Анградэ обрадовался бы, если только не состояние Императора, за которое он сейчас очень переживал.

— Господин…

Шаг за шагом он подошел к Императору и, обойдя стол, опустился перед ним на одно колено, приложил кулак к сердцу и низко опустил голову, не просто признавая его своим королем (а ему он был куда вернее, чем нынешнему королю).

— Мой лорд, ваши слова греют мне душу, и я признателен вам за желание предоставить мне отдых, да еще и с любимой. Но, мой Император, это может и подождать. Я хочу быть уверенным, что мне есть на кого вас оставить, тем более с нынешнем положением вещей и с нынешней… гостьей. Вы уверены, что отпустить меня сейчас — это правильно?

Но только после того, как он договорил, осмыслил, что сможет помогать Императору прямо из стана врага! Они с Фреей будут создавать ложные следы! Это будет опасно, каждый шаг нужно будет просчитывать до миллиметра, постоянно связываться и советоваться с замком Огня, но, черт возьми, если всё пройдёт хорошо, они могли бы натравить короля на какую-нибудь фигуру, которая в будущем может ставить палки в колеса!

С этой стороны тоже был плюс. Но как бы он ни хотел провести время с Фреей, за Императора болела душа. Тем более когда путь к трону стал прямым, пусть и с ухабами.

— Мне хочется поощрить твою преданность, поэтому езжай, — не потерпел возмущений Император. Он бросил строгий взгляд на Анградэ, мол, как он смеет отказываться от столь великодушного подарка? — Не думаю, что это затянется надолго, а уж с женщиной я как-нибудь справлюсь. Тем более останутся и другие: Пенелопа и Гретхем, например. Детали им знать необязательно, но в случае необходимости они помогут.

— Да, милорд. — Но когда Анградэ вновь опускал голову в поклоне, на лице заиграла усмешка. Хорошо, но это не значит, что он будет отдыхать. Он будет продолжать приносить пользу из замка Тени. — Отправлю Фрее письмо и покину вас с рассветом. — Поднявшись, Анградэ повернулся спиной к Императору и хотел было покинуть кабинет, но остановился уже в дверях и посмотрел в окно. — Мне приказать подать ужин на двоих? Или вы сегодня… опасны?

— Пожалуй, я пропущу ужин вовсе, — махнул рукой Император. — Перед уходом пришли кого-нибудь, прибраться здесь. А леди Амелия пусть ужинает одна. Завтра я сам проверю, как она питается.

***

Тарелка с завтраком была чиста и стояла на тумбочке. И вновь можно было заметить, что своей трапезой она делилась с котом. Сразу после завтрака и уверенная, что её посетят не раньше обеда минимум, Амелия села исполнять свой план по побегу. Достав из шкафа связанные за ночь ткани, она продолжила это делать, сидя на кровати и иногда, если того требовалось, разрезала платье вдоль, чтобы получилось больше материала для верёвки.

Что ночью, что сейчас, она делала это с усердием и изредка улыбалась — её котенок, которого она пообещала себе забрать с собой, постоянно игрался с двигающейся по полу самодельной верёвкой. Малыш был очень игривым, и несмотря на знакомство, любил её руки, да и Амелия частенько брала его в свои объятия.

Но в этот раз всё было не по плану, к которому она привыкла. Она резко вскинула голову и с замиранием сердца услышала, как дверь открылась. Всё, что она успела сделать, это набросить одеяло на собранные и порезанные вещи, вскочить с кровати и загородить собой то, что уже валялось на полу, молясь, чтобы Анградэ просто проверил её питание.

Но всё стало еще хуже, когда на пороге появился Император, и сердце Амелии замерло от страха.

— Что вы хотите? — перешла она сразу к основному вопросу, делая ставку на то, что он быстро скажет и, смотря больше на неё, чем на комнату, уйдет.

— Зашёл проведать вас и заодно извиниться, что вчера не смог составить компанию за ужином, — произнес Император и, вопреки ее ожиданиям, огляделся. В прошлый раз он толком и не посмотрел, как она устроилась. И пусть он сам готовил эту комнату, все равно было интересно увидеть, как её преобразит женское присутствие.

Он прошел к кровати и взглянул на тумбочку, замечая пустую тарелку. Анградэ был прав, из-за еды она больше не пререкается. Позволив себе довольную улыбку, он мельком осмотрел остальную комнату, и пока не заметил ничего необычного. Но вот котенок, выползающий из-под одеяла, привлек его внимание. Император вытянул руку и кончиками пальцев почесал зверька за ушами, явно не намереваясь причинить ему какого-то вреда.

— Вам нравится эта комната? Может, хотите что-то изменить? — не отрываясь от кота, спросил он.

Амелия была напряжена до дрожи в теле, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, особенно, когда он прикоснулся к котенку. Но шаловливое животное, как и было сказано, любило руки и с радостью приняло ласку, после чего в игривой форме попыталось прыгнуть на пальцы.

