Делайла как раз достала из микроволновки остатки еды навынос, когда зазвонил ее мобильный.

— Ди, это Алиша. Ты не занята?

— Нет, чем могу помочь?

— Мне так жаль беспокоить тебя, но я должна извиниться.

Делайла осторожно открыла коробку и с сомнением посмотрела на жареный рис двухдневной давности. Нужно было сходить в продуктовый магазин.

— Почему ты извиняешься? Мне пришлось улизнуть пораньше, так что если кто-то и должен извиняться, то это я.

— О, я была так занята, что не заметила, когда ты ушла, — призналась Алиша. — Зато только что узнала, что Кэмден — твой бывший муж. Ну, или почти бывший. А я пыталась свести вас.

Что ж, это сработало. Через несколько минут встречи они уже занимались сексом в его машине.

— Не извиняйся и не смущайся, — успокоила подругу Делайла. — Ты ведь и понятия не имела, просто хотела сделать мой вечер немного приятнее, так что спасибо тебе.

Алиша рассмеялась.

— Вот уж не ожидала благодарности. Мне стало так плохо, когда мой брат рассказал об этом.

На экране мобильника появился еще один вызов. Делайла узнала имя агента по недвижимости, который помог ей арендовать дом.

— Алиша, прости, но я должна ответить на другой звонок. Не беспокойся. И еще раз спасибо.

Она переключилась на вторую линию:

— Привет, Кайла.

— Добрый день, Делайла. Сейчас подходящее время?

Ди посмотрела на малопривлекательные остатки еды, закрыла коробку и убрала в холодильник. Теперь, оставшись одна, она считала пустой тратой энергии приготовление еды.

— Идеальное время, — ответила она. — Все в порядке?

— Да, конечно. У меня предложение. Не давай ответ сразу. Для начала подумай.

Ди стояла перед холодильником, уставившись на пакет с рогаликами и коробку яиц, гадая, просрочены ли они. Интересно, когда она последний раз ходила в магазин?

— Что за предложение?

— У меня есть клиентка, которая в следующем месяце переезжает в район Бентон-Спринге. И она хочет купить ваш дом.

Делайла развернулась и посмотрела на свой сотовый на стойке.

— Какой дом? Тот, который я снимаю?

— Нет, речь о том, которым по-прежнему владеете вы с Кэмденом вместе.

Делайла ухватилась за край столешницы, сделала глубокий вдох. Кто-то хочет заполучить ее дом? Нет, не ее дом. Юридически она — совладелец. Хотя и не собирается туда возвращаться. Однако она не в курсе, как отнесется к продаже Кэм. Она хотела вернуть дом, поскольку тот был куплен Кэмом еще до свадьбы. Ей не нужна какая-либо часть его прошлого, если уж она не сможет стать частью его будущего.

Тем не менее, Ди любила этот дом. Когда Кэм впервые показал его, она влюбилась в виды, открывающиеся на долину. Жизнь на холме в уединении казалась абсолютно идеальной.

На нее с новой силой обрушились воспоминания. К горлу подступил комок сожаления и печали.

— Честно говоря, я понятия не имею о продаже, — наконец ответила она. — Но могу поговорить с Кэмденом или попросить его позвонить тебе напрямую, поскольку дом скоро будет юридически принадлежать только ему.

— Было бы здорово. Я определенно не давлю ни на кого из вас, но возможность появилась прямо сейчас, если вы решите, что продажа возможна.

Делайла кивнула. Хорошо, что никто не мог ее видеть. Слова давались ей с трудом. В горле нарастал ком.

— Постарайся перезвонить мне, когда сможешь, — продолжала Кайла. — Я буду показывать клиентке и другие объекты недвижимости, хотя ваш дом полностью соответствует ее запросам.

Да, этот дом и им с Кэмом подходил идеально. Как бы ей ни нравились их физические отношения, она жаждала простых вещей, которые, впрочем, никогда не случались. Посидеть на качелях на крыльце с бокалом вина в конце дня или насладиться гидромассажной ванной на задней террасе под звездами. Но Кэм постоянно путешествовал, встречаясь с элитными клиентами, а Ди весь день была занята на винокурне.

Она закончила разговор и отправила Кэму сообщение:

«Нам нужно поговорить».

Ее руки дрожали. Вот ведь абсурд! Это всего лишь часть процесса продвижения вперед. Она ведь хотела этого, более того, нуждалась.

