А две недели спустя инспектор Бланд имел неприятную беседу с начальником полиции графства.

Майор Мерралл из-за своих лохматых кустистых бровей очень походил на рассерженного терьера. Но подчиненные любили его и уважали его мнение.

– Так-так-так, – произнес майор Мерралл. – Чем же мы располагаем? Ничем, от чего можно было бы оттолкнуться. Возьмем этого де Сузу. Мы ведь не можем как-то связать его с убитой девочкой? Вот если бы мы обнаружили тело леди Стаббс, все было бы иначе. – Он сдвинул свои кустистые брови и пристально посмотрел на Бланда. – Вы ведь считаете, что говорить теперь можно только о теле?

– А что думаете вы сами, сэр?

– О, я с вами согласен. Будь она жива, мы бы ее давно обнаружили. Конечно, если она не продумала своих действий до мелочей. Но я не вижу ни малейших тому доказательств. Как известно, денег у нее не было. Мы выясняли. Все деньги были у сэра Джорджа. Он ни в чем ей не отказывал, но своих средств у нее не было – ни гроша. И не похоже, чтобы у нее имелся любовник. Ни слухов, ни сплетен на этот счет. А в наших-то краях, если что, сразу бы проведали... – Он долго всматривался в потолок, потом стал сосредоточенно изучать пол. – Ничего не знаем. Ни единой зацепочки. Мы только предполагаем, что де Суза по какой-то причине расправился со своей кузиной. Естественно, напрашивается такая версия: он встретился с ней у лодочного домика, посадил к себе в моторную лодку, а затем, когда они отплыли, столкнул ее за борт. Ну и как? Это действительно возможно? Вы ведь проводили эксперимент.

– Боже мой, сэр! Да в отпускное время можно запросто утопить целую лодку людей, хоть в реке, хоть на взморье. И никто ничего не заметит. На всех лодках и катерах визг да возня, все хохочут, дурачатся... Но де Суза не мог знать, что в лодочном домике изнывает от скуки какая-то девчонка. И ставлю десять против одного, она наверняка глазела из окна на реку.

– Ну и что, если даже так? Хоскинс тоже смотрел из окна, когда вы устроили свое представление на реке. Вы его видели?

– Нет, сэр. Никому бы и в голову не пришло, что внутри кто-то есть. Чтобы вас заметили, нужно выйти на веранду.

– Возможно, она и вышла. Де Суза сразу смекнул, что она все видела, он сходит на берег и спрашивает ее, что она там делает. Она впускает его и, конечно же, выкладывает ему, какую ей важную доверили роль в игре, как же можно этим не похвастаться... Он, вроде бы шутливо, накидывает ей на шею веревку, и фьюить... – Майор Мерралл сделал выразительный жест руками. – Вот так вот! Ну ладно, Бланд, допустим, что все именно так и было. Но ведь опять-таки допустим. Опять-таки никаких доказательств. И тела тоже нет. А если мы попытаемся задержать де Сузу в Англии, наживем кучу неприятностей. Нам все равно придется его отпустить.

– Он уже точно уходит, сэр?

– Сейчас он на неделю поставил яхту в док. А потом собирается в обратный путь на свой проклятый остров.

– Значит, у нас не так много времени, – мрачно заключил инспектор Бланд.

– Но, я полагаю, есть и другие версии?

– Да, сэр, есть несколько версий. Я все еще думаю, что девушку мог убить кто-то из тех, кому были хорошо известны условия игры. Мы можем исключить из их числа двоих – сэра Джорджа Стаббса и капитана Варбертона. Они находились у аттракционов на лужайке и весь день были заняты. За них может поручиться дюжина людей. То же самое можно сказать и о миссис Мастертон. Не знаю, стоит ли вообще включать ее в этот список.

– Включать надо всех, – сказал майор Мерралл. – Она все время названивает мне, требует, чтобы я прислал людей с ищейками. В детективном романе, – задумчиво добавил он, – ее непременно сделали бы убийцей... Но бог с ними, с романами... Я очень хорошо знаю Конни Мастертон. Я просто не в состоянии представить, как она душит девочек и гоняется за красотками в экзотических нарядах. Ладно, кто там еще?

