основном, привозят или стазис, или заморозку, а этот стейк утром еще травку щипал.

— Я думал, ведьмы не едят мяса, вы же дети природы, — Мин с умилением смотрел, как я разделываюсь с остатками стейка.

— Ведьмы не едят, — с таинственным видом кивнула я, и оборотень помрачнел. Правильно думаешь, хвостатый! Беги, пока репутация не пострадала. — Но я ем!

Мин, к сожалению, не побежал, а потащил меня на танцульки.

Местный оркестр состоял из четырех человек и наяривал незамысловатые веселые мелодии, под которые можно было скакать, держась за руки, или просто трястись в собственное удовольствие. Простенько, задорно и динамично. Наше появление не осталось незамеченным. А все почему? Потому что девиц на танцполе было раза в три больше, чем парней, и то я к парням причислила дедка лет семидесяти и пару мальчишек, едва научившихся ходить. В общем, налицо был острый дефицит мужской силы. Так что Мин за считанные секунды оказался в центре внимания, а я обзавелась тремя легкими проклятиями, парой сглазов и множеством завистливых взглядов.

— Да ты самый популярный парень в поселке, — подколола я оборотня, когда он с трудом отцепил от себя фигуристую белобрысую девицу, с визгом повисшую у него на шее, и, ухватив меня за талию, утащил танцевать. — Твоя девушка?

— Мимолетная интрижка, не ревнуй, — прошептал оборотень в ухо и закружил меня под задорную мелодию.

Танцевать я любила, поэтому расслабилась, решив, что меня совершенно не касаются интрижки хвостатого кавалера. И временную косолапость я девице нечаянно устроила, потому что она мне на ногу наступила, а не потому, что она своими полушариями перед Мином трясла. Какое мне дело до их дел?

Двигался Мин умопомрачительно! Плавно, легко, непринужденно. Танцевать с таким партнером — сплошное наслаждение, нужно было просто отдаться музыке и рукам мужчины, что я с удовольствием и сделала, стараясь не особо прислушиваться к разговорам танцующих рядом пар. А вот зря, как оказалось…

— У, змеюка подколодная, — зашипели мне в спину. — Понаезжают тут всякие.

— Ничего, через пару дней она исчезнет вслед за остальными.

Я резко оглянулась, но увидела только мелькнувший в толпе подол синего платья и светлую макушку склонившегося к девице мужчины. Попробовала рассмотреть, но мелодия ускорилась, и пары закружились быстрее, увлекая нас в веселый ручеек. А когда музыка стихла, ни синего платья, ни его блондинистого спутника уже на площадке не было.

Можно считать, что моя задача на сегодня выполнена! За день я успела устроить скандал на вокзале, шумно заполучить колобка в фамильяры, отметиться в едальне и вызвать зависть на танцах! Если маньяк здесь, то меня точно заметили.

Домой Мин меня провел, когда солнце село за лес и на поселок опустилась ночь. Разговор так и не клеился, витало между нами после посещения Совы какое-то напряжение. Интересно, что прорицательница сказала Мину, что он стал таким задумчивым? На мой прямой вопрос он уклончиво ответил, что ему есть над чем подумать, и быстро сменил тему. Ну и ладно!

Мы целомудренно попрощались у порога дома, где я снимала комнату, и разошлись каждый в свою сторону.

Странно, что не поцеловал на прощание…

— Нет, что за невозможный мужчина мне достался в истинные пары! — возмутилась я, войдя в свою комнату.

— И не говори, — отозвался колобок. Наглая булка лежала на кровати и пялилась на меня черными бусинками глаз. — С чего ты вообще решила захомутать этого извращенца, когда у тебя появился умный, красивый и магически талантливый я?

Я фыркнула и направилась в ванную, Мурзик покатился следом.

— Слушай, ведьмочка, а у тебя есть черный костюм для ночных вылазок?

У каждой уважающей себя ведьмы есть такой костюм. На шабашах он бывает незаменим.

— Есть, а с какой целью интересуешься?

— Так это же прекрасно! Через час мы с тобой идем на дело!

* * *

Я сошла с ума! Окончательно и бесповоротно! Как еще объяснить, что я лежу в кустах возле освещенного яркими огнями особняка и жду, когда его хозяева спать лягут.

— Напомни-ка мне, мой круглобокий друг, какого света мы здесь делаем? — прихлопнув очередного комара, поинтересовалась я.

На место безвременно почившего товарища прилетела толпа, явно желая поучаствовать в похоронах, и я зашипела, отмахиваясь от тучи кровопийц. Никакого пиетета перед темной ведьмой! А я, как назло, не взяла комариный отпугиватель.

— Ты же хочешь найти маньяка? — зашипел колобок.

— Хочу.

— Так вот!