Внезапно при мысли о том, что их дом перейдет к кому-то другому, Делайле захотелось свернуться калачиком и заплакать.

Приятная ванна и бокал вина — вот что нужно сейчас. В последнее время она, когда позволяло время, пыталась сосредоточиться на уходе за собой. Кстати, сегодня именно такой день. День, когда очень нужно расслабиться. Сестры наконец заставили ее понять, что работать до изнеможения — не самый лучший способ справиться с разбитым сердцем. Отвлекающий маневр мог бы сработать на короткое время, но в конечном итоге причинил бы больше вреда, чем пользы.

Делайла проверила сотовый. Никакого ответа от Кэма. Впрочем, неудивительно. Общение, точнее, отсутствие такового, всегда было проблемой. Кэмден был женат на своей работе еще до того, как они сошлись. Правда, Делайла ошибочно полагала, что сможет занять первое место в списке его приоритетов. Этого тем не менее не произошло.

Она наполнила ванну, добавила щедрую дозу своей любимой лавандовой пены для ванны и пошла на кухню за вином. Когда они с Кэмом наконец поговорят, он, несомненно, захочет обсудить их совместную ночь. Для себя Делайла уже решила: никогда больше не сближаться со своим будущим бывшим. Их время прошло, и она официально двигалась дальше — разбитое сердце и все такое.

Весь день одна головная боль сменяла другую. Придирчивые клиенты, требующие невозможного, вызывали у Кэмдена еще большее, чем обычно, разочарование. Конечно, причиной мигреней в последнее время могла быть и собственная личная жизнь, вышедшая из-под контроля.

Кэм пробыл в офисе очень долго, дольше, чем обычно. Солнце село уже несколько часов назад, когда он темной извилистой дорогой зашагал к дому на вершине холма на окраине города. Кэм много работал, не делая перерывов, вкладываясь во все, в чем нуждались или чего хотели его клиенты. Все, что угодно, лишь бы изгнать Делайлу из мыслей. Но ничего не помогало.

Ему точно требовался основательный перерыв. Хотя нет. Что ему действительно нужно, так это вернуть жену.

Делайла звонила и писала несколько раз, но у него не было возможности ответить ей. Всякий раз, когда Кэм пытался связаться с женой по телефону, возникало что-нибудь, требовавшее немедленного внимания. Потом позвонил отец, и этот разговор стал, как говорится, вишенкой на торте.

Фары прорезали темноту, осветив двухэтажный дом, который Кэмден делил с Делайлой в течение пяти лет. Идеальное место для них. Только вот с ее уходом оно стало пустым и унылым. Кэмден не замечал этого, пока жил здесь один до того, как они стали жить вместе, зато теперь пустота слишком очевидно бросалась в глаза. Поэтому он старался приходить домой, чтобы поспать и принять душ.

Кэмден увидел знакомую черную машину на подъездной дорожке, и у него внутри все сжалось. Он не понимал, радоваться ему или беспокоиться.

Делайла припарковалась на своем прежнем месте прямо перед дверью гаража, где оставляла машину все годы, пока они были женаты. Это зрелище вернуло Кэмдена к тем временам, когда присутствие Делайлы рядом считал само собой разумеющимся. И так будет всегда.

Он вспомнил, что она звонила и писала ему сегодня, возможно, хотела предупредить о своем приезде. В доме, в одной из свободных спален все еще оставалось несколько коробок с ее вещами. Она что, приехала за ними? Вряд ли. Она забрала почти все, что хотела. Кэмден уж точно не собирался бороться из-за этого. Плевать на диван или посуду. Он мог купить все, что хотел, включая еще один дом. Он просто хотел Делайлу. Неужели она не понимала этого?

Кэмден чертовски устал и планировал, вернувшись домой, принять душ и завалиться в постель. Но, увидев жену на качелях на крыльце, почувствовал новый прилив энергии от внезапно появившейся возможности.

Кэм поднялся на крыльцо. Делайла оторвала взгляд от телефона, спустила на пол босые ноги и таким образом остановила качели. Не говоря ни слова, Кэмден сел рядом с ней. Едва он устроился, как она вновь привела качели в движение.

Мгновения проходили в тишине, слышалось лишь скрипение петель качелей.

