К счастью, тропа сильно петляла. Очень скоро их уже нельзя было увидеть из поселка. Дэйн остановился – якобы выбился из сил. Врач протянул руку – поддержать – и тут же отдернул, увидев оружие.

– Что?.. – Он резко замолчал, стиснув зубы.

– Идите впереди меня, – тихо, но твердо проговорил Дэйн. – За той скалой можно спуститься к морю. Идите!

– Видимо, я не должен спрашивать о причине?

– Потом, сейчас некогда. Шагайте!

Врач совладал с удивлением и молча подчинился. Только уже подойдя к флиттеру и увидев скафандры, он широко раскрыл глаза и воскликнул:

– Большая Гарь!

– Да, я в отчаянном положении…

– Уж наверное, или просто сошли с ума. – Врач пристально посмотрел на Дэйна, а затем покачал головой. – Что там? Чумной корабль?

Дэйн закусил губу. Врач оказался проницательным. Дэйн не стал спрашивать, как он догадался, и только указал на пристегнутый под сиденьем скафандр:

– Надевайте, и побыстрее!

Врач потер подбородок.

– Пожалуй, если я не послушаюсь, у вас хватит отчаянности пустить в ход эту штуку, которой вы так эмоционально размахиваете, – заметил он, словно вел непринужденную беседу.

– Убивать не буду, но ожог от бластера…

– Может быть весьма болезненным. Знаю, молодой человек, знаю. К тому же… – Он вдруг дернул плечом, положил аптечку на сиденье и принялся натягивать скафандр. – С вас, я думаю, станется стукнуть меня по затылку и загрузить во флиттер в бессознательном состоянии. Ладно уж…

Надев скафандр, он сел, куда указал Дэйн. Торсон на всякий случай примотал заключенные в металлические рукава руки врача к туловищу. Потом и сам влез в защитный скафандр. Теперь они не могли разговаривать, только видели друг друга сквозь обзорные щитки шлемов.

Когда флиттер уже поднимался над песчаной прибрежной полосой, на скалах показались мальчик и двое мужчин – Хорхе со спасателями прибыли слишком поздно. Флиттер по спирали поднимался в небо, а Дэйн раздумывал, много ли пройдет времени, прежде чем о его возмутительном поступке сообщат на ближайшую полицейскую базу. Но рискнет ли полицейский крейсер последовать за ним в Большую Гарь? Оставалось надеяться, что радиация отпугнет стражей закона.

Управлять флиттером не требовалось. Память машины доставит их прямиком к «Королеве». Интересно, о чем думает его молчаливый спутник? Врач так легко смирился с похищением… Дэйн уже начинал тревожиться. Может, пленник рассчитывает, что их выследят? Неужели жители прибрежных поселков исследовали Большую Гарь, не сообщая об этом официально?

Дэйн прибавил скорость и с облегчением увидел внизу каменистую пустошь – здесь пролегала граница зараженного участка. Одетая в громоздкий скафандр фигура в соседнем кресле не двигалась, но пузырь шлема повернулся, как будто врач внимательно рассматривал местность под флиттером.

Счетчик ритмично защелкал. Дэйн прикинул, что к ночи они все еще будут в пути. Но погони он пока не заметил. И снова он пожалел, что не взял с собой рацию – хотя здесь все звуки глушил бы непрерывный фоновый шум от радиации.

Внизу начали появляться участки зеленой растительности. Судя по напряженной позе врача, для него это было в новинку. К вечеру разрозненные участки слились в сплошной ковер. Дальше пошли джунгли, а счетчик уже не мигал, а горел ровным светом. Ночью они не остались в темноте: деревья, кусты, ползучие лианы – все светилось бледным зловещим голубоватым светом. Кое-где свет был гуще. Он мерцал, словно грозя пролетающему флиттеру.

Около полуночи Дэйн заметил другой огонек – розово-красный, такой уютный и естественный среди призрачного голубовато-белого моря, хотя изначально его назначение было совсем не мирным. На «Королеве» так и не отключили сигнал бедствия – забыли, наверное. И теперь этот сигнал, словно маяк, звал флиттер к родному причалу.

Дэйн посадил машину на оплавленную землю, как смог близко к месту старта. Только бы товарищи шевелились побыстрее!

Беспокоился он зря – их уже ждали. В округлом боку звездолета открылся люк, оттуда спустились тросы. Защелкнулись магнитные крепления, и флиттер потащило вверх, а потом втянуло внутрь корабля. Наружные створки закрылись. Дэйн отвязал ремни, которыми обездвижил своего пленника. Врач встал – довольно неуклюже, как и всякий человек, впервые надевший скафандр.

