Дикий, суеверный ужас объял Леофрика, когда он услышал слова Найет. Вой ветра, смерть, разрушения — все это в одно мгновение пронеслось в его сознании, и Леофрик пошатнулся, словно оглушенный падением с лошади.

— Ты уверена? — спросил он Провидицу.

Найет печально кивнула:

— Уверена. Король Леса уже отведал крови и не остановится, пока не насытится.

— Мы можем что-нибудь сделать?

— Нет, Леофрик. Магия камня разрушена, и теперь ничто не мешает Королю выйти за пределы Атель Лорен.

— Значит, ее нужно восстановить! — воскликнул Леофрик. — Как это сделать?

— Только вернув камень на прежнее место, Леофрик.

Повернувшись к правителю Олдельду, Леофрик сказал:

— Пожалуйста, помогите. Мой народ гибнет.

— Помочь? — сказал Олдельд. — Чем же я могу вам помочь?

— Не знаю, — уныло сказал Леофрик. — Сделайте что-нибудь.

Олдельд покачал головой:

— Жизни людей не стоят жизней эльфов. Дикая охота вернется в лес, когда Король утолит жажду крови и разрушений. Как только он вернется в Атель Лорен, мы поставим камень на место.

— Но сейчас гибнут люди! — воскликнул Леофрик. — Ваш Король убивает бретонцев, а вы собираетесь стоять в стороне и спокойно ждать, когда это закончится?

— Да, — ответил Олдельд. — Я буду стоять в стороне и ждать, даже если Король захочет стереть с лица земли весь человеческий род. Вы ничего не дали этому миру, а значит, ничего у него не возьмете. Почему я должен оплакивать ваш род?

Леофрик промолчал, не найдя что ответить; отвернувшись от него, правитель Олдельд обратился к Найет:

— Каким образом исчезла магия камня? На нее подействовали злые чары?

— Нет, — ответила Найет, в то время как ее душа уже летела тайными лесными тропами. — Камень наделен древней магией, а ее не так-то просто разрушить. Нет, здесь поработали другие силы.

— Какие? Кто может преодолеть силу эльфийской магии?

Вдруг Найет громко вскрикнула от боли и ужаса и упала бы, если бы ее не подхватил Гончая Зимы. Из носа Провидицы потекла кровь, на глазах выступили слезы.

— Нет! — рыдая, закричала она, и Леофрик впервые услышал в ее голосе столько ненависти. — Это зверь. Это Сьянатэр! Он вернулся.

Услышав это имя, эльфы застыли от ужаса, но вскоре страх сменился гневом, со всех сторон начали раздаваться угрозы и лязг оружия. В глазах эльфов вспыхнул такой же золотой огонь, какой Леофрик видел в глазах Диких всадников; от воинственных криков и призывов к убийству ему вдруг стало страшно.

На лицах эльфов Коэт-Мары ясно читалась жажда убийства, в зале зазвучали призывы к насилию.

Может быть, на них действовала сила Короля Леса? Может быть, им передалась его страсть к убийству и разорению?

— Кто это — Сьянатэр? — осторожно спросил Леофрик.

— Никогда не произноси этого имени! — в ужасе воскликнула Найет.

— Это Разрушитель, — сказал Кайрбр. — Наш враг.

— Люди называют его Призраком, — сказала Найет. — Он несет смерть всему живому, это мерзкий выродок. Такому нет места на земле.

Призрак…

В легендах рассказывалось об этой твари — безжалостном чудовище, которое пришло в этот мир, стерев с лица земли маленькую деревушку возле Арденского леса. Жуткий монстр, порождение Хаоса, превращавший всех, кто находился с ним рядом, в кошмарных уродов. Так говорилось в страшных сказках, которыми пугали детей. Миф об этом чудище получил в Бретонии продолжение в виде трагической поэмы под названием «Реквием», в которой рассказывалось о людях, ползающих в грязи, как звери, и животных, которые передвигались на двух ногах и общались между собой с помощью нечленораздельных звуков.

— Но ведь он давно должен был умереть! — сказал Леофрик. — Зверолюди так же смертны, как и люди, и век их недолог. Эта тварь должна была сдохнуть сотни лет назад.