— Я всегда хотела этого, — призналась она спустя несколько минут. — Звездный вечер, ты на качелях со мной, мы обсуждаем наш день, может быть, с бокалом вина. Ни о чем на свете не заботясь. Невозможно, я знаю, но это была моя мечта.

Впервые в жизни они сидели на этих качелях вместе. Кэм и понятия не имел, что она всегда хотела именно этого.

Спрашивал ли он когда-нибудь? Или, того хуже, Ди говорила ему, а он игнорировал?

Почему тогда позволила проникнуть в свои мысли сейчас? Хотела еще глубже вбить клин между ними, заставить его чувствовать себя полным придурком? Или, может быть, ей просто нужно было, чтобы он узнал об этом прежде, чем она уйдет навсегда.

Возможно, если бы он был более внимателен к ней и меньше к своей работе, они бы делили ночи так, как хотела она. Однако он надрывался, чтобы стать тем, кем стал. А когда они поженились, он работал так же усердно, чтобы сделать Делайлу счастливой. Хотел стать для нее каменной стеной и был уверен, что это его миссия. А ей не нужно было, чтобы кто-то заботился о ней. Остальное она могла сделать сама. Кстати, возможно, именно это немного задевало гордость и эго Кэмдена, при этом став одной из причин, почему он влюбился в нее еще сильнее. Делайла — удивительная женщина. Ему с ней чертовски повезло.

Кэмден еще не отпустил ее. Они еще женаты, а значит, по-прежнему существует шанс вернуть их брак к жизни.

— Я могу сходить за вином, — предложил Кэм.

— Уже немного поздно.

Делайла не имела в виду время суток, и они оба это знали.

— Извини, что не перезвонил тебе. Я был занят. Понимаю, это не очень хорошее оправдание, зато правда.

Он ждал, что Делайла ответит или скажет ему, в чем проблема их брака, но то, что вырвалось из ее уст, безусловно, было неожиданным.

— Звонила Кайла. У нее есть покупатель на этот дом.

Кэм остановил качели. Так вот зачем она пришла! Он был шокирован тем, что она вообще заикнулась о таком. О чем она вообще думала?

— Мы продаем дом?

Делайла пожала плечами, по-прежнему не глядя в его сторону.

— Что ты ответила Кайле?

Делайла наконец переключила внимание на него, подняв колено между ними и вытянув руку вдоль спинки качелей. Она казалась такой же расстроенной и потерянной, как и он.

— Я сказала, что мне нужно поговорить с тобой, поскольку дом вернется на твое имя, а значит, последнее слово за тобой, — вздохнув, ответила Ди.

Кэмден не мог больше выносить этого разговора. Все неправильно. Никто из них не счастлив. Какого черта этому продолжаться?!

Они оба прошли через многое. Ценой собственной гордости и счастья. Поведение его родителей, смерть Милли. Все вокруг рухнуло, и они оказались погребены под обломками. Что-то должно было измениться, не может же вся эта ситуация длиться вечно. Ему требовался перерыв, и он хотел провести время с Делайлой без всего этого внешнего шума. Кроме медового месяца, они не работали над отношениями, ничего не сделали для себя лично, чтобы успешно выстраивать свой брак. Да, она несколько раз сопровождала его в деловых поездках, но это была работа — одна из главных проблем между ними.

— Поехали со мной на уик-энд.

Глаза Делайлы расширились, и она отпрянула в ответ на его предложение. Кэмден и сам был немного удивлен тем, что сказал это вслух, хотя не сожалел. Теперь нужно поторопиться оправдать свою вспышку, чтобы не выглядеть эгоистичным ублюдком, который просто хочет продолжения того, чем они занимались прошлой ночью.

В их отношениях было нечто большее, чем секс. Во всяком случае, должно было быть.

— Нам это нужно, Ди.

— Мы подали на развод, если помнишь.

— Но мы ведь по-прежнему хотим друг друга, — возразил он. — Просто поехали со мной на долгий уик-энд. Работа подождет. Да, черт возьми, все может подождать!

Делайла потерла лоб и рассмеялась.

— В твоих словах нет никакого смысла. Мы не можем просто убежать, Кэм. Когда вернемся, нас ждать будут бумаги о разводе.

— Вспомни, когда последний раз мы ставили себя на первое место? — потребовал он. — Никогда. У нас никогда так не было. Просто позволь мне провести с тобой следующие четыре дня. Вдали от всего. И я докажу тебе, что в этом браке еще не все потеряно. Мы не должны опускать руки только потому, что все сложно. И если через четыре дня ты захочешь подписать бумаги о разводе, я не буду противиться.