Теперь во внутренней переборке открылся люк, и Дэйн жестом пригласил врача пройти в соседнее тесное помещение, которое послужит им шлюзом для дезактивации.

Освободившись наконец от скафандров, они прошли через еще один импровизированный люк в главный коридор звездолета, где ждали Рип и Али. При виде врача их усталые лица просветлели.

Первым заговорил врач:

– Значит, правда чумной корабль…

– Нет, сэр! – возразил Рип. – И вы нам поможете это доказать.

Врач прислонился к стене. Лицо его ничего не выражало.

– Суровый у вас метод поиска помощи.

– Другого не оставалось. Я вам скажу откровенно, – продолжал Рип, – нас объявили в розыск.

Врач окинул молодых людей внимательным взглядом.

– Вы не похожи на отпетых преступников, – заключил он. – Это весь экипаж?

– Остальные – ваша забота. То есть… если вы согласитесь. – У Рипа поникли плечи.

– Вы мне не даете особого выбора, так? Если на борту больные, клятва обязывает меня помочь, в розыске вы или нет. Что с ними?

Его отвели в лабораторию и объяснили, что случилось. По мере рассказа недоверчивое выражение на лице врача сменилось искренним интересом. Он захотел осмотреть сперва пациентов, а затем паразитов, которые хранились в состоянии глубокой заморозки. Тем временем Дэйна одолела усталость, а отчасти сказалось облегчение от выполненной миссии. Он еле дошел до своей каюты и спихнул с койки Синдбада, но как только лег, тот снова забрался на койку.

Проснулся Дэйн обновленный душой и телом. И «Королева» как будто возродилась – в корабельном воздухе чувствовались уверенность и надежда.

– Ховэн уже во всем разобрался! – восторженно сообщил Рип. – Это действительно яд из когтей мелких поганцев! Наркотик, вызывает особую разновидность глубокого сна. Его даже можно использовать в медицине. Ховэн полон энтузиазма…

– Отлично, – отмахнулся Дэйн.

В иной ситуации новость его наверняка бы заинтересовала, ведь она сулила еще один выгодный товар для будущей торговли, но сейчас другой вопрос был важнее.

– Сможет он поставить наших на ноги?

Рип слегка приуныл:

– Пока нет. Он им сделал уколы, но говорит, они должны проспаться.

– А надолго ли это, неизвестно, – добавил Али.

Время! Впервые Дэйн сообразил, как много сейчас значит время. Включились профессиональные навыки, и он вспомнил то, о чем не думал в эти тревожные недели, – контракт с саларикскими жрецами. Пусть даже они сумеют доказать, что на звездолете нет чумы, пусть весь экипаж выздоровеет в кратчайшие сроки, все равно им не успеть на Саргол к указанному в контракте сроку с обещанным – и уже оплаченным – грузом. Получится, что договор не выполнен. После этого нет ни малейшей надежды сохранить права на торговлю с Сарголом, и хорошо еще, если они не попадут в черный список за нарушение контракта. Тут подоспеет «Интерсолар», и никогда им не доказать, что компания и была источником всех бед, хотя никто в команде ни секунды в этом не сомневался.

– Нам не выполнить контракт… – произнес он вслух, и общая радость мигом угасла.

– Али, что скажешь? – спросил Рип.

Али кивнул:

– Горючего хватит, чтобы взлететь и, может быть, дотянуть до Террапорта, если очень тщательно продумать курс. Оттуда не улетим без дозаправки – а пока будем заправляться, полиция, конечно, зевать не станет. Мы же в розыске! Нет, вернуться на Саргол к сроку – и думать нечего. Торсон прав – тут мы в пролете!

Рип сгорбился в кресле:

– Значит, интерсоларщики все-таки загребут себе права?

– Давайте решать проблемы по очереди, – перебил Дэйн. – Возможно, придется оправдываться перед Торговой палатой за просроченный контракт, но сперва надо отвертеться от розыска. И как это сделать? У кого-нибудь есть идеи?

– Ховэн за нас. Да если мы ему позволим вволю поиграть с теми паразитами, он нас поддержит обеими руками. Пусть подтвердит под присягой, что на корабле со здоровьем все чисто.

