Они вскочили на своих коней и поскакали к жилищу Сигурда. Там они обнаружили дом, вкопанный в землю[74], а навстречу им вышли две женщины. Одна была женой Сигурда, а вторая — их дочерью. Дочь Сигурда была так сильна, что мало кто из мужчин был крепче неё. Тут она увидела, что её отца сопровождает какой-то человек. Она догадалась, что этот человек сражался с ним. Она заподозрила, что отец её потерпел поражение, поскольку заметила, что доспехи его очень исцарапаны. Когда же они соскочили с коней, она так мощно схватила обеими руками Теттлейва, что сразу повалила его на землю, и так сильно ударила его своими кулаками по шее, что думала, что переломит позвонки.

Когда же это случилось, Теттлейв очень устыдился, что какая-то женщина повалила его на землю и причинила ему тем такие позор и унижение. И он схватил одной рукой её за плечо, а другой за горло так сильно, что влага потекла из обеих её глаз, и так сильно сдавил ей плечо, что кровь брызнула из-под каждого ногтя. Она вскрикнула, попросила его пощадить её и сказала, что хочет помириться с ним. Теттлейв понял, что нет для него никакой славы убивать женщину, хоть она так опрометчиво поступила с ним, и он понял, что всегда сможет причинить ей зло, если захочет. Они подали друг другу руки и вошли внутрь все вместе, дом был хорошо убран красивыми тканями. Гостю оказали радушный приём. И теперь они пили доброе вино, а дочь Сигурда прислуживала и разливала хорошо и учтиво. Внешностью она была всем пригожа, не менее, чем сильна.

Она не отводила ласкового взгляда от Теттлейва, и он это ясно почувствовал. А когда она принесла ему чашу, он взял её вместе с её пальцами и слегка сжал. Она это ясно почувствовала и, когда наливала Теттлейву в следующий раз, наступила ему на ногу. Теперь ими овладела любовь друг к другу, но об этом знали только они двое.

Сигурд и Теттлейв продолжали до самой ночи, а потом пошли спать, и Теттлейву приготовили на ночь хорошую постель, и он уснул, едва лёг в кровать.