Теперь Хёгни в одиночку углубился в середину войска гуннов, и одною своею рукою рубил то налево, то направо, то перед собой гуннов, насколько мог достать своим мечом, и также многих он поразил своим копьём, и руки его были полностью окровавлены до самых плеч, и вся его броня была в крови. И он бился уже так долго и так далеко зашёл в войско гуннов, что начал уставать, и теперь он не знал, сможет ли вернуться к своим людям, и он повернул к какой-то палате, взломал её, вошёл внутрь, повернулся в двери, остановился и стал отдыхать.

Маркграф Родингейр ринулся против Нивлунгов, и случилось там сейчас великое сражение. Теперь гунны нападали на палату, внутри которой был Хёгни, а он защищал вход и убил много людей. Гримхильд увидела, где был Хёгни и что он убил много людей. Она громко окликнула гуннов и приказала, чтобы они подожгли палату, поскольку из дерева была сделана крыша палаты, и так было сделано.

Тогда Гримхильд позвала своего милого друга Ирунга.

— Добрый Ирунг, — сказала она, — ты сейчас можешь напасть на Хёгни, который находится там в доме. Принеси мне сейчас его голову, а я наполню твой щит червонным золотом.

Вот Ирунг быстро направился к той палате, как попросила королева, и сейчас в палате, где находился Хёгни, стало дымно. Ирунг очень смело вбежал в палату и, войдя, очень смело так ударил своим мечом Хёгни по бедру, что разрубил броню и отсёк от бедра такой огромный кусок, что для котла его пришлось бы кромсать. Затем он сразу выбежал из палаты.

Тут Гримхильд увидела, что Хёгни истекает кровью, подошла к Ирунгу и сказала:

— Слушай, мой любимый Ирунг, лучший из всех воинов, ты ныне нанёс Хёгни рану, а в другой раз убьёшь его.

Она взяла два золотых кольца, прикрепила одно к завязке шлема справа, а другое — слева, и молвила:

— Ирунг, добрый воин, принеси мне теперь голову Хёгни. Ты получишь так много золота и серебра, чтобы заполнить твой щит по твоему хотению, и ещё столько же.

Ирунг побежал во второй раз в палату к Хёгни, и теперь Хёгни защитился, повернулся к нему и воткнул своё копьё под его щитом ему в грудь, так что пронзил броню и тело, и остриё вышло между плеч. И тогда Ирунг свалился у каменной стены, эта каменная стена и по сей день называется Стеной Ирунга. И копьё Хёгни застряло в этой каменной стене.

Тогда Хёгни молвил:

— Заплати я Гримхильд за её злодейство так, как я сейчас отплатил Ирунгу за мою рану, то мой меч доблестно бы звенел в Хуналанде.