– И сильно это поможет, когда мы нарушили все возможные правила? – поинтересовался Али. – Если сдадимся полиции сейчас, нам не выкрутиться, что бы там ни говорил Ховэн под присягой. Он врач из окраинного поселка. Я не сомневаюсь, что он достойный представитель своей профессии, но все-таки не медицинское светило. А нам показаний одного врача будет мало, когда у нас на хвосте висят и полиция, и интерсоларщики…

Но Рип перевел взгляд с мрачного Камила на Дэйна и задал вопрос, который был скорее утверждением:

– Ты что-то придумал?

– Вспомнил кое-что, – поправил помощник суперкарго. – Помните, какой фокус Ван провернул на Лимбо, когда полицейские захватили бандитское логово и хотели нас оставить ни с чем?

Али нетерпеливо ответил:

– Он пригрозил, что расскажет нашу историю телевизионщикам и все узнают о космических кораблях, которые потерпели крушение из-за установки Предтеч и теперь валяются без присмотра на Лимбо, полные сокровищ. А нам-то что с этого? Мы уже обменяли те права на Саргольскую монополию Трэкста Кама… Хотя и с того большой радости не получили…

– Телевидение! – Дэйн выделил самое главное. – Ван пригрозил разгласить невыгодные для полиции сведения, и при этом юридически он был в своем праве. Мы сейчас вне закона, но гласность и сейчас может помочь. Много ли на Терре знают о необъявленной войне против чумных кораблей? Сколько людей, не имеющих дела с космосом, понимают, что нас могут загнать на Солнце и поджарить, не дав даже возможности доказать, что у нас нет на борту какой-то неизвестной болезни? Если бы мы смогли обратиться к большому количеству народа, возможно, нас бы выслушали…

– Обратиться прямо с телестудии Террапорта, видимо? – усмехнулся Али.

– Почему нет?

Надолго повисла тишина. Рип и Али переваривали сказанное.

Дэйн снова нарушил молчание:

– Раньше вот никто не приземлялся в центре Большой Гари, а мы приземлились.

Вытянув смуглый палец, Рип начал чертить одному ему видимый узор на столе. Али уставился в стену, как будто там находились механизмы, которые он должен освоить.

– Может, это настолько безумно, что и получится, – негромко проговорил он. – Или мы слишком долго болтались в космосе, и «шепчущие» нашептали нам лишнего. Рип, ты сможешь посадить корабль рядом с центральным блоком?

– На один раз горючего хватит, но как бы не расколошматить нашу старушку. Там есть такая площадка между стартовыми комплексами компаний и центральным блоком… Если перед приземлением послать сигнал бедствия, туда никто не сунется. Хотя я бы не стал так делать, разве что в самом крайнем случае.

Дэйн заметил, что после этого маловдохновляющего заявления Рип немедленно откопал среди записей Джелико ту, где говорилось о Террапорте и его правилах. Приземлиться там без приглашения – уж точно значит прославиться. А если они еще сумеют выйти в эфир и рассказать свою историю, их услышат не только на планете, но и во всей Солнечной системе. Новости из Террапорта передают по всем каналам каждый час – и днем, и ночью. Такой драматический сюжет ни один зритель не пропустит.

Но прежде нужно поговорить с Ховэном. Захочет он высказать свое профессиональное мнение в их поддержку? Или не простит, что его так бесцеремонно похитили?

С вопросами к врачу отправили Рипа.

– Так вы хотите приземлиться прямо посередке главного причала? – прокомментировал Ховэн, когда временный капитан «Королевы» коротко обрисовал суть дела. – А потом чтобы я всех заверил, что вы совершенно безобидны? Совсем немногого ты от меня хочешь, сынок.

Рип развел руками:

– Я понимаю, сэр, как все это выглядит в ваших глазах. Мы вас захватили, привезли сюда силой. Если не хотите свидетельствовать в нашу пользу, мы не можем вас заставить…

– Не можете? – Врач изогнул бровь. – А как же ваш мелкий хулиган с бластером? Он запросто мог бы меня поставить перед объективом телекамеры. Оружие очень успешно убеждает. С другой стороны, у меня сын мечтает полететь к звездам на этакой вот жестянке. Если я сдам вас полиции, он мне может потом сказать пару ласковых. Пусть вы объявлены в розыск, все-таки вы не кажетесь мне закоренелыми преступниками. Я думаю, вы попали в скверную передрягу и справились с ней, как могли. Я готов следовать по вашей траектории, но сперва посмотрим, сумеете ли вы посадить корабль в Террапорте, не развалив его на куски. Тогда я и дам окончательный ответ. Если повезет, к тому времени еще один-два человека из вашего экипажа к нам присоединятся…

Пока ничто не указывало на то, что «Королева» обнаружена или что за похищенным врачом в Большую Гарь отправили поисковую партию. Оставалось надеяться, что корабль сможет незамеченным подняться в небо и выйти на стандартный транспортный маршрут к космопорту. Дело предстояло рискованное. Рип и Али часами проверяли и перепроверяли все технические подробности, между тем как Дэйн и выздоравливающий Викс помогали Ховэну ухаживать за спящими.

