Такая формулировка, касающаяся писателей, поэтов и, частично, художников, в какой-то мере относится и к моему поколению, в первую очередь к киевской молодежи. В 1959 году было торжественно объявлено о «полной и окончательной победе социализма в СССР», а два года спустя партия также торжественно провозгласила, что «нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме»! Нам очень хотелось в это верить, и в страшном сне нельзя было увидеть то, что происходит сегодня – плохое и судорожное построение капитализма…

1961 год запомнился не только полетом Юрия Гагарина, вызвавшим массовый энтузиазм, но и денежной реформой, которую объявил Н. С. Хрущев, сказав при этом: «Теперь каждый за копеечкой нагнется». Примерно так оно и случилось, потому что за копейку можно было выпить стакан газировки без сиропа, купить коробок спичек, а за две – «Пионерскую правду», где тогда печатались мэтры научной фантастики Ефремов и Казанцев. В те годы все было «научным»: фантастика, коммунизм, атеизм… И все, похоже, «высасывали из пальца»! А за 10 копеек можно было приобрести детские билеты в кино, на утренний сеанс. Было удобно пасовать и ходить в кино, но это меня не касалось – я уже был студентом КГРТ (геолого-разведочного техникума). А там с посещением было строго! Вспоминаю, что в советское время стеклотара была своеобразным финансовым подспорьем…

Объявление о приеме бутылок

Особенное послабление произошло в литературе и книгоиздательстве. Начала печататься приключенческая литература… Советские читатели смогли узнать, что шпионы могут быть не только немецкими или американскими, но и другого производства. Появились собрания сочинений западных классиков ХХ века.

А как не вспомнить, как Никита Сергеевич, потрясая с высокой трибуны «Одним днем Ивана Денисовича» А. Солженицына, восклицал: «Вот так надо писать, товарищи писатели!» А Владимир Дудинцев, автор романа «Не хлебом единым», стал жертвой «разнузданной оттепели». Казалось бы, следовало поддержать именно этот тезис, ибо в стране, страшно сказать, сколько целинных гектаров, а хлеб постепенно начал исчезать с прилавков, в ряде областей появились длинные очереди за хлебом. И не только это: до нас, молодежи, несмотря на мощное глушение всех и всяческих «голосов», доходили смутные вести о Новочеркасском расстреле… Зарплаты снижались, мясо и масло безумно дорожали, а в витринах продовольственных магазинов продолжала красоваться реклама крабов и икры…

У древнего философа спросили: «Что больше всего портит людей – деньги или безденежье?» – «Вопрос лишен смысла, – ответил тот. – Людей портит то, что у них есть: богатых – деньги, бедных – их отсутствие».

Если кому не нравится, что в этой книге мало, а то и не сообщаются «производственные успехи социализма» и не раскрыта «победоносная поступь трудового рабочего класса», то отсылаю всех, пожелавших этого, – в крупные библиотеки, к подшивкам центральных или областных советских газет, – там этого всего вдоволь. Тогда этого никто добровольно не читал – наверстайте упущенное! С каждой минутой у вас будет все больше прошлого и меньше будущего. Цените свое настоящее!

И ещё. Если читатель поинтересуется, а почему в книге больше истории СССР, чем Киева, то позвольте спросить: А в какой стране находился Киев?