Весь мир — театр, подмостки — белый свет,

Актеров Бог и мирозданье множат;

Играет свита королям вослед,

Один — талант, другой — играть не может.

На сцене всякий сам себя найдет,

Здесь явлен человек во всяком нраве:

Вот честный муж с предателем идет —

Тому — почет, а этому — бесславье.

Кто доблестный герой, а кто — подлец,

Кто князя представляет, кто — плебея;

Кто жалкий трус, кто удалой храбрец —

У всех есть роль, и все мы лицедеи.

У этой целомудрен каждый шаг,

А эта — развращенная блудница,

Кто хочет замуж, кто — разрушить брак,

В игре нельзя на миг остановиться.

Кто селянин, торговец иль солдат,

Кто горожанин… Мы игру заводим,

Едва на мир направив первый взгляд;

Роль отыграем — и со сцены сходим.

Мир кругл и от театра не далек,

Им не найти сравнения иного;

Светила — к небу поднятый раек,

А в ложе восседает Иегова.

Вознаградить кого настал черед

Иль покарать — решает главный Зритель,

Он верно злым и добрым воздает:

Вот проигравший, вот же — победитель…

Тот, кто меня лишить захочет сцены,

Тот лучше пусть лишает всей вселенной.