— Как мало ты знаешь, Леофрик, — мягко сказала Найет. — Если бы он умер… нет, Разрушитель — это порождение Хаоса, и он бессмертен. Его убивали много раз, но он вновь оживал и продолжал сеять смерть и горе. Повелительница Ариель много раз пыталась его убить, но его охраняют Темные боги, поэтому он все еще жив.

Леофрик задумался, пытаясь вникнуть в слова Найет, понять их смысл, — так утопающий хватается за брошенную ему веревку. Но два слова, сказанные Провидицей, особенно привлекли его внимание.

— Кто это — Повелительница Ариель? — спросил он.

— Она — голос и воля Айши, — ответила Найет, и по ее тону Леофрик понял, что она чего-то недоговаривает.

Тогда он решил, что когда-нибудь обязательно выведает у Провидицы все об этой Ариель.

— Ну что ж, человек, — сказал Олдельд. — Разрушитель — враг всех народов, а значит, нам все-таки придется помочь людям.

— Благодарю, господин правитель. Мы примем любую помощь, — ответил Леофрик.

Правитель пожал плечами:

— Иногда обстоятельства сближают даже непримиримых врагов.

В зале тем временем поднялись шум и суматоха — эльфы начали подготовку к войне.

Неслышно подойдя к Леофрику, Кьярно прошептал:

— Спасибо, что вступился за меня, хотя Олдельду это не понравилось.

Затем к нему подошла Морвхен, и Леофрик сказал:

— Госпожа, примите мои извинения. Возможно, мне не следовало вступаться за вас, но я не хотел вас обидеть.

Морвхен улыбнулась и быстро чмокнула его в щеку:

— Я рада, что ты высказал это отцу, Леофрик. Ты говорил от чистого сердца, я это чувствовала.

Подойдя к племяннику, Кайрбр сказал:

— Кьярно, прости, что я не смог тебя отстоять.

— Пустяки, дядя, — ответил Кьярно. — Я знаю, как верно ты служишь правителю. Так и должно быть. Иначе ты не был бы его первым воином.

— Ты пойдешь с нами против Разрушителя?

— Если правитель Олдельд позволит, то пойду, — ответил Кьярно и взглянул на Леофрика. — Истинный воин сражается не потому, что он этого хочет, а потому, что это его долг.

— В таком случае у нас появился еще один отличный воин, — опустив глаза, произнес Кайрбр.

— Дядя, — сказал Кьярно, хватая его за рукав, — мы больше не будем ссориться. Меня озарил свет Повелительницы Ариель и… в общем, я стал совсем другим. Я пытался рассказать об этом Тэрину Ворону Бури, потому что хотел с ним подружиться, но, увы, не успел. Я был дураком, когда отказался от его дружбы, но теперь я уже не так глуп, чтобы потерять еще и родственника.

Кайрбр улыбнулся, и Леофрик снова увидел, как они похожи, эти два эльфа, дядя и племянник.

Сцена примирения родственников была прервана призывными словами Олдельда:

— К оружию! Правитель Олдельд Эадаойн отправляется на войну! Я предупрежу все кланы, что Сьянатэр вернулся, наши клинки омоются кровью, и огонь войны сотрет с лица земли ненавистных детей Хаоса!

Слова Олдельда были встречены одобрительными криками; воины Коэт-Мары ответили восторженным ревом на призыв правителя сражаться. Сердце Леофрика застучало — впереди была битва с монстрами Хаоса.

Кьярно оказался прав: значение имела только сама битва, а не ее исход. Сражаться — вот что главное. До тех пор, пока на свете есть воины, готовые сразиться с темными силами, зло не сможет победить. Пока на защиту добра способен подняться хотя бы один клинок, зло торжествовать не будет.

Над толпой эльфов взметнулся лес сверкающих мечей, словно в зале вспыхнули звезды: все воины Коэт-Мары разом принесли присягу своему правителю.

Когда крики немного стихли, Гончая Зимы спросил:

— Если мы одолеем Разрушителя, то как сможем вернуть камень на место?

В зале повисла напряженная тишина; все задумались над его словами.

Наконец, после долгого молчания, раздался голос Кьярно:

— Нам поможет Бейтир-Сеун.

— Вряд ли, — возразила Морвхен. — Мне кажется, он давно покинул этот мир.

