Настоящим библиофилом, в корне отличающимся от книголюба, я стал в 1967 году, когда познакомился с Бердичевским. Яков Исаакович окунул меня в безбрежный океан старой книги, где с каждым штормом, а иногда и крушениями я приобретал все больше уверенности и знаний! Теперь я сам капитан и хожу в эти океанские просторы без штурмана и компаса… В 1970—1980-е команда Бердичевского состояла из опытных мореплавателей: Миши Грузова, Саши Миняйло Вили Бабицкого, Саши Федоренко… Но самым преданным книжной страсти был М. А. Грузов! Мне мешало все: периодические женитьбы, частые разъезды, увлечение сначала марками, а потом открытками, бурная общественная деятельность… А Грузов стал даже собирать экслибрисы, что очень понравилось Якову Исааковичу, и он его приблизил. Для нас было большим счастьем обходить с Бердичевским книжные (их было три) и антикварный (один) магазины. Ловили каждое его слово, старались повторять жесты! Это были наши университеты! Сколько вечеров я провел в его квартире, сначала на Бессарабке, а потом на Фучика. Сидели допоздна. Он мне давал ОДИН рубль на такси (такие расценки), а я ехал на метро (5 коп.), а билет в трамвае (3 коп.) – не брал! Экономил! Нет, с Фучика уже брал такси, правда, бóльшую часть пути шел пешком. И ближе, и богаче стал. В то время по знаниям книг равных Бердичевскому не было. Да и сейчас – тоже! Его основное увлечение, кроме экслибрисов, – Пушкин. И уезжая, он отдал всю свою коллекцию в им созданный Музей А. С. Пушкина. Нет Грузова, нет Миняйло, остальные братья-собиратели растеклись по белу свету. Все лишь чутко внимали, но только я и Грузов несли знания в массы! Вели кружки, читали лекции, писали книги! Кто больше, кто меньше. Были завсегдатаями книжных магазинов: на углу Красноармейской и Саксаганского (он потом переехал на Подол) и на улице Ленина (он перебрался впоследствии на Пересечение, возле метро «Берестейская»). Был еще магазин на проспекте Победы. Среди директоров «буков» помню Олега Овчаренко и Алима Сулимко. Очень знающие руководители! Сейчас во главе разрозненных отрядов библиофилов и ценителей бумажной книги встал молодой да ранний Владислав Трубицин, создавший в Киеве элитный букинистический магазин «Старая книга». Он активно борется за сохранение книжного рынка «Троещина».
Ведущий борец за «бумажную книгу» Владислав Трубицин
Цены в «буках» были разные, поэтому и удавалось поиграть. Покупаешь в одном, стираешь резинкой цену и сдаешь в другом. Два-три рубля можно было выиграть! Мне хорошо, да и магазинам шли комиссионные. Мой друг Владислав Матусевич, простой школьный учитель, таким образом зарабатывал на жизнь, но это было в Москве, где он жил, и в Ленинграде, где мы с ним познакомились. Там «буков» было немало, и это имело какой-то смысл. Хотя по советским законам – явная спекуляция.
В середине 1980-х начались книжные аукционы. Тогда еще был книжный рынок! Это сейчас на книжную редкость – один-два желающих, а третий уехал надолго, если не навсегда! Бердичевский со своей свитой (это мы) организовывал их! Редактировал каталоги Я. Бердичевский, проявляя себя и как библиограф. Яков Исаакович прививал нам любовь к «летучим изданиям», которые очень, в отличие от многих «книжников и фарисеев», очень ценил! Последних он называл «золотой обрез», где ценилась только солидность, а не внешний вид (мастерство иллюстраций, тип бумаги, качество переплета…), и в первую очередь содержание. Некоторые его термины использую по сей день: «не находима», «лихо написана», «чудная книга»… Так он назвал мою книгу «Время Романовых. Киев в империи». Я ему возразил, что в ней много ошибок! А он мне: «Ошибку сделали евреи, поселившись в Одессе, а не в Швейцарии, где чистый воздух и много шоколада!»
В довоенные годы вышла книга «Разговоры Пушкина» (составители Сергей Гессен и Лев Модзалевский), а я постараюсь создать подобную о моем любимом учителе… Он, рассказывая о своем выступлении в клубе библиофилов, где присутствовали всего лишь две старушки, мне с удивлением сетовал: «Они мне сказали, что я похож на Шекспира!»; когда к нему обращались «Яков Ильич», то в ответ слышали: «Я – Владимир Ильич!»; при осмотре картины с надписью «Ендагуров,?» – реплика «Тут только вопрос!»; «Если бы у меня было ТРИ рубля, то я бы сидел в ресторане «Лейпциг»… И вокруг меня гейши танцевали»; М. С. Пикулю, постоянно просиживавшему у него дома на Бассейной, иногда разместившемуся на его брюках: «Книг у меня много! А вот штаны – одни; Все говно, кроме мочи», говорил, перелистывая какую-нибудь книгу… Еще много в памяти всяких бердичевских афоризмов, но нужно их оставить для будущей большой книги!
