Не бил барабан перед смутным полком,

   Когда мы вождя хоронили,

И труп не с ружейным прощальным огнем

   Мы в недра земли опустили.

И бедная почесть к ночи отдана;

   Штыками могилу копали;

Нам тускло светила в тумане луна,

   И факелы дымно сверкали.

На нем не усопших покров гробовой,

   Лежит не в дощатой неволе —

Обернут в широкий свой плащ боевой,

   Уснул он, как ратники в поле.

Недолго, но жарко молилась творцу

   Дружина его удалая

И молча смотрела в глаза мертвецу,

   О завтрашнем дне помышляя.

Быть может, наутро внезапно явясь,

   Враг дерзкий, надменности полный,

Тебя не уважит, товарищ, а нас

   Умчат невозвратные волны.

О нет, не коснется в таинственном сне

   До храброго дума печали!

Твой одр одинокий в чужой стороне

   Родимые руки постлали.

Еще не свершен был обряд роковой,

   И час наступил разлученья;

И с валу ударил перун вестовой,

   И нам он не вестник сраженья.

Прости же, товарищ! Здесь нет ничего

   На память могилы кровавой;

И мы оставляем тебя одного

   С твоею бессмертною славой.