Вперед вышла Найет.

— Нет, — сказала она, — он жив, но его пещера скрыта где-то далеко в горах; там никто не бывал уже много веков, и вряд ли ее можно будет найти.

— Я знаю, где он живет, — задумчиво сказал Кьярно. — Однажды я побывал в тех местах и, кажется, видел его. Он жив и поможет нам вернуть камень на место.

— А кто это — Бейтир-Сеун? — спросил Леофрик.

* * *

Найет шла впереди, ведя за собой воинов. В этой части леса Леофрик не был еще ни разу. Деревья стояли почти вплотную друг к другу, а магия, казалось, сочилась из-под земли. В воздухе носились маленькие крылатые духи, их тельца отсвечивали разноцветными красками; песня деревьев звучала тихо и словно баюкала.

И все же, несмотря на окружавшие его идиллические картины, Леофрик не мог избавиться от чувства тревоги. Он шел по тропе вслед за Кайрбром и Кьярно, радуясь про себя, что получил возможность поквитаться с тварями Хаоса, из-за которых Дикие охотники напали на мирных бретонцев. Леофрик так и не выяснил, кто такой этот Бейтир-Сеун, — эльфы старательно уходили от ответа.

Правитель Олдельд неохотно, но все же разрешил Кьярно сопровождать Гончую Зимы в горы, чтобы уговорить Бейтир-Сеуна помочь эльфам вернуть магический камень.

— У тебя появилась возможность доказать мне свою верность, Кьярно, — сказал правитель Олдельд. — И заодно оправдать доверие человека, который так горячо тебя защищал.

— Я не подведу вас, правитель Олдельд, — обещал ему Кьярно. — Вот увидите, вы останетесь мною довольны.

Выступив вперед и вытащив из ножен меч, Леофрик сказал:

— Я тоже пойду с вами, потому что угроза нависла и над моим народом. Призрак опасен для всех.

— Хорошо, человек. Да благословит вас Айша.

И теперь все трое шагали за Найет по тайным лесным тропинкам; впереди лежал долгий и трудный путь.

— Насколько я понимаю, мы направляемся в Серые Горы? — спросил Леофрик.

— Да, — ответил Кайрбр. — Если Кьярно не ошибся, то пещера Бейтир-Сеуна находится в Серых Горах, к северу от реки, которую люди называют Гризмери.

— Но это же двести миль! Неужели пойдем туда пешком?

Обернувшись к Леофрику, Кьярно сказал:

— Ты так ничему и не научился, Леофрик? В Атель Лорен много тайных троп, которые проходят не только сквозь лес, но и сквозь время, поэтому у нас, эльфов, расстояние — понятие растяжимое.

Леофрик не совсем понял слова Кьярно, поэтому решил промолчать и не задавать больше вопросов.

По мере того как они уходили все дальше, лес становился гуще и темнее; тесно сплетенные ветви низко нависали над тропинкой, стихло пение птиц, и вскоре путники шагали в полной тишине, которую нарушал лишь хруст веток под ногами Леофрика.

Вдруг впереди, между густыми ветвями древних деревьев, показался слабый свет, и Леофрик сразу насторожился, предчувствуя опасность. Задергались шрамы на его щеке, и он потрогал их рукой — на пальце остались следы крови. От удивления Леофрик остановился и потрогал вторую щеку — на ней тоже была кровь.

Эльфы ушли далеко вперед, и он побежал за ними, боясь остаться один в этом странном месте. Впереди послышались голоса — и Леофрик вышел на открытую поляну, над которой плавал холодный туман. Кайрбр и Кьярно стояли в сторонке, пока Найет вела беседу с кем-то невидимым.

Леофрик подошел к Кьярно и вдруг замер: посреди поляны, скрестив ноги, сидел Ку-Сит; на его плече сидела сова Оту. Красный Волк ничуть не изменился: та же боевая раскраска на теле, та же татуировка на груди. На коленях танцора лежали два коротких меча. Увидев Леофрика, Ку-Сит встал.

— Ку-Сит все думал — кто же сейчас появится? — сказал он.

— Зачем ты здесь, Ку-Сит? — спросил Кайрбр.

— Лоэк велел мне сюда прийти, — ответил танцор. — А вот зачем здесь вы?