Будто бы доверяя чувствам котенка, Амелия не стала бросаться к нему, защищая, и хватать. Кажется, Император был в добром настроении. Но это не значило, что Амелия должна была расслабиться. Как бы невзначай пятясь, она пыталась своими ножками засунуть уже готовую наполовину верёвку под кровать слабыми толчками.

— Вы знаете, чего я хочу, господин. — Попыталась взять свою дрожь в руки. — Будь это хоть темницей или комнатой короля — я хочу вернуться домой, ничто мне не заменит моей с Лестатом комнаты. — Вот и думай, нарочно ли она хотела ткнуть Императора носом в любовь к Лестату, или всё же это так, к слову пришлось.

Рука Императора замерла, и он медленно поднял глаза на Амелию, абсолютно не замечая, как котенок кусает его пальцы.

— Теперь ваш дом здесь, — проговорил он голосом, способным заморозить любого. На этот раз он приблизился к Амелии и заметил странные узлы на тканях. Откинув одеяло, он пришел в бешенство от увиденного. — Я не Анградэ — угрожать дважды не буду. Если отвергнете мое гостеприимство, я найду на вас другую управу.

Со злости он спалил все платья, которые так трепетно лично отбирал для нее. Ее выходка нанесла ему глубочайшее оскорбление. И если она отказалась от них, то пусть теперь ходит голой! Двери шкафа резко распахнулись, и вся одежда в нем вспыхнула подобно той, что пошла на верёвку. Опустив руку, Император молча развернулся и направился к выходу.

Амелия вскрикнула, когда огонь пожрал все её труды. Вот знала же, что нужно всё делать ночью! Хотела сбежать как можно быстрее и поплатилась за это. Теперь ей точно не предоставят новый материал, а если и да, то совсем немного.

Она отбежала от огня, боясь, что языки перекинутся на её платье. Котенок испугался и забился в угол, противоположный от шкафа, а сама Амелия будто не услышала последних слов Императора, однако, когда огонь стал спадать, она заметила, что он уходит, и не помня себя, закричала, как кричала раньше в спину Анградэ.

— А что вы хотели, Император?! Не так вы себе всё представляли? Вы думали, что я через пару дней брошусь в ваши объятия и проведу с вами незабываемую ночь?! Так знайте, я вас ненавижу!

Схватив ту самую проклятую тарелку, она запустила её в спину Императора. От накативших слез, она промахнулась и угодила в стену, отчего тарелка разбилась вдребезги и рассыпалась по полу крохотными осколками. Она еще пожалеет об этом поступке, но Император украл у неё сейчас последнюю возможность на побег, а его слова только закрепляли осознание её заключения, хотя она давно всё поняла.

— Вы украли меня! Вы отняли у меня жизнь, в которой я была счастлива! И требуете моей незамедлительной любви к вам? Требуете моей доброй воли к вам?!

— Я думал, вы умнее, — обернулся Император, а глаза его опасно сверкнули. — Неужели предполагали, что я не позаботился обо всех мелочах, прежде чем отправить Анградэ в школу Тени? Эти стены защищены магией со всех сторон. Никто без моего ведома не войдёт и не покинет школу. Ваша попытка сбежать была бы пресечена в тот же момент, когда ваша прелестная ножка высунулась бы из окна. Я не требую любви, не требую доброты. Если бы хотел, вы бы уже лежали подо мной, но я и пальцем к вам не притронулся. Все, что мне нужно сейчас, — это подчинение. Если хотите хорошо питаться и жить в комфорте, советую несколько раз подумать, прежде чем что-то сделать или сказать.

Выслушивать ее возмущения и истерики он не собирался, поэтому, закончив говорить, возобновил свой путь к двери.

— Тогда я не понимаю. — Распалённая этим разговором и возмущением, Амелия не только догнала Императора, но и обогнала его, перекрывая путь собой. Надо что-то делать, надо к чему-то прийти, потому что жить и не знать, что будет дальше, она не могла. — Зачем тогда всё это? Говорите о своём желании ко мне, но не трогаете меня, даже не приходите — один раз за столько дней! Но при этом вам важно, что бы я питалась хорошо и жила в комфорте. Для вас я живая кукла? Или, может, питомец? Простая прихоть! Лишь бы был, а там на всё остальное плевать! Так, получается?.. Посмотрите мне в глаза, Император, и скажите правду. На что вы надеетесь, поступая так с теми, кто ранее был о вас такого высокого мнения? Только делаете всё хуже. Я не кукла, господин. А уж тем более, не зверь, который готов променять любимую жизнь на золотую клетку.

— Да, я хочу вас, но мне нужна королева, а не шлюха, поэтому я не буду трогать вас столько, сколько понадобится, — произнес Император, слегка наклоняясь к Амелии, чтобы она хорошенько услышала его. — У меня много дел, чтобы я мог уделять вам больше времени… Я пригласил вас на ужин, и как вы мне отплатили? Криками. Я пришел извиниться, а вы снова кричите. Пока вы ведёте себя не как леди, будете жить в этих стенах как питомец.