– Миссис Оливер, – сказал Бланд. – Это она придумала эту игру, «Найди жертву». Довольно эксцентричная личность. Большую часть дня отсутствовала, и, где ее носило, не знаю. Затем Алек Легг.

– Молодой человек из розового коттеджа?

– Да. Он совсем недолго пробыл на празднике, или на него там просто никто не обратил внимания. Сам-то он сказал, что все ему надоело, и ушел к себе в коттедж. Но старик Мерделл – он присматривает на причале за лодками и помогает при швартовке, – так вот он божится, что Алек Легг проходил мимо него в свой коттедж около пяти часов. Не раньше. Таким образом, час с лишним он занимался неизвестно чем. Он, конечно, говорит, что Мерделл просто не знал, сколько времени, и ляпнул первое, что пришло в голову. Старику девяносто два уже...

– М-да, все это не слишком убедительно, – сказал майор Мерралл. – И никакого мотива или подходящей зацепки?

– Возможно, у него были шашни с леди Стаббс, – неуверенно проговорил Бланд, – а та пригрозила, что скажет его жене. Вот он ее и прикончил, а девчонка могла видеть...

– Ну а труп леди Стаббс? Он что, по-вашему, где-то его спрятал?

– Да, но будь я проклят, если знаю, где и как. Мои люди обыскали все шестьдесят пять акров – и нигде ни кусочка взрыхленной земли. Мы обшарили все кустарники. Ну а если ему действительно удалось спрятать труп, он мог для отвода глаз бросить в реку шляпу покойной. А Марлин Такер все видела, и он от нее избавился... тем же самым способом. – Немного помолчав, инспектор Бланд сказал: – Есть еще миссис Легг.

– Что у нас о ней?

– Она говорит, что с четырех до половины пятого находилась в чайной палатке, но ее в это время там не было. Я выяснил это после разговора с миссис Фоллиат. Свидетели подтверждают слова миссис Фоллиат. Между тем эти полчаса особенно для нас важны. – Он опять немного помолчал. – Далее я бы назвал Майкла Веймана, молодого архитектора. Вроде бы он ни с какого боку не связан с этими событиями, но характер у него такой, что я бы именно его назвал наиболее вероятным кандидатом в убийцы – дерзок и очень уверен в себе. Такой прикончит и глазом не моргнет. Не удивлюсь, если у него шаткое алиби.

– Вы чертовски обстоятельны, Бланд, – с легкой досадой заметил майор Мерралл. – Что он сам-то говорит? Где он был в это время?

– Он очень сумбурно говорил, сэр, ничего толком не поймешь.

– Стало быть, с божьей искрой архитектор, – с чувством произнес майор Мерралл, совсем недавно выстроивший себе дом недалеко от берега моря. – Такие уж они сумбурные, все эти гении. Интересно, понимают ли они себя сами?

– Совершенно не помнит, где он когда был... А главное – никто его не видел. Кстати, есть основания полагать, что леди Стаббс была к нему неравнодушна.

– Вы хотите сказать, что убийство произошло на сексуальной почве?

– Я просто ищу, за что можно зацепиться, сэр, – с достоинством ответил инспектор Бланд. – Теперь мисс Брюис...

Он замолчал. И это было долгое молчание.

– Мисс Брюис – это секретарша?

– Да, сэр. Очень расторопная женщина.

И он опять многозначительно умолк. Майор Мерралл внимательно смотрел на своего подчиненного.

– У вас есть на ее счет какие-нибудь соображения? – спросил он.

– Да, сэр. Видите ли, она открыто признает, что была в лодочном домике примерно в то время, когда было совершено убийство.

– Разве она поступила бы так, если бы была виновна?

– А почему бы нет? – проговорил Бланд. – Признать, что она была там, – это для нее, пожалуй, самое лучшее. Судите сами: она берет поднос с пирожными и фруктовой водой и говорит, что хочет отнести это девочке, – очень подходящее объяснение для своего там присутствия. Она идет в домик и через какое-то время возвращается. А позже говорит, что застала девушку живой. И мы, естественно, верим ее словам. Но если вы помните, сэр, в медицинском заключении доктора Кука указано, что смерть наступила где-то от четырех часов до без пятнадцати пять. А о том, что Марлин была жива в четверть пятого, заявила только сама мисс Брюис. Кроме того, она говорит, что это леди Стаббс попросила ее отнести пирожные и воду Марлин. Но другой свидетель утверждает, что на леди Стаббс это не похоже. И я думаю, вы тоже согласитесь с этим. Леди Стаббс – недалекая красотка, которая думала только о себе и своей внешности. Она, по-видимому, никогда не интересовалась ни хозяйством, ни кухней. Ее заботила исключительно ее собственная персона. Чем больше я об этом размышляю, тем меньше мне верится, что леди Стаббс попросила мисс Брюис отнести несчастной девочке какое-нибудь угощение.

