– Алло, Руслан? Это ты? Это я, Маруся…

– Да я узнал тебя! Твою дивизию! Ты где была? Я чуть с ума не сошел! Неделю нигде не появляешься, на звонки не отвечаешь! Я уже не знал, что делать, готов был в розыск подавать!

– Чтобы разводиться? – спросила она.

– Дурочка, я волнуюсь за тебя. Ты мне небезразлична. Неужели не поняла? Куда пропала? Исчезла и не звонишь!

– Я была очень занята, провела колоссальное расследование, огромную работу… Я устала. Я ни на кого не могла положиться и никого не хотела впутывать. Чем меньше народу, тем лучше. Если бы ты только знал, как я вымоталась. Руслан, я даже летала за границу…

– Это как? С тебя сняли подписку о невыезде?

– Я не знаю… Я не очень об этом думала, даже если кто-то звонил, я не в курсе дела, – честно призналась Маруся.

– С огнем играешь! Хорошо, что хоть парень этот, ваш охранник, во всем признался, – сказал Руслан.

– Признался? В чем? – уточнила Маруся.

– В убийстве Антонины из личной неприязни, – ответил Руслан. – Так что скоро ты будешь совсем чиста перед законом. Издательство работает в обычном режиме. Леонид Игоревич такой человек – ему хоть потоп, все будет по плану, так что не волнуйся.

– Вот ведь дурак… – протянула Маруся.

– Кто? Березкин? Да ты что? Он нормальный парень! – возмутился Руслан.

– Да не Леонид твой, а охранник, который признался…

– Почему? Чистосердечное еще никому не мешало, – не согласился Руслан.

– Да, умеет наша полиция работать, да не так как надо, не в том направлении, – задумалась Маруся. – Я тебе звоню…

– Что? Опять нужна моя помощь? – догадался Руслан.

– Да… ты бы не мог подъехать ко мне? Я еду…

– Позволь, угадаю? На кладбище? Ты сдалась и открываешь свой погост?

– Не угадал… На одну встречу, и мне хотелось бы, чтобы ты появился там со следователем. Как ты это сделаешь, мне все равно. Надо будет – привези его силой. Все должно срастись.

– Ты пугаешь меня. Ничего понять не могу. Поясни.

– Я сама себя боюсь, – совершенно серьезно ответила Маруся, – но у меня впервые за долгое время не болит голова, и совершенно ясные мысли, и полное понимание, что я действую правильно. Помоги мне, привези следователя.

Дом Клары Сергеевны встретил Марусю приветливо. На этот раз ей даже не пришлось звонить. Когда она подошла к ажурным воротам, то сразу же увидела копавшуюся в земле Лилю.

– Ой, какая приятная неожиданность! – обрадовалась девушка, открывая ворота. – Сто лет тебя не видела. Куда ты исчезла? И на работе не появляешься! Я просто потеряла тебя. Ты не забыла, что должна руководить коллективом?

– Да вот устроила себе небольшой отпуск… Просто решила развеяться, – ответила Маруся.

– Я тебя понимаю, у меня такое тоже бывает, но от маленького ребенка не спрячешься. Проходи в дом! Я очень рада!

– А ты чем занимаешься? – поинтересовалась Маруся.

– А, это… – Лиля посмотрела на грядку. – Сажаю луковицы тюльпанов. Хочу, чтобы дом утопал в цветах. Я безумно люблю цветы! Ты заметила, у меня и имя как название цветка – Лилия!

– Да, я помню. Ты сама для себя ландшафтный дизайнер?

– Все сама! Не поверишь – конечно, после мамы остались кое-какие средства, но нет подходящего садовника. Уверена, что справлюсь своими силами, – подтвердила Лиля.

Маруся оглянулась вокруг и отметила, что участок содержится в образцовом порядке.

Лиля провела ее в гостиную и усадила на диван.

– Что тебе предложить?

– Выпила бы вина, – ответила Маруся.

– И я с удовольствием! – Лиля подошла к бару и выбрала бутылку французского сухого розового вина. Она ловко откупорила ее и разлила по бокалам.

