Человек начинает понимать, что информацию лучше всего не фильтровать по своему личному разумению, а фиксировать в максимально полном объеме. И к каждому "сеансу связи" относиться с радостью и приятным ожиданием. Потому что уже имеется в большей степени интуитивное ощущение того, что эти "сеансы" являются одним из самых важных и ценных событий его жизни, придающих ей совершенно новый и особый смысл. Перечитывая со временем написанное в периоды "сеансов связи", человек будет удивляться обилию достаточно редкой лексики и приятной изящности многих стилистических построений. А в ряде случаев и глобальности логических выражений.

Другой вопрос, что первоначально человек с творческим началом не будет понимать того, как ему подключаться к этому каналу. Что и как нужно для этого делать. Опытным путем он постепенно установит особенности и закономерности процесса подключения, поддержания и успешного его завершения. Творческое начало и развитое самолюбие и в этом случае окажут ему существенную помощь.

Одна из трудностей при этом будет заключаться в том, что обо всем этом человеку будет не с кем поговорить, посоветоваться, поделиться радостями, сомнениями и размышлениями, озарениями и откровениями, находками и открытиями, недоумениями и печалями. Интересным представляется также момент сопереживания человека с творческим началом (индивида) своим ровесникам, когда те ощущают обыденные житейские радости и от этого впадают в безграничный восторг. Индивид же при этом, с одной стороны, отчасти разделяет радость окружающих. А с другой стороны, испытывает основательное недоумение по поводу того, как же они, вроде бы (с формальной точки зрения) неглупые люди, могут так сильно восхищаться и восторгаться такими прозаическими вещами… Конечно, это все вроде бы неплохие вещи, но разве они идут в какое-либо сравнение с теми моментами, когда на человека снисходит вдохновение. И рука едва успевает фиксировать этот гигантский и прекрасный поток информации.

Индивид с удивлением обнаруживает, что часто сложная и объемная информация легко и просто укладывается в его памяти, но лишь в том случае, когда она интересна, требует индивидуального осмысления. А порой нечто в десять раз проще и меньше с гигантским трудом укладывается в памяти, но лишь из-за того, что не вызывает личного интереса и требует лишь чисто механического запоминания…

Бывает часто непонятно и то, что у индивида по поводу того или иного события, факта, момента возникают совершенно иные по количеству, качеству и характеру ассоциации. А впечатления от прочитанной книги почти не совпадают в главном с впечатлениями не только ровесников, но и большинства людей гораздо более старших по возрасту.

По ряду моментов у индивида устанавливается существенная дистанция интеллектуального и психологического характера в общении с ровесниками. Неоднозначным выглядит и система личных оценок своей деятельности. То, что восхищает большинство других людей, может оставлять индивида совершенно равнодушным. Или вызвать у него принципиально негативную реакцию. И наоборот, некоторые личные дела могут у других вызывать весьма неоднозначные мысли и чувства, а у индивида – чувство глубокого удовлетворения от интуитивного ощущения определенной завершенности и гармоничности сделанного с участием творческого начала. Видимо, при этом имеется ощущение полного прохождения через личный "приемник" определенной порции информации, полученной по космическому каналу. Завершение прохождения порции рождает чувство завершенности. И в таком случае возникает не дискомфорт, а чувство внутренней сокровенной радости. Которую понять может только тот человек, у которого происходят аналогичные процессы и они хотя бы отчасти им осознаются.

Одним из принципиальных отличий творческого человека от обычного является то, что ставится им во главу угла в своей личной оценке своего труда. Обычный человек делает, в первую очередь, упор на количество произведенной им продукции в том или ином виде. Творческий же человек отталкивается в своих оценках от критерия качества, ощущаемого в основном интуитивно (применительно к работе других людей данная закономерность и особенность сохраняет свою актуальность). И жизнь, как правило, подтверждает истинность этой интуитивной оценки.

Оценка степени совершенства и красоты совершенной работы у индивида идет интуитивно, а значит – в соответствии с вечными и универсальными принципами понимания и восприятия прекрасного. И дело тут не в том, что индивид создает лишь совершенные вещи. А в том, что любая вещь или результат умственного труда, имеющие в своем составе элемент совершенного, пусть даже самый символический, имеет на самом деле, более высокий уровень гармонии, чем тоже, но выполненное без участия творческого начала.