Он выпрямился и перевел взгляд на дверь, начиная обходить Амелию. Никому не позволено повышать на него голос, даже ей. Он не собирался это терпеть и выслушивать дальше.

— Если вас что-то не устраивает, я готов обсудить это в спокойной форме за ужином, — холодно произнес он. — Вам доставят новую одежду позже.

— Я готова быть королевой лишь для одного человека — моего мужа Лестата, — произнося это имя, она вздернула гордо носик, после чего повернулась к кровати и зашагала к ней. Села, скрестив руки на груди и добавила: — Раз так, господин, тогда считайте, что завели себе нового питомца.

Амелия решила, что уж лучше такая жизнь, чем принимать мнимое добро от похитителя.

— Хорошо, значит, ужин вам подадут в миске, — оставил последнее слово за собой Император и ушел, громко хлопнув дверью.

Да как она посмела швырнуть в него тарелку?! Он дернулся к браслету на руке, намереваясь вызвать Анградэ, но вспомнил, что отправил того в школу Тени. А ни с кем другим он посоветоваться не мог. Разозлившись ещё сильнее, он быстрым шагом направился к себе в кабинет. Среди бумаг ему сегодня попалось какое-то донесение, вот найдет его и отыграется на провинившихся! Гнев нужно было на что-то направить, иначе он действительно мог причинить вред Амелии, а этого допускать не хотел.

***

Анградэ избил коня, несущегося сквозь леса, лишь бы тот бежал быстрее. Не обращая внимания на ветки и листья, что нещадно били его и зверя по лицу, он не мог дождаться мига, когда увидит её. Из замка Огня он выбежал не с рассветом, а далеко до него, и как раз к рассвету он был у ворот замка Тени.

— Анградэ Шаргиос! — громко назвал он своё имя стражникам. Мысленно он улыбнулся, ведь раньше Лестат считал, что магия хорошо защищает его стены. Видимо, он был слишком слаб, раз прибегал к помощи стражников. — Посланец школы Огня!

И в доказательство, что он приверженец этой школы, Анградэ создал вокруг лошади маленькие пляшущие огоньки. Его пропустили без лишних вопросов, но один из стражников тоже вошел на территорию замка и убежал куда-то. Видимо, предупредить директора.

Анградэ же помчался дальше и слез с коня лишь у самых дверей. Зверь чуть не пал камнем, но Анградэ даже не повернулся в сторону скотины и ворвался в замок так, словно он был здесь хозяином. Он не стал посылать Фрее весточку о своём приходе. Это должно было стать сюрпризом.

— Я генерал Императора, директора школы Огня, — обратился он к мимо идущим ученикам. — Я здесь по заданию, где мне найти Лестата или его заместителя?

Ученики, явно не ожидавшие такой прыти и военной серьёзности от незнакомца, залепетали, судорожно показывая пальцами, куда идти и где поворачивать.

— А еще кто-нибудь из Огня есть в замке? — Ведь он до сих пор по дурости не спросил у любимой, как она здесь обжилась, скрывается ли от других людей, или её открыто признали.

На удивление, о ней тоже сообщили. И судя по тому, как ученики показывали на лестницу, ведущую вверх, её держали не в темнице, а предоставили собственную комнату. Не отблагодарив детей, Анградэ, вновь возомнив себя господином, пошел по замку в поисках своей возлюбленной. Забавно, что он здесь, среди всех запахов, всё-таки смог учуять запах лосьона Фреи, который так любил. И чем ближе он подходил к её комнате, тем отчетливее чувствовал запах, словно она здесь проходила совсем недавно…

Нет.

Вот она. Шла спиной к Анградэ, туда, кажется, и направляясь. Вне себя от радости, что, наконец, лицезрел любимую сексуальную спинку, Анградэ улыбнулся и бросился к ней, но, наплевав на реакцию мимо проходящих слуг и детей, он схватил её за шею одной рукой, не позволяя повернуться, а второй заломил руку.

Любил с ней так играть. Он — весь такой из себя сильный охотник, а она — его непокорная, не менее сильная добыча, и между ними шло вечное противостояние.

Но подсказку ей всё же оставил, чтобы она попыталась угадать своего захватчика. Жгучие и голодные до этой кожи губы сомкнулись на её плечике, а нос с такой же жадностью вздохнул аромат тела, который так любил Анградэ и который так успокаивал нервы.

Поначалу испугавшись, что кто-то ее так схватил в этом замке, Фрея невольно положила свободную руку на оружие, которое всегда носила при себе. Но светлая макушка, что удалось разглядеть краем глаза, и такие до боли знакомые приемы поведали, кто явился.

— Мой Дикий пламень, — выдохнула она и повернула голову, чтобы уткнуться носом в висок. Как давно она мечтала его увидеть не просто во время короткой встречи в лесочке, а чтобы он пришел вот так в замок. Прикрыв глаза, она втянула аромат, что принесли с собой его волосы.