А когда конунг Теттмар увидел, что его сын будет побеждён, то взял он красный щит и встал между ними.

Тогда Видга молвил:

— Что ты теперь собираешься делать, конунг? Почему ты поступаешь так? Я скажу тебе по правде, если ты захочешь поступить со мной в своей стране незаконно и несправедливо, и если даже ты захочешь убить меня со своим великим воинством, то больше никто не назовёт тебя ни самым благородным воином, ни великим человеком. А за меня всё же смогут хорошо отомстить, ибо есть у меня дядя[48], не менее могучий конунг, чем ты.

Тогда конунг молвил:

— Благородный воин, я не хочу совершать ничего, кроме добра. Я хочу просить тебя, чтобы ты защитил моего сына, поскольку вижу, что он погибнет, если вы будете биться дальше. А если ты сделаешь так, я подарю тебе один город в моей стране, и ты будешь там графом и женишься на благородной даме, если захочешь.

Видга ответил:

— Конечно, я не хочу того, что ты сейчас предлагаешь. Он получит такой приговор, какой требовал для меня, если вы только не одолеете меня превосходящими силами, ибо людей у вас много.

Тогда конунг отошёл прочь, а они начали биться снова жесточайшим образом, и Тидрек хорошо и мужественно защищался, а Видга безжалостно нападал. Вот Видга так ударил Тидрека по шлему Хильдигриму слева, что перерубил его весь до правого бока, и одна часть шлема отлетела, и хоть голова находилась ниже, однако волосы были задеты.

Вот Хильдибранд увидел, что Хильдигрим расколот. Тогда Хильдибранд, выбежав между ними, сказал:

— Добрый товарищ, Видга, ради нашего союза пощади Тидрека, и он возьмёт тебя в товарищи, и даже если объедешь весь мир и ты, и оба вы вместе, никто не назовёт себя равным тебе.

Тогда Видга молвил:

— Хоть он этого и не заслуживает, однако твоя просьба будет удовлетворена ради нашего товарищества.

Тут он сложил своё оружие, они пожали друг другу руки, стали теперь сотоварищами и вошли в Берн добрыми друзьями.