Творческая натура иногда может попытаться донести до некоторых окружающих свои оригинальные мысли, но встретив постоянное непонимание и усиление отчуждения с их стороны, рано или поздно понимает принципиальную бесполезность и бессмысленность такого рода мероприятий.

Очень важно со стороны более старших (или более мудрых людей) вовремя заметить и оценить должным образом то, что у индивида гораздо больше рождается идей в единицу времени, особенно нестандартного и оригинального характера. Да и степень их неординарности и яркости находится, как минимум, на порядок выше, чем у окружающих. Как и их реальная и перспективная теоретическая и практическая ценность. Стоит боле основательно присмотреться к особенностям мышления индивида: его скорости, глубине и ширине, логичности и ассоциативности, удивительному переплетению объективного и субъективного, конкретного и абстрактного.

Индивид, как правило, обладает более тонкой и более изящной эмоциональной структурой личности. Наряду с повышенной впечатлительностью и ранимостью имеется достаточно высокий уровень психологической изощренности личности индивида в целом. Именно это, в первую очередь, обуславливает в ряде случаев относительную приемлемость общераспространенных стандартов и стереотипов психологического характера. Жизнь творческой личности интеллектуальная, социальная, профессиональная, психологическая и другая идет по другим законам. Которые, в свою очередь, чаще всего, неприемлемы для обычных людей. То, что хорошо для одних и является элементом их жизненной важности, совершенно противопоказано для других. И если для одних соблюдение соответствующих правил и стандартов является своего рода гарантом их психического здоровья в целом, то для других оно является вредным и разрушительным, вызывающим декомпенсацию и дезадаптацию, дестабилизацию и разбалансировку большинства основных психологических и психических, умственных и подсознательных процессов.

И здесь не может идти речь о капризности или прихотливости творческих людей, Они просто иные, как иными являются взрослые и дети, мужчины и женщины, ученые и практические специалисты.

Организация творческой деятельности – это сложный многогранный и многоэтапный процесс. Индивид должен выявить и понять максимальное число как благоприятных для творчества факторов, так и неблагоприятных. И по возможности распределить их по соответствующей иерархии главных и второстепенных, глобальных и локальных (по области влияния), постоянных и временных, прямых и косвенных, влияющих непосредственно и отдаленно (по времени), явных и скрытых, внешних и внутренних, сознательных и подсознательных, физических и психологических, бытовых и интеллектуальных и пр. аспектов и параметров.

Естественно, что индивид по возможности должен избегать влияния на себя отрицательных моментов и способствовать естественному и искусственному активированию и моделированию благоприятных моментов для его творческой деятельности. Те нормы, что успешно применимы для остальных людей, должны быть в значительной степени подкорректированы творческой личностью с учетом важнейших (а по возможности и не только важнейших) индивидуально-специфических интеллектуально-психологических особенностей и закономерностей. Процесс этот постепенный и длительный, требующий особенного внимания и сосредоточенности, комплексного подхода и трепетной чуткости, причем, как логического, так и психологического характера.

В зависимости от наклонности личности к гуманитарным или точным наукам (в особо редких случаях – и к тем и к другим) и творческие задатки наиболее ярко проявляются в одной из выше указанных областей человеческого мышления. Надо отметить, что творческие личности проявляют более высокий уровень сообразительности и изобретательности, как минимум, в областях, смежных с его творческими способностями. В отдельных случаях эти способности распространяются на самые различные области жизнедеятельности. Можно сказать, что в таких случаях мы имеем возможность наблюдать поливалентную талантливость. Правда, чаще всего, эта поливалентность так и остается на уровне задатков. Можно даже утверждать нечто, на первый взгляд парадоксальное: в настоящее время в нашей стране, учитывая особенности политического и экономического, идеологического и культурного развития (интеллектуального и психологического, духовного и социального, нравственного и психического положения) человек, имеющий поливалентную талантливость, скорее всего, не сможет развить и реализовать даже одной грани своих задатков. И более того, поливалентность творческих задатков предполагает и более высокий (по сравнению даже с "одновалентными") уровень психологической сложности и даже изощренности человека, что еще больше затрудняет его даже самую относительную адаптированность в учебном и производственном коллективе. Получается своего рода парадокс: те, кто должны составлять наибольшую гордость своего общества и государства, на самом деле принадлежат к категории людей, от которых отвернулись почти все, в том числе и самые близкие родственники. Которые воспринимают не с трепетом и уважением одаренность ближнего, а с завистью и раздражением, равнодушием и отчуждением, как сами творческие способности, так и их хозяина.

