Теперь, когда конунг Тидрек заметил, что конунг Вальдимар отступает, они вышли из города, поехали к ним и убили у них двести человек. Возвращаясь в замок, конунг Тидрек повстречал конунга Аттилу с великой ратью. Когда же они встретились, то чрезвычайно обрадовались друг другу, и конунг Аттила был рад тому, что конунг Тидрек жив и здоров, и после этого они поднялись в замок.

Тут маркграф Родингейр молвил:

— Великое горе, что мы не смогли прийти раньше, чтобы оказать вам помощь в такой нужде, в которой вы находились.

Тогда Хильдибранд сказал:

— Мне уже сто лет, но ранее я не попадал в такое тяжёлое положение, какое было здесь у нас, пятисот человек, и голод так одолел нас, что мы съели пятьсот коней, и в живых осталось только семь из взятых нами сюда.

Затем конунг Тидрек пошёл туда, где был Тидрек сын Вальдимара, показал его конунгу Аттиле и молвил:

— Вот Тидрек, сын конунга Вальдимара, которого я схватил в сражении, но ради нашей дружбы я хочу подарить его тебе, можешь делать с ним всё, что захочешь: убей его или попроси у его отца выкуп золотом, серебром, большими городами и великой волостью.

Конунг Аттила ответил:

— Сейчас сделал ты мне подарок, что для меня лучше, чем бе́рковец червонного золота! Прими взамен щедрую благодарность и нашу дружбу.

Теперь конунг Аттила и конунг Тидрек отправились обратно в Хуналанд, и об их поездке не рассказывается, пока они не пришли домой. У Тидрека было теперь много больших ран, и он лежал в ранах. А Тидрека сына Вальдимара бросили в темницу, он тоже был сильно ранен.