Это он только сказал так. На самом же деле у него не было намерения проигрывать последнюю битву. Им нужно вернуться к основам, которые они пропустили несколько лет назад. Может быть, тогда Делайла увидит, насколько серьезно он относится к ней, их будущему и к тому, чтобы этот брак стал самой успешной частью их жизни.

— Я прошу всего четыре дня. Кроме того, существует еще одна причина быть вместе. — Кэмден положил руку ей на бедро. — Это притяжение никуда не делось, Ди. И если ты сейчас ничего не почувствуешь и уйдешь, мы разойдемся в разные стороны.

Но Кэм знал, что это невозможно. То, как они воспламенились на переднем сиденье его машины прошлой ночью, явилось единственным доказательством, в котором он нуждался.

— Думаешь, я поверю, что ты собираешься отложить работу на четыре дня? — недоверчиво спросила Делайла, усмехнувшись.

— Можешь держать мой телефон у себя в течение этих дней. Я не буду работать ни одной минуты.

Она моргнула, будто не веря его словам. Тем не менее не сказала «нет». Это о многом говорило.

Кэм просто не дал ей шанса отказать ему. Бегство на четыре дня, возможно, именно то, в чем нуждались они оба. Жизненная необходимость. И то, что они изначально должны были предпринять при первых признаках неприятностей.

В этом и заключается проблема разбитых сердец и распадающихся пар. Кэмден за свою практику неоднократно наблюдал аналогичные случаи. Все происходило медленно. Люди не решали разделиться в мгновение ока. Что-то, казалось бы, безобидное вклинивалось в жизнь пары, клин расширялся, потому что до поры до времени оставался незамеченным. Никогда в жизни Кэмден не думал, что у них с Делайлой случится нечто подобное.

Конечно, он привык видеть, как распадаются браки, но развод обычно сопровождался здоровым уровнем жадности. Один партнер нашел кого-то, по его мнению, лучшего. Ну, или кто-то хотел денег и свободы.

Между ним и Делайлой такого не было. И он никогда не хотел никого другого. Она стала для него всем. И черт возьми, он докажет ей это!

— А как насчет твоих родителей? — прошептала Ди.

— Их я не приглашаю, — отшутился Кэм.

Намек на улыбку скользнул по ее губам.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — поправила она.

Он кивнул.

— Им вовсе нет нужды знать о наших планах, о том, что мы делаем в нашей жизни.

— Но они вездесущие, всегда все знают. И, кроме того, не хотели этого брака с самого начала.

Кэм сжал ей ногу.

— Я рос не для того, чтобы жениться с одобрения моих родителей. Я хотел жениться на тебе, и сделал это. Скажи «да», и я завтра утром подготовлю самолет. Просто… Черт возьми, Ди! Уступи тому, чего ты хочешь сама.

Делайла закрыла глаза, запрокинула голову. Кэмден знал, какие мысли крутятся у нее в голове. Плюсы и минусы спорили между собой, и он не собирался давать возможность минусам победить. Ему просто хотелось побыть наедине с женой, женщиной, которой он никогда не мог насытиться. Даже после пяти лет брака.

— Перестань пытаться все рационализировать, — приказал он. — Делай то, что хочешь, а не то, что считаешь правильным.

Она глубоко вздохнула, снова посмотрела на него.

— Я просто не хочу продлевать эту боль.

Кэм отлично понял, что имеет в виду Ди. Однако, как знать, вдруг эта поездка закончится гораздо лучше, чем они планировали?

В ее глазах, блестя в мягком свете фонарей на крыльце, стояли слезы.

Кэм поднялся с качелей.

— Я приеду в аэропорт в десять утра. У нас есть время сообщить кому-либо, что мы будем недоступны в течение следующих нескольких дней. Самолет подготовят. Тебе останется лишь явиться с чемоданом. Пункт назначения — сюрприз, если ты решишься приехать.

Делайла тоже встала, прикусила нижнюю губу — верный признак того, что она обдумывает предложение.

Он ждал ответа от нее. Она просто обошла его и спустилась с крыльца.

Кэм наблюдал, как она садится в свою машину и уезжает в ночь. Так он стоял еще довольно долго после того, как свет задних фонарей растворился в ночи. Его занимал вопрос, увидит ли он ее завтра.