Опять? Я закатила глаза. Этот ответ я слышала раз пять за сегодняшнюю ночь.

— Уйду!

— Ладно, ладно, — заканючил Мурз. — Спер хозяин этого домика у меня одну магическую вещичку, а я в свое время спер эту вещичку у… Неважно, короче! Вот ее нам надо вернуть!

— Зачем?

Видит тьма, я само терпение! Даже не запустила зловредной булкой в окно особняка, хотя очень хотелось.

— Слушай, ведьма, — колобок сверкнул алыми глазами. — Этот артефакт находит утерянное. Редчайшая вещица! Последний экземпляр! При его помощи можно найти все что угодно, даже пропавших девиц! А теперь скажи, что я молодец!

— Ты молодец, — протянула я.

А сама лихорадочно вспоминала, что слышала о таких артефактах. Уже на третьем курсе ба сказала, что готовит мне местечко в магической полиции, пришлось интересоваться криминалистикой, я даже записалась на факультатив по этому непопулярному среди ведьм предмету. Еще бы вспомнить лекции о методах магического поиска…

— Вспомнила! Если у тебя есть частица или магический слепок пропавшего предмета, то артефакт укажет на него. Он работает как компас! Но с погрешностью в километр, что делает его непригодным для использования в городе! В мире их осталось всего шесть штук, из них три нерабочих в музеях.

— Ага, — колобок завозился под боком. — И сейчас один из них хранится у этого типа в кухонном шкафчике.

— Он не знает о его ценности?

— Пф! Знает, конечно, иначе бы не увел его у меня из-под носа, — оскорбленно воскликнул круглый воришка. — Но ключ-активатор я успел хорошо припрятать. Ты же не думаешь, что твой хахаль двуликий просто так за мной гнался?

Я ахнула.

— Ты хочешь залезть в дом к Мину?

— А что такого? — Мурз откатился в сторону. — Он же к тебе в комнату залез!

— Это когда?

— А аккурат в тот самый момент, как оставил тебя после знакомства в таверне. Я за ним следил!

— И почему сразу не сказал? — хмуро поинтересовалась я.

Это выходит, что пока я в таверне ругалась с начальством, оборотень успел обыскать мою комнату? Гад!

— Он твои трусики рассматривал, — наябедничал колобок. — Извращенец! О, смотри, свет потух! Ждем десять минут, и можно чары сна запускать.

Я возмущенно пыхтела, представив, как Мин копается в моем белье, но ладно, пыхтела я для вида, потому что меня, если честно, пробивало на хи-хи. Мой драгоценный домовой подошел к легенде со всей строгостью и ответственностью. Он мне еще и мужские трусы сунул, причем самой веселой расцветки — розовые в ромашки. На случай если придется с кем-то семейную пару отыгрывать. Видно, чтобы мое девичье сердечко не особо страдало от вида красных облегающих труселей до колена, модных в этом сезоне. Тьма, дай сил сдержаться и не заржать в голос! Хотелось бы мне видеть лицо Мина в этот момент.

— Да! Глаза выпучил, клыки изо рта полезли, — тут же сообщил фамильяр. — Сам позеленел и так брезгливо бросил трусишки обратно в комод. А потом захлопнул с грохотом ящик! Совсем не заботится о чужом имуществе.

Тут я с Мурзом согласилась.

— Альмирочка, дорогая, — стал ластиться ко мне колобок, — я у тебя видел одну побрякушечку, такую невзрачную, кулончик в виде капельки. Ну зачем он тебе? Подари, а?

— Это память о матери, — отрезала я. — Все, что осталось.

— Да ты даже не знаешь, что это! — возмутился колобок, моментально теряя подхалимский вид.

— Отчего же не знаю? — Я повернулась на спину и посмотрела в небо, где сияла полная луна. — Лунный свет, заточенный в стекло, его еще называют напитком забвения. Если напоить человека, он забудет о тебе навсегда. Очень полезная для ведьмы вещь.

Особенно, когда не собираешься жить с отцом своего ребенка. Получила, что тебе нужно, и исчезла. Этот кулон мне достался от матери, хотя бабка очень была недовольна, что я приняла подарок. Она приверженец старых традиций — мужик должен страдать! Раз не смог удержать ведьму.

— Ну и не очень-то хотелось, — буркнул колобок.

Ага-ага, так я тебе и поверила. Твои мысли я ведь тоже слышу, мой мучной дружок. Ты бы хотел, чтобы Мин о тебе забыл на веки вечные. Интересно…

— А чем тебе оборотень не угодил?

— Да просто он мне не нравится, Альмирочка. Веришь? — с пылом начал фамильяр. — Вот как увидел его первый раз, так и понял, все, не быть нам друзьями! Не нравится он мне, и точка! Скользкий он какой-то, хитрый, и пахнет от него…

— Опасностью.