Королева поспешно пришла в сад, где был пир, и уселась на свой трон, и тут подбежал к ней Альдриан, её сын, и поцеловал её.

И теперь королева молвила:

— Мой милый сын, ты, должно быть, похож на своих родичей и обладаешь мужеством. Ты должен пойти к Хёгни, и когда он наклонится к столу и возьмёт еду с тарелки, замахнись кулаком и ударь его по щеке изо всей силы. Тогда ты будешь хорошим воином, если осмелишься на это.

Мальчик сразу побежал к Хёгни, и когда Хёгни наклонился к столу, мальчик ударил кулаком его по щеке. А удар оказался сильнее, чем можно было ожидать от такого юного мужа.

И теперь своей левой рукой Хёгни схватил мальчика за волосы и сказал:

— Ты сделал это не по своему разумению и не по совету конунга Аттилы, своего отца, а по наущению своей матери, и на сей раз это не пойдёт тебе на пользу.

Своей правой рукой Хёгни обхватил рукоять своего меча, вытащил из ножен, отрубил мальчику голову и бросил её в грудь Гримхильд, и Хёгни молвил:

— В этом яблоневом саду пили хорошее вино, и за это нам придётся дорого заплатить. Первый долг я заплачу этим сестре Гримхильд.

И ещё он ударил над головой Фолькхера воспитателя мальчика и отсёк тому голову.

— Ныне я вознаградил королеву, как следует, за то, как ты присматривал за этим мальчиком.

Тут конунг Аттила вскочил и крикнул:

— Вставайте, гунны, все мои люди, вооружайтесь и убейте Нивлунгов.

И теперь вскочил каждый, кто был в этом саду, и Нивлунги обнажили свои мечи. По совету Гримхильд снаружи ворот в сад были расстелены сырые коровьи шкуры. Когда же Нивлунги выбегали из сада, то падали на шкуры, и со многими там получилось так, что они погибли. А Ирунг стоял там со своими людьми и убил много добрых воинов. Нивлунги тоже убили в саду много людей, и теперь убитые лежали в саду многими сотнями.