– Вы знаете, Бланд, в этом что-то есть. Но каков же тогда мотив?

– Мотива для убийства девочки я не нахожу, – сказал Бланд. – Ну а вот что касается леди Стаббс... По утверждению мосье Пуаро – я вам о нем говорил, – мисс Брюис по уши влюблена в своего хозяина. Предположим, что она пошла за леди Стаббс в лес и там ее убила, а Марлин Такер, которой надоело сидеть взаперти, вышла из своего домика и случайно это увидела. И секретарше пришлось расправиться и с Марлин. Что же она делает дальше? Она затаскивает тело девушки в лодочный домик, возвращается, берет поднос и снова отправляется в домик. Таким образом, у нее появляется оправдание, почему она какое-то время отсутствовала на празднике, и еще – возможность утверждать, что в четверть пятого Марлин Такер была жива. Причем мисс Брюис единственная, кто утверждал это с абсолютной уверенностью.

– Ну-ну, – вздохнул майор Мерралл. – Продолжайте, Бланд, продолжайте. Ну а что же она, по-вашему, сделала с телом леди Стаббс?

– Спрятала в кустах, зарыла или бросила в реку.

– Последнее было весьма затруднительно, верно?

– Все зависит от того, где было совершено убийство, – сказал инспектор. – Если неподалеку от лодочного домика, она могла дотащить тело до причала и сбросить. Она ведь довольно крепкая женщина.

– На глазах у пассажиров прогулочных катеров?

– Пассажиры подумали бы, что это две подружки решили подурачиться. Конечно, все это весьма рискованно, но вполне возможно. И все же мне кажется, что она скорее бы где-нибудь спрятала тело, а шляпу бросила в Хэлм. Понимаете, она хорошо знает дом и окрестности, ей легко было найти надежное место. Спрятала, чтобы после, улучив момент, сбросить труп в реку. А почему нет? Ну, разумеется, если она и есть убийца, – спохватившись, добавил он. – Собственно говоря, я больше склонен подозревать де Сузу.

Майор Мерралл что-то чиркал в своем блокноте. Но вот он поднял голову и откашлялся:

– Итак, что же у нас получается? Имеются пять или шесть человек, которые могли убить Марлин Такер. Одних мы можем подозревать в большей степени, других – в меньшей. Но это, собственно, и все, что мы на данный момент имеем. В общих чертах мы представляем себе мотив убийства: ее убили потому, что она что-то видела. Но до тех пор, пока мы не узнаем, что же она видела, мы не сможем установить, кто ее убил.

– По-моему, сэр, вы несколько усложняете ситуацию.

– Не думаю... Ну, ничего, в конце концов мы доберемся до истины.

– А тем временем этот малый, посмеиваясь в кулак, удерет из Англии.

– Вы уверены в том, что это он? Нет-нет, я не говорю, что вы не правы. Может, и он...

Начальник полиции умолк и, немного подумав, сказал.

– Во всяком случае, лучше он, чем какой-нибудь психопат. Если бы это был псих, он бы уже давно спроворил нам третье убийство.

– Говорят, бог троицу любит, – мрачно произнес инспектор.

Он повторил эту поговорку и на следующее утро, когда пришло сообщение, что старик Мерделл утонул в реке. Он, должно быть, превысил свою обычную норму в любимом пабе в Гитчаме, вот и свалился в реку, когда, приплыв домой, выходил на причал. Лодку обнаружили почти сразу, а к вечеру нашли и тело старика.

Дознание было недолгим. Ночь накануне выдалась темная и ненастная. Старик Мерделл выпил три пинты пива, а было ему девяносто два года.

Отсюда и вердикт: смерть в результате несчастного случая.