Маруся с удовольствием пригубила божественный напиток:

– Какое приятное вино… Прохладное… – Маруся с блаженством вытянула ноги.

– Мама собрала прекрасную коллекцию, – подтвердила Лилия. – Расскажи, куда же ты пропала?

– Я летала в Бельгию, – ответила Маруся.

– В Бельгию? – удивилась Лиля. – Почему такой странный выбор? – Она встала и подошла к окну.

– Почему странный? Хорошая страна, бельгийский шоколад, родина сыщика Пуаро… – не согласилась Маруся. – А потом я еще заехала на Украину в один очень симпатичный городок подо Львовом.

– А это зачем? – побледнела Лиля.

– А почему ты нервничаешь?

– Я не нервничаю, с чего ты взяла? Просто ни с того ни с сего в Бельгию, не сказав никому ни слова, и потом вдруг на Украину. Какая связь?

– Связь есть, и ты знаешь какая. Помнишь, как начались неприятности у нас в редакции? Возник вопрос, кому это надо? Что за бред происходит? А потом вычислили главного маньяка – твою маму, и вроде бы все встало на свои места. Но ненадолго. Потом бредом показалось завещание Олега, оставившего все нам с Тоней. Но сейчас многое стало ясно…

– Что именно? – Лиля вертела бокал в руках и не мигая смотрела на собеседницу.

– Что маньяк еще на свободе.

– И ты сама решила заняться его поимкой?

– Да, решила. И обратила пристальное внимание на тебя, Лилечка. И вот что удивительно…

– Что? – эхом отозвалась Лиля.

– У вас абсолютно нет ни друзей, ни знакомых, с которыми бы ты или твоя покойная мама общались.

– Что тут странного? Многие живут замкнуто, это от характера зависит, – пожала плечами Лилия.

– Это да! Но чтобы совсем ни у кого ничего нельзя было о вас узнать! – развела руками Маруся. – Но я не сдавалась. Я женщина упрямая, и ведь нашла… Нет, не бойся! Говорю же, что друзей нет, и не могло быть. Я нашла ваших бывших соседей. И вот что я узнала…

– Интересно что? – напряглась Лиля.

– Дело это было непростое, – сказала Маруся. – Никто не хотел о вас вспоминать. И ты знаешь, водка делает свое дело, она не только развязывает языки, но и восстанавливает память. Соседи, которых я нашла, в количестве четырех человек, подтвердили одно и то же обстоятельство, а именно, что папа твой был редкостным хамом и психопатом. А мама была милой и доброй женщиной. Детишки тоже вызывали странные чувства. Мальчик был похож на ангела. Он даже пытался наладить общение с другими детьми, но ему это запрещали. А девочка напоминала отца – нелюдимая, замкнутая, злая. А один случай, о котором мне поведали, вообще навел на определенные мысли. Один из соседей рассказал ужасную вещь. Он услышал за вашим забором какой-то странный стук, заглянул и в ужасе отпрянул – маленькая девочка лупила камнем по голове уже убитую кошку. Лупила до тех пор, пока не выбежала няня, не отобрала булыжник и не утащила малютку в дом. Как тебе?

Лиля молча пожала плечами. Маруся продолжила:

– А дальше я узнала, что ваш дом частенько посещал психиатр. Мне пришлось много потрудиться, чтобы отыскать этого врача и няню. Не смотри на меня так уничтожающе… Психиатра я нашла в Бельгии, и видит бог, он долго не хотел говорить, даже делал вид, что не понимает по-русски и не слышал никогда о вашей семье. Угроза потерять все, что нажил, заставила его развязать язык. Страшное наследственное заболевание посетило вашу семью: немотивированная жестокость и непреодолимое желание убивать, вот что мучило твоих родственников, Лилечка. Врач назвал это как-то по-научному, но я не запомнила. Естественно, это не лечилось, можно было только не допускать очередных приступов. Отец твой выпускал пар на работе и иногда кромсал покойных большими кухонными ножницами… еще свежие мертвые тела. Может, и по-настоящему убивал, в бандитских-то разборках, ему это было бы в радость. Речь не о нем. Он хоть как-то научился себя контролировать, а вот с его чудной дочуркой дела обстояли совсем плохо. Она себя контролировать не могла совсем, иногда и таблетки не спасали. Была настоящей злодейкой. Именно поэтому иногда ты оказывалась привязанной к цепи, потому что единственным средством для людей с таким диагнозом, по заключению психиатра, было пожизненное заключение в психиатрическую лечебницу с особым режимом. Ты убивала животных, тебе не давали общаться с детьми, родители делали все, чтобы уберечь и спасти и что-то еще изменить в твоей судьбе, но их усилия были тщетны. Ведь это именно ты убила своего брата? Тогда психиатр сказал, что не намерен больше в этом участвовать, что ему дорога свобода. Ему прилично заплатили, и он навсегда уехал в Бельгию. Он знал, что рано или поздно на него выйдут, он чувствовал, что ты убьешь много людей и его будут считать соучастником преступления. Все то, что я говорю, подтвердила и твоя няня, уехавшая на Украину. Она ушла от вас, когда ты зверски убила братика – ее любимца и ангела, очень доброго и хорошего мальчика. Она больше не смогла работать с детьми… Только твоя мама не отвернулась от тебя. Она посвятила тебе всю жизнь, за что и поплатилась. Хорошая легенда – сумасшедшая мамаша-деспот. Это тебя ограждали от других людей. Кстати, интересный факт – одна твоя преподавательница пропала без вести десять лет назад. Не подскажешь, что с ней случилось?

Лиля отлепилась от окна, медленно доплелась до дивана, словно привидение, и рухнула на него.

– Она плохо преподавала математику, – криво усмехнулась Лиля.

– Ты ее тоже камнем? – уточнила Маруся.

– Ножом… Много-много раз пырнула, это самое приятное, что только может быть, – ответила Лиля, и Маруся с ужасом уставилась в ее неподвижные, расширившиеся зрачки.

– И куда ты прятала тела? – спросила Маруся.

– Мама помогала. Хоронила в саду, такой своеобразный «Вишневый сад» с душком! – засмеялась Лиля.

– Много человек?

– Я не считала.

– Ты не помнишь, как убиваешь?

– Как же! Если бы не помнила, меня бы не тянуло делать это снова и снова! Очень отчетливо помню! До запаха крови и последней слезинки, вытекающей из глаза умирающего, до ощущения последнего вздоха и тепла, выходящих из тела. – Руки Лили затряслись. – Будь проклята эта память! Но мне не всегда было так плохо, были периоды и затишья. Я вот вышла на работу, стала жить с моим рыжим. А потом сказала матери, что убью его, что не могу больше. Что убью его и успокоюсь! Я перестала спать и есть, только и мечтала о том, как буду его убивать.

– И она решила опередить тебя? – поразилась догадке Маруся. – И то же с Олегом?

– Мама всегда была на моей стороне, она решила, что я – расплата за что-то, что она совершила в жизни не так. Она любого бы убила, лишь бы меня не отобрали. Когда кольцо вокруг нас стало смыкаться, она взяла вину на себя, лишь бы не подумали на меня.

– Твоя мать была готова убить меня из-за тебя, – поняла Маруся.

– Я же говорю – любого.

– А ты убила ее.

– Убила, но не испытала удовольствия, – честно призналась Лиля.

– Я рада, что дочь на тебя не похожа, возможно, ее бог миловал наследственностью, – сказала Маруся.

– Не знаю, но пока мой подарок-хомяк жив, – ответила Лиля и рассмеялась. – Я бы уже давно выпустила из него кишки. У нас никогда не было животных.

– И тебе не жалко своего родного братика?

– Он для меня был все тем же хомяком, отбиравшим у меня любовь родителей, не более того, – нервно дернула плечом Лиля.

– Антонина стала причиной твоего очередного приступа?

– Да! Тут я сорвалась! – согласилась Лилия.