Я уверен. Не добавляй года к своей жизни – добавь жизни к своим годам!
Яков Бердичевский на открытии выставки своей Пушкинианы. Киев. Музей русского искусства
Возле «Букиниста» на Красноармейской и «Антиквара» на Красноармейской постоянно крутились десятки жаждущих заработать. У них присутствовали деньги и наглость, и они предполагали, что это заменит им знания. Как-то к вышедшему из «бука» Я. И. Бердичевскому подскочил подобный «скользкий тип» и громогласно сообщил, что может достать любую книгу… На что Яков Исаакович заявил: «Ищу “Руководство по куроводству”», – на что получил моментальный ответ: «Будет!»
Хуже всего были перехватчики. Всегда при больших деньгах, они, словно коршуны, набрасывались на несущих сдавать предметы. Хорошие книги, качественную живопись, антиквариат и «ювелирку» буквально выхватывали из рук, и главное в этой ситуации было не поддаться денежному соблазну и не уступить «накопленное непосильным трудом» за три десятилетия собирательской деятельности… Но я удерживался! Это потом, когда 30 октября 2010 сломал второй шейный позвонок, я начал продавать свои сокровища более активно, понимая, что с собой «туда» не унесешь, а жить инвалиду финансово труднее. Да и не походишь с такой травмой. Ноги перестали кормить «волка»! А в 2019-м вообще катастрофа – две серьезные операции на желудке… Но жизнь продолжается! Поэтому, если в руках у читателя эта книга, то она, жизнь, удалась!
Я, как библиофил с 40-летним стажем, с особым удовольствием опишу книгособирательство. Библиофилов становится все меньше и меньше, и ряды их жидеют, что характерно для нашей современного мира, где превалируют страсти вокруг политических кормушек и финансового обмана, когда выдвижение кандидата в депутаты или забивание гола в ворота соперника важнее других общечеловеческих ценностей. Падает значение книги как источника гуманитарной информации, когда в духовном воспитании населения у телевидения и интернета нет соперников. Мой прилавок, где я торгую своими книгами, находится возле Музея Одной улицы. Многие проходящие взрослые особи читают музейную вывеску вслух и по слогам. Словно с мысленным напряжением вспоминают, как складывать буквы. Вот я поэтому обратился в министерство образования, чтобы вывески взяли под охрану как единственный буквенный источник информации. Газеты не выходят, а книги… увы, население не знает, что это такое! Вот поэтому подрастающее поколение смотрит на книгу с не меньшим интересом, чем на бивни мамонта в Музее палеонтологии. А что обыватели? А они помнят из прошлого только сберегательные и санитарные книжки… Ведь других похожих предметов в их памяти – не существует! В проницательной книге «481 градус по Фаренгейту» гениальный предсказатель Рэй Брэдбери поведал о будущем без книжного чтения. Финальные строки этого пронзительного до боли, сегодня особо актуального произведения повествуют об индивидуумах, которые собираются и пересказывают на память строки из литературных шедевров. Но я – закоренелый оптимист и уверен, что будущее все равно за хорошей книгой. Посмею утверждать это как автор и продавец книг! В том числе и своих! А иначе зачем нам это будущее? Жизнь без книги – это тоскливое существование! И духовное прозябание!
Библиофил Анатолий Кончаковский
Уже два десятилетия, как последним островком истинных любителей КНИГИ в безбрежном океане засилья электронных источников информации и бумажных мыльных опер стал клуб «Бегемот» при Доме-музее Михаила Булгакова. Он был создан верными учениками Великого Мастера Библиофильства Я. И. Бердичевского. Это рано ушедший Михаил Грузов, рано уехавший Вильям Бабицкий и настоящий энтузиаст книгособирательства Анатолий Кончаковский. Им удалось собрать не только отменные библиотеки, но и определенный круг истинных почитателей ХОРОШЕЙ КНИГИ! Главную роль в библиофильском воспитании этой Святой Троицы, создателей «Бегемота», сыграл Бердичевский. Яков Исаакович смог передать им понимание миссии истинных рыцарей книги. Он, как Данко, осветил им своим горящим сердцем (как на одном из его экслибрисов) тот важный путь, который они должны будут пройти. И спасибо этому островку истинной духовности и культуры! Могу заверить, что в нашей стране имеются еще немало островов интеллигентности и духовного возрождения, даже более многочисленных. Это нельзя не заметить во время политических противостояний и массового проявления ВЫСОКОЙ ДУХОВНОСТИ нашего народа! Слава многонациональной Украине!