— Мы идем в Серые Горы.

Ку-Сит кивнул и, легко поднявшись, подошел к Леофрику. Тот слегка поежился. Удивленно подняв брови, танцор смерти хмыкнул.

— Вы притащили с собой игрушку Ку-Сит, — сказал он и провел пальцем по щеке Леофрика. — Надо же, его плоть помнит свое место, а он — нет.

— Зачем Лоэк просил тебя прийти? — спросил Кайрбр.

— Спроси Провидицу. Она сказала Ку-Сит, что Лоэк говорит с ней. Или это ложь?

— Нет, — ответила Найет. — Это правда. Но он многое от меня скрывает.

Красный Волк засмеялся:

— Так всегда поступает бог хитрецов. Но Ку-Сит нет до этого дела, Лоэк велел ему предложить вам свою помощь, а значит, они ваши — мои клинки и танцы войны.

— Ты хочешь нам помочь? — спросил Кьярно.

Ку-Сит обошел Кьярно по кругу, оглядывая юношу со всех сторон, затем улыбнулся:

— Да, Лоэк крепко тебя любит, Кьярно из рода Эадаойн. Ты ему очень нравишься. К несчастью для тебя.

Леофрик тихо вздохнул, — кажется, Красный Волк не собирался его убивать или оскоплять.

— Зачем нам твоя помощь, Ку-Сит? — спросила Найет. — Я сама умею открывать тропинки, проходящие через сердце леса. Мне не нужна твоя помощь.

— Ты забываешь, что эти тропинки бывают опасны. Кстати, твоя героическая банда знает, как по ним пройти?

— Узнаем, — сердито отозвался Кайрбр.

— Ответ истинного воина, — насмешливо заметил Ку-Сит. — Храброго, но глупого. По тропинкам, которые связывают миры, не так-то легко пройти, воин. Темные силы и лесные духи-стражи не любят, когда в их владения вторгаются смертные.

— А ты можешь показать нам безопасный путь? — спросил Кьярно.

— Да, Ку-Сит может показать вам путь, — кивнул танцор смерти.

— Что же, Ку-Сит, в таком случае покажи, — сказала Найет. — А пока отойди в сторону — мне нужно открыть проход к тропе, по которой вы пойдете.

Четверо воинов отошли в сторону, а Оту, слетев с плеча Ку-Сит, опустился на плечо Найет. Провидица подняла посох и запела волшебную песню; деревья, едва проступающие сквозь туман, вторили ей: слышались скрип и шорох ветвей.

И тут Леофрик увидел, как стоявшее на самом краю поляны огромное почерневшее дерево вдруг стало со скрипом раскачиваться; из земли показались корявые корни, а ствол медленно расплывался, принимая новую форму.

Кора дерева лопнула, из ствола потек сладкий сок и повеяло ледяным холодом, пронизывающим до самых костей. Дерево скрипело и раскачивалось до тех пор, пока в нем не образовался окутанный мерцающей дымкой проход, из которого доносились свистящий шепот, злобный смех и яростные взвизгивания; Леофрику сразу захотелось уйти от этого прохода как можно дальше, но он знал: им предстоит в него войти.

— Ворота открыты, — тихо сказала Найет, — но долго мне их не продержать. Входите, и поскорее.

Леофрик, Кьярно и Кайрбр переглянулись. Чувствуя, что за открытым проходом притаилось зло, все трое содрогнулись от ужаса.

Ку-Сит подошел к проходу и весело ухмыльнулся.

— Пошли, — сказал он. — Идите за Ку-Сит и не вздумайте свернуть с серебряной тропы. Темные силы попытаются вас напугать и увести с нее, чтобы утащить к себе. Не вздумайте поверить их фокусам — все это ложь, которую они выдумывают, чтобы заманить вас в свой мир. Вы меня поняли?

— Да, — нетерпеливо ответил Кайрбр, — мы все поняли.

— Все так говорят, — засмеялся Ку-Сит, — а результат один — смерть. Делайте то, что велит Ку-Сит, и останетесь живы. А если не послушаетесь, то умрете, все как один.

— Мы все поняли, — сказал Кьярно.

— Посмотрим, — сказал Ку-Сит и исчез в мерцающем тумане, клубящемся возле прохода.