– Я поняла, когда ты сказала: «У тебя улыбчивая подруга», и потом эта кровавая улыбка у нее на лице… Я не поняла, как и когда… Но потом и это встало на свои места. Ты – ненормальный человек, поэтому и работать пошла именно в отдел криминальных новостей, как твой отец пошел работать на кладбище. И у тебя очень много книг по криминалистике, нанести такой профессиональный удар Тоне могла только ты… Она жила некоторое время, когда мы уходили, но нож ты воткнула уже тогда, и кровью специально испачкала этого несчастного парня в это же время.

– Да, я умная… Все бы прошло на ура, если бы не ты.

– Да, он уже признался, из него выбили показания, – ответила Маруся.

– Идиот! А эту тварь мне совсем не жалко! И я знаю, что ты была бы следующая.

– Почему-то меня это не удивляет, – согласилась Маруся.

– Только не думай, что из-за Олега. Он составил завещание на меня! Понятно? После этого я его убила и подсунула вот эту «липу» насчет двух его старых жен. Кому вы нужны, дуры? Я специально отвела от себя подозрения, а лет так через пять, когда шумиха улеглась, всплыло бы настоящее завещание. Я знала, что ты адекватно будешь работать и распоряжаться моими деньгами, но что выкинула бы эта дура… Я испугалась, что мы с дочкой останемся с ее лимузинами, еще она посмела смеяться мне в лицо… Нет, этой сучке досталось поделом!

– Скажи, а сейчас твое состояние нормальное?

Лиля как-то странно посмотрела на Марусю, наклонила набок голову и вдруг резко бросилась на нее, пытаясь ухватить за шею.

Маруся слышала, что психически нездоровые люди очень сильны физически, но не могла предположить, что настолько. Свет в ее глазах померк, и она захрипела. В этот миг в комнату ворвались трое и кинулись на Лилю, которая отчаянно сопротивлялась. После непродолжительной борьбы они ее скрутили и связанную положили на диван.

Маруся встала с пола, потирая шею, и медленно пошла из проклятого дома.

Прошла неделя…

Маруся вместе с Русланом приехали в загородное детское учреждение. На Марусе была водолазка, закрывавшая синюю шею, она держала Руслана за руку. Они остановились перед входом.

– Ты уверена в своем решении? – спросил он.

– Я – да.

– Аллилуйя! Я дожил до того дня, когда ты больше не говоришь, что нам надо развестись!

– Нам повезло, когда мы встретились перед загсом.

– Ну, тебе-то точно повезло. А в чем мое везение? – лукаво посмотрел на нее Руслан.

– В том, что ты встретил женщину, которая тебя полюбила, – серьезно ответила Маруся.

Руслан заключил ее в объятия.

– Смотри… Они уже идут, – сказал он.

По аллее к ним приближалась пожилая женщина, которая катила коляску с ребенком.

– Девочку осмотрел врач-психиатр и не нашел никаких отклонений, – произнесла Маруся.

– Я поддержу любое твое решение. Я жену нашел странным образом, готов и приемную дочь полюбить… – ответил Руслан.

– Твои родители меня убьют.

– Они тебя приняли, тебе удалось сделать невозможное. Я больше не думаю о других женщинах. – Он поцеловал Марусю в затылок.

– Тебе было просто некогда…

– Добрый день, – поздоровалась с ними представительница органов опеки, – вот ваша малышка, а вот документы. Счастливого пути!

– У нас не было медового месяца, – сказал Руслан. – Вот и рванем на море все втроем. Вместе веселее.

– Маленький ребенок – не веселье, – поджала губы женщина.

– Это счастье, – ответила Маруся и взяла девочку на руки. – Рыженькое чудо!

– Я бы не рекомендовала вам резко менять климат для ребенка, – сказала женщина. – Девочка слишком мала.

– Спасибо, не волнуйтесь. Мы будем очень хорошими родителями. – Руслан взял коляску и повез малышку к машине.

– Посади малышку в детское кресло, – попросила Маруся, думая о том, что на морском побережье она скажет Руслану о скором пополнении в их семье. А будет это мальчик или девочка – ей всё равно. Маруся точно знала, что больше ничего страшного в ее жизни не случится, все ужасы остались в прошлом.

– Я люблю тебя, – сказала она Руслану, который с нежностью прижимал к себе рыжекудрое существо, и счастливо улыбнулась…