Трижды посетив трюм и убедившись, что хубат не обнаружил больше паразитов, Дэйн посадил голубое страшилище в клетку и вернул на обычное место в каюте Джелико. Синдбад уверенно разгуливал по коридорам и заходил во все грузовые помещения, двери которых распахивал перед ним Дэйн. Теперь можно было не сомневаться, что на корабле все чисто.

Рано утром в день вылета лечение наконец-то дало результаты. Крэйг Тау приподнялся на койке, растерянно огляделся и о чем-то невнятно спросил. После чего немедленно снова впал в полузабытье, но земного врача это не обескуражило. Прогресс был налицо, и теперь стало ясно, что методика лечения была выбрана правильно.

Точно в назначенный час все пристегнулись, и звездолет взмыл в небо над зарослями, исследовать которые так и не решились. Удастся ли снова приземлиться – зависело от мастерства Рипа.

Дэйн опять сидел в кресле связиста, дожидаясь, когда затихнут помехи, вызванные радиацией, и можно будет послушать новости.

– …вчера вечером повернули назад. Высокий уровень радиации позволяет с большой вероятностью предположить, что злоумышленники не могли направиться в опасную центральную часть территории. Поиск будет вестись в северном направлении. В полиции считают, что данное возмутительное преступление может дать ключ к разгадке исчезновения «Королевы Солнца» – чумного корабля, объявленного в розыск после ограбления ремонтной станции, принадлежащей корпорации «Интерсолар». Если у кого-либо имеется информация об этом корабле или о другом неизвестном звездолете, немедленно сообщите на ближайшую базу терранской или космической полиции. Позаботьтесь о своей безопасности! О любых столкновениях с неизвестными кораблями сообщайте в терранскую или космическую полицию!

– Сильно сказано, – заметил Дэйн, передав остальным объявление. – Практически приказ открывать по нам огонь без предупреждения.

– Ну, если мы приземлимся где надо, они не смогут открыть по нам огонь – иначе выжгут заодно половину Террапорта, – откликнулся Рип. – Я думаю, они все же поостерегутся.

Дэйн искренне надеялся, что Шеннон прав. Посадка будет еще более рискованная, чем на ремонтной станции и на Большой Гари. Сложнейшая задача – все рассчитать и посадить корабль на крохотную площадку, где по ним нельзя будет открыть огонь, не рискуя уничтожить окружающие корабли и здания. Хоть бы Рип справился!

Оценить все тонкости этого рейса Дэйн не мог, поскольку не до конца понимал, что делает Рип. У него хватило ума не задавать вопросов, тихо сидеть в своем кресле и ждать результата, затаив дыхание, с бешено бьющимся сердцем. В какой-то момент Рип глянул на него, занеся руку над панелью управления, и непривычно высоким напряженным голосом проговорил:

– Дэйн, молись! Поехали!

В наушниках раздался вой направляющего луча, до того пронзительный, что заложило уши. Судя по мощности сигнала, они сейчас практически над самой диспетчерской вышкой. Рип задумал посадить звездолет в таком месте, где он плотно закупорит все движение. Дэйн задержал палец над красной кнопкой, готовясь дать сигнал бедствия; после этого всех должны убрать с посадочной площадки, которую пока еще даже не видно.

– Сажай ровненько, на все стабилизаторы! – не удержался он от совета.

И хорошо, что не удержался, – полные губы Рипа слабо дернулись в улыбке.

– Проверим на практике?

Они садились, как на чужую планету, тормозя включенными дюзами. В космопорте все, наверное, с ума посходили. Дэйн отсчитывал секунды. Две… три… четыре… пять… Еще чуть-чуть, и их уже не перехватят – побоятся зацепить ни в чем не повинных людей в окрестностях посадочной площадки. Когда критическая точка была пройдена, Дэйн вздохнул с облегчением. Еще одно очко в их пользу! В наушниках затрещал град вопросов, кто-то в ярости выкрикивал приказы. Пусть беснуются. Скоро узнают, в чем тут дело.