Кайрбр и Кьярно смело пошли за ним.

— Иди, Леофрик, — сказала рыцарю Найет. — Я буду ждать твоего возвращения. И крепко помни слова Красного Волка.

Леофрик кивнул и, глубоко вздохнув, скрылся в темном проходе.

В глаза ударил такой яркий свет, что Леофрик вскрикнул и в следующую секунду понял, что падает. Почувствовав под ногами твердую почву, он хотел вскочить, но от сильного головокружения упал на колени. Медленно приоткрыв глаза, Леофрик увидел мягкую землю и полосы слабого серебристого света.

Рыцарь дышал тяжело, его била мелкая дрожь; страх, пережитый при падении, еще не прошел. Он хотел встать на ноги и идти, но инстинкт самосохранения подсказывал ему, что нужно оставаться на месте.

— Что это с ним? — послышался рядом голос Кьярно.

— Люди еще никогда не путешествовали между мирами, — ответил Ку-Сиг.

Пренебрежительный тон, которыми были сказаны эти слова, привел Леофрика в ярость, и он быстро поднялся, превозмогая сильнейшие приступы тошноты.

— Может быть, и не путешествовали, — зло прошипел Леофрик, — но будь я проклят, если останусь здесь один.

Ку-Сит подошел к нему совсем близко и заглянул в глаза:

— А ты не трус, человек. Похоже, Ку-Сит правильно поступил, сохранив тебе яйца.

С этими словами танцор смерти повернулся и пошел по светящейся серебристым светом тропе. Леофрик, превозмогая слабость, последовал за ним.

Призрачное серое небо у них над головой казалось мертвым. Вокруг клубился мерцающий туман, сквозь который проступали темные стволы деревьев. Со всех сторон слышались злобный смех и чьи-то тихие, хриплые голоса.

— Где мы? — спросил Леофрик.

— Потом поговорим, — отмахнулся Кайрбр. — Ку-Сит идет быстро, и нам нельзя отставать.

Леофрик кивнул и ускорил шаг. Все его чувства восставали против страшных чар этого места, и, хотя Леофрик был очень рассержен, он понимал, что танцор смерти прав: люди не должны перемещаться между мирами.

Они шли точно по серебристой тропинке, петляющей по темному лесу. Вокруг двигались призрачные тени, и Леофрик старался не смотреть по сторонам, уставившись в спину идущего впереди него Кьярно. Тихие голоса звали, шептали, обещая ему славу и богатство, много красивых женщин, мир и покой, но Леофрик упрямо шел вперед, глядя только себе под ноги.

Вдруг сбоку раздался пронзительный женский крик, и Леофрик, не сознавая, что делает, инстинктивно посмотрел туда.

Туман сразу расступился, и Леофрик вскрикнул: перед ним на коленях стояла Элен в том самом красном платье, которое было на ней в день гибели. Она плакала и тянула к нему руки, умоляя спасти от страшных лесных чудищ — скрюченных ведьм и корявых веток с острыми шипами, которые только смеялись, издеваясь над ее беззащитностью. Неужели Элен притащили в этот мир? Притащили для того, чтобы подвергать вечным мучениям?

От ненависти Леофрик забыл обо всем на свете; выхватив меч, он взмахнул им над головой и громко крикнул:

— Элен!

Но едва он сошел с тропинки, как видение исчезло, послышался злобный, скрипучий хохот. Из-за деревьев к нему устремились зловещие тени, протянулись корявые ветви, и Леофрик похолодел от страха при виде столь резкого превращения.

Но он был бретонским рыцарем, а потому обладал невероятным мужеством, которое сильнее всяких страхов. Высоко подняв меч над головой, он взмахнул им, и мерзкие твари, которые уже окружили его, как акулы, почуявшие кровь, резко отпрянули назад.

Леофрик начал медленно отступать, бросая взгляды через плечо в надежде разглядеть серебристую тропу, но ее нигде не было видно.

— Святая Дама, защити меня, — прошептал Леофрик, когда к нему рванулся первый призрак.

Рыцарь взмахнул мечом, но клинок прошел сквозь тень, не причинив ей вреда. В ответ в его доспехи вцепились когтистые лапы, которые принялись шарить по металлическим пластинам, пытаясь найти незащищенную плоть; от этих лап несло могильным холодом.