Определенная замкнутость и скрытность многих творческих людей обусловлена не их высокомерием и самовлюбленностью (хотя для ряда людей и такая реакция вполне естественна и закономерна), а необходимостью самосохранения своих сокровенных умственных и психологических процессов.

Мысли о личном творчестве очень часто у индивида по своей основной сути совпадают с высказываниями известных и авторитетных людей в этой области реализации талантов и способностей. Это может служить еще одним критерием отграничения творческих личностей от всех остальных. Особенно после хотя бы частичного осознания своих творческих задатков и их определенной реализации.

Сам же факт совпадения с мыслями авторитетов трактуется истинными талантами по-своему: обычный человек ставит во главу угла то, что именно его мысли совпали с мыслями авторитета. А индивид радуется тому, что получил подтверждение истинности важным для него сокровенным мыслям. И если первая категория людей стремится сообщить об этом максимальному числу окружающих людей, то вторая категория, если об этом и говорит, то лишь особо избранному кругу людей, пользующихся большим доверием и расположением.

Еще одним диагностическим критерием определения творческих задатков у человека является его отношение к более ярким и значительным, чем его собственные, достижениям других людей. Индивид, сопереживая успеху чужого таланта, радуется за него (или вместе с ним), стремится поближе познакомиться (если этот человек жив) с тем, кто уже получил общественное признание (или хотя бы признание узкого круга специалистов в данной области творчества). Чужой успех служит дополнительным стимулом для более интенсивной и более продуктивной работы над своей личностью в целом и над творческими задатками в частности. А обычный человек или начинает комплексовать или завидовать, направляя большую часть своих усилий на то, чтобы в глазах непосредственного окружения выглядеть наиболее значительно по сравнению с авторитетом. Или же всячески старается умалить величину чужих достижений, а также прямо или косвенно скомпрометировать личность авторитета хотя бы в своих собственных глазах. И ни о какой работе над собой в этом случае речи и не будет вестись. Для нетворческого человека важно не быть значимым, а выглядеть им. В то время, как для индивида важно им быть, а не выглядеть. И в этом заключается один из подводных камней, о которые разбиваются хрупкие корабли творческих людей, плывущие по житейским невзгодам и проблемам. Ибо они не заботятся специально о том, какое они производят впечатление на непосвященных. Им важно выразить и реализовать себя в наибольшей степени. Корректура холодного разума в период вдохновения, к сожалению, не всегда бывает для индивида оптимальной.

Что же заставляет индивида заниматься творчеством? В первую очередь, внутренняя потребность души, а уже потом все остальные распространенные житейские мотивы. Творческую личность интересует не то, как много людей будет получать радость и удовольствие от соприкосновения с результатами ее творчества, а в первую очередь, – степень выраженности радости и удовольствия. Существует много сфер человеческого бытия, где оценить в полной мере творчество индивида может лишь очень узкий круг специалистов. И в той или иной относительной степени все остальные. Поэтому строить чрезмерных иллюзий на сей счет индивиду часто не приходится. Да и собственно, угодить всем невозможно в принципе. Ибо "на вкус и цвет товарища нет". И то, что может очень нравиться одним, других может в такой же степени раздражать, вызывая принципиальное неприятие.

Результативность творческой личности зависит от многих факторов: задатки какой степени талантливости заложены в человеке от рождения; насколько благоприятная была обстановка в семье индивида для развития его творческих задатков; степень осознания самого факта наличия творческого начала; степень интенсивности процессов самовоспитания и саморазвития задатков; степень гармоничности личности индивида в целом и особенно его мировоззренческой структуры; наличие или отсутствие единомышленника и наставника вообще и применительно к творческому началу, в частности; уровень уверенности личности в себе; степень сознательной целеустремленности; богатство и яркость внутреннего мира; степень организованности внутренних процессов и особенно сокровенного характера.