К проблеме принудительного труда обращается Ф. Юнгер. Он анализирует трудовое законодательство, которое под видом защиты трудящихся на деле способствует их порабощению: «Рабочий изначально нуждается в защите, в первую очередь в защите от промышленного предпринимателя и капиталиста, который держит в своих руках средства производства. Поэтому создаваемое трудовое законодательство прежде всего направлено на защиту рабочего от предпринимателя, для чего вводится гарантированное право на создание объединений, устанавливаются правила, регулирующие женский и детский труд, и общие правила, регламентирующие организацию труда, а также создается система социального страхования трудящихся и страховые фонды. Полный смысл этого трудового законодательства открывается, только если рассматривать его в рамках технической организации, служебным звеном которой оно является»322.

Цель современного трудового законодательства (при внешней декларации защиты рабочего от посягательств капиталистического предпринимателя) сводится к обеспечению беспрепятственного развития механических методов производственного процесса. Внимательное изучение отдельных пунктов трудового законодательства позволяет сделать вывод, что защите подлежит не собственно трудящийся как индивид, личность, а уровень развития технической аппаратуры, обусловленный механическим характером рабочего процесса.

Таким образом, трудовое законодательство не выполняет своей основной функции: вместо защиты жизни и здоровья рабочего оно направлено на обеспечение беспрепятственного развития механических методов производственного процесса.

Ф. Юнгер отмечает, что современное производство делает человека слабее – он становится беззащитным, что в результате позволяет втянуть его в зависимость от трудового процесса и тем самым принудить к труду. В трудовом процессе все воспитание, обучение и образование нацелены на то, чтобы сделать из человека полезное и готовое к использованию существо, необходимое для рабочего процесса и его функций323.

Подобная встроенность в рабочий процесс, уподобление человека техническому устройству приводят к необходимости приводить его (подобно техническому устройству) в соответствие с нормативными требованиями.

Это нормирование сводится к тому, что человек при максимальной полезности должен проявлять минимум сопротивляемости, упрямства и своеволия, причем он должен также довольствоваться минимальным вознаграждением. В него вкладывается ровно столько средств, сколько необходимо для возможности использовать его согласно заведенному порядку. Замена использованного работника происходит к концу жизни, когда от него не остается ничего, кроме пустого места.

Абсурдность ситуации состоит в том, что человек сам по себе уже не представляет интереса. До какой степени можно довести его эксплуатацию и использование в интересах поставленных задач и целей? Юнгер отвечает, что эксплуатация может быть тем сильнее, чем ближе механическое нивелирование подводит человека к минимальному уровню условий существования. Равенство и единообразие развиваются параллельно, так как выравнивание различных уровней приводит к единообразию. Выравнивание уровней заканчивается тогда, когда достигается минимальный уровень.

Приспособление к механическим требованиям путем нормирования, которое человек позволил над собой произвести, ослабляет его сопротивляемость, и он уже не способен вступать в борьбу с процессом, жертвой которого он стал. И чем более управляемым становится происходящий процесс, тем реже появляется необходимость в применении насильственных мер. Стоит убедить человека в том, что он работает не на эксплуататоров и эксплуататорский строй, а на коллектив, как сразу уменьшаются трения, возникающие в ходе работы. Критика умолкает в обстановке кипучей трудовой деятельности.

Юнгер полагает: чем дальше заходит процесс образования массы, тем большее значение приобретают командные пункты, диспетчерские и жезлы регулировщиков. В организацию труда вводятся автоматизм и аппаратура в виде механических диспетчерских аппаратов, кнопки которых находятся в руках технической бюрократии. Важное место теперь занимает функционер – специалист, являющийся носителем особой рабочей функции324.

Без функционера нельзя обойтись, без него рухнула бы вся организация. Его задача состоит в нормировании рабочего процесса, и он соответствует поставленной задаче, так как сам полностью подчинен технической норме. Все, что выходит за рамки его обязанностей, его не интересует, даже то, что повышает его функциональность.

Для частника и для коллектива принцип эксплуатации всегда одинаков. Однако в условиях современного рабочего процесса человек беззащитен не только перед эксплуататором, но и перед техникой. При этом в коллективе эксплуатация обостряется. По мнению функционеров, столь рьяно провозглашаемая свобода – это всего лишь иллюзия, лукавая выдумка, которой пользовались для своих целей те, кто держал в своих руках средства производства. Для коллектива, стремящегося к установлению механического равенства, свобода совершенно излишняя вещь, в которой для него нет никакого проку. Зачем же, спрашивается, отменять рабство, существующее с согласия самих рабов, причем зачастую они выражают это согласие с величайшим воодушевлением?325

Согласно Юнгеру, «больное место коллектива образуется там, где требования аппаратуры выступают в качестве регулятора человеческого труда. Превращение человека в рабочую скотину, в убойный скот, существование лагерей, в которые сгоняют всех неугодных или необходимых для определенных целей, появление все увеличивающейся армии подневольных работников и бюрократии, предназначенной для безжалостной эксплуатации, все более сильное влияние механической необходимости на все области человеческой жизни – все это неизбежные следствия становления и развития технического коллектива. Его символ – охраняемый часовыми и собаками концентрационный лагерь, окруженный сторожевыми башнями и колючей проволокой с электрическим током»326.