Леофрик вскрикнул — от прикосновения призрака ему стало так больно, что он не выдержал и упал на колени; тело пронизал ледяной холод, сердце бешено застучало. Из-за деревьев выплыло еще несколько призраков; их глаза сверкали во тьме, как желтые огни. И тогда Леофрик понял, что сейчас он умрет.

Но вдруг откуда-то сверху послышался резкий вскрик, и перед Леофриком возникла знакомая разрисованная фигура; в каждой руке она держала по сверкающему золотым светом мечу.

Загородив собой Леофрика, Ку-Сит сказал призракам:

— Вы не можете его забрать. Этот человек принадлежит Ку-Сит.

Яростно шипя, тени закружили вокруг танцора смерти, но броситься на него не решались, боясь его сверкающих мечей.

— Человек! — крикнул Леофрику Ку-Сит. — Вставай! Вставай же!

Леофрик заскрипел зубами и до крови прикусил щеку, пытаясь преодолеть оцепенение и боль, вызванные ледяным прикосновением призрака. И постепенно боль начала уходить, силы вернулись, и рыцарь встал возле танцора смерти, державшего наготове свой золотой и серебряный клинки.

— Иди за Ку-Сит, — сказал танцор. — Ступай туда, куда ступает он.

Леофрик кивнул и в последний раз оглянулся на лесных призраков: он увидел Элен, голую и окровавленную, с которой лесные чудища сдирали кожу и мясо.

— Все это ложь, человек, — сказал Ку-Сит. — Морок, и больше ничего.

С трудом заставив себя отвернуться от ужасного зрелища, Леофрик пошел вслед за танцором. Сердце рыцаря разрывалось от боли, и все же он помнил слова Ку-Сит: все это лишь видение, и больше ничего.

И снова он шагал по серебристой тропе; злобное шипение призраков осталось далеко позади.

— Глупый человечишка, — после недолгого молчания сердито сказал Ку-Сит, — ты что, забыл о словах Ку-Сит? Ку-Сит запретил сходить с тропы!

— Я увидел Элен! — крикнул Леофрик. — Свою жену.

— Твоя жена мертва, — сказал Ку-Сит. — Это была не она. А теперь прибавь шагу, впереди долгий путь.

Сделав тяжелый вздох, Леофрик кивнул и посмотрел на свой сверкающий меч.

— Что это за свет исходит от моего меча? — спросил он.

— К этому оружию прикоснулась магия, — ответил Ку-Сит. — Со временем она ослабнет, но сейчас пока действует.

— Правильно, — гордо сказал Леофрик. — Мой меч благословила сама Дама Озера.

Ку-Сит молча отвернулся; в это время из тумана вынырнул Гончая Зимы, волоча за руку плачущего Кьярно.

Как и меч Леофрика, Клинки Полуночи испускали сияние.

— Я их видел! — плача, говорил Кьярно. — Мою мать! Отца! Нужно вернуться за ними!

Кайрбр молча подтолкнул Кьярно к тропе, и Леофрик увидел, что тело старого воина покрыто ссадинами и синяками. Бросив понимающий взгляд на Ку-Сит, Леофрик промолчал.

— Глупые юнцы! — сказал танцор, и Кайрбр согласно кивнул.

Когда злые чары отпустили Кьярно, он лишь глубоко вздохнул. Леофрик помог ему подняться, и четверо воинов пошли дальше по серебристой тропе.

За каждым поворотом их поджидали кошмарные призраки и страшные видения, перед глазами вставали сцены ужасов и блаженства, но воины упорно шли вперед, помня о невероятной силе лесных духов и их умении заманивать свои жертвы в лес. Больше с тропы они не сворачивали.

— Пришли, — сказал наконец Ку-Сит, и Леофрик увидел сверкающий, окутанный туманом проход, за которым виднелись острые каменные выступы и бледно-голубое небо.

Радуясь светлому дню и ярким краскам, воины подбежали к проходу и смело вошли внутрь.

Сердце Леофрика наполнилось радостью и ликованием, когда он вновь увидел скалы, деревья и землю — все те знакомые картины, по которым успел истосковаться. Выйдя из прохода, он оказался высоко в горах, среди голых камней.

Стоя на краю выступа, он полной грудью вдыхал горный воздух, подставляя лицо теплым лучам солнца. После тяжкого путешествия по мрачному и холодному миру духов почувствовать на своей коже живительное солнечное тепло было поистине восхитительно.

— Клянусь Дамой Озера, не хотелось бы мне повторить это путешествие, — произнес он.

— Мне тоже, — сказал Кайрбр и передернул плечами, вспомнив страшные видения, которые он увидел в мире духов.

Леофрик с удивлением оглядывался по сторонам — в обычное время такое путешествие продолжалось бы не менее недели, а они, судя по положению солнца, шли всего несколько часов.

Над путниками нависали острые серые скалы, покрытые снегом и редкими соснами; самые высокие вершины Серых Гор скрывались за облаками. Внизу темнел лес — широкая полоса с вкраплениями зеленого, красного, золотого и коричневого.

Часть леса скрывалась за низкими облаками; от земли поднималось тепло, и дрожал воздух. Леофрик остановился, чтобы полюбоваться необыкновенной красотой дикого леса.

— А там что? — спросил он, показывая на золотые шпили, поднимающиеся над лесом.

— Это Дворец Водопадов, — ответил Кайрбр. — Место удивительных чудес и наслаждений.

— Кто же там живет?

— Наяды, прекрасные нимфы озер, рек, ручьев и фонтанов. Свой дворец они окружили сотней водопадов. Я был там один раз, и это был… на редкость приятный визит.

Приподняв бровь, Леофрик взглянул на Кайрбра, — кажется, он правильно понял Гончую Зимы? Впрочем, расспросить об этом дворце ему не удалось: подошли Кьярно и Ку-Сит; ничего не говоря, танцор знаком показал своим спутникам на скалу у себя за спиной.

Посреди гладкой стены виднелась узкая щель, протиснуться в которую не удалось бы даже эльфу, не говоря уже о человеке в доспехах, и Кьярно сказал:

— Пришли. Вот это место.

— Ты уверен? — недоверчиво спросил Кайрбр.

— Да, дядя, уверен, — ответил Кьярно. — Я уже бывал здесь.

Кайрбр пожал плечами и последовал за Кьярно, который с некоторым трудом протиснулся в щель. Следующим был Леофрик — с большими усилиями, но и ему удалось пролезть за эльфами, а Ку-Сит проскользнул внутрь скалы одним гибким движением.

Вскоре проход, в который они попали, стал шире — так что четверо воинов могли шагать, а не протискиваться сквозь узкий коридор. Впрочем, от этого им не стало легче — тропинка все время петляла, превращаясь в запутанный лабиринт низких переходов, каждый из которых расходился двумя, а то и тремя новыми ответвлениями, и Леофрик уже начал бояться, что они могут здесь заблудиться.

Они забирались все глубже в горы — со всех сторон над ними нависали голые, скалы и кривые сосны, растущие по краям ущелья. Иногда путники проходили по узкой тропинке, которая вела вдоль края ущелья глубиной в несколько тысяч футов, или по узенькому мостику, соединяющему края земли. В воздухе стоял сильный и резкий запах диких животных; вскоре тропа стала еще шире, и путники вышли в долину, раскинувшуюся между скалами.

Здесь росли высокие деревья; скалы, окаймляющие долину, поднимались на сотни футов в высоту. В одной из таких скал они увидели вход в пещеру, наполовину заваленный огромными булыжниками и белыми костями.

— Интересно, какое животное может жить в таком месте? — спросил Леофрик, когда разглядел среди костей груду черепов. — Выбраться отсюда можно только по…

Слова замерли у него на губах, когда внезапно путников накрыла огромная тень и волна воздуха взметнула клубы пыли. Запах животного стал намного сильнее. Протирая глаза от песка, Леофрик услышал совсем рядом чье-то могучее дыхание, эхом разносившееся по долине.

С трудом приоткрыв глаза, он увидел в небе огромную тень — длинное массивное тело с мощной шеей и парой медленно поднимающихся и опускающихся крыльев.

Протерев глаза, Леофрик ахнул, когда на край скалы опустилось огромное чудовище.

Это был дракон.