Писание внесло огромный вклад в мировую литературу. На протяжении всей истории оно влияло на религиозную жизнь буквально миллиардов людей. Однако Библия не так проста для понимания, как может показаться на первый взгляд. Если бы каждый читатель мог осознать Писание, то не возникало бы никаких сомнений о его значении. В действительности же существуют сотни и сотни различных мнений. Все они принадлежат тем, кто убежден в своей правоте.
На понимание Библии влияет много факторов. Рассмотрим наиболее очевидные.
Как мы уже заметили, Библия — очень объемная книга. Ветхий Завет гораздо больше, чем Новый Завет: его 39 книг охватывают в 3,5 раза больше столетий, чем Новый Завет. Вместе все 66 книг повествуют об очень многих вещах. Рукописи как Ветхого, так и Нового Завета создавались в разное время, в разных местах и разными авторами. Они писались для разных народов и с разными целями. Они выражали разные точки зрения на различные проблемы. Неудивительно, что подчас не так-то просто разобраться в библейских повествованиях.
Я не раз повторял, что Библия содержит 66 книг, но это зависит от того, как считать. Некоторые христианские деноминации, Римско-католическая церковь и православная церковь, называют дополнительные книги Ветхого Завета второканоническими, протестанты — апокрифами. В Еврейской Библии их нет. Большая часть нашего исследования будет направлена на 39 книг, которые общепризнанно являются частью Еврейского Писания, и на 27 книг Нового Завета. Тем не менее мы также рассмотрим большинство второканонических книг (см. гл. 9).
Библия изначально создавалась на древних языках, на которых теперь могут читать лишь немногие (кроме исследователей-библеистов и некоторых других специалистов — с определенной подготовкой). Еврейское Писание было написано на древнееврейском (причем некоторые небольшие части на родственном языке — арамейском), а Новый Завет — на греческом. Это означает, что, какой бы отрывок из Библии вы ни читали, вы читаете его в переводе и, как знают те, кто интенсивно работает с другим языком, при переводе всегда что-то теряется. Вот почему сейчас доступно столько различных переводов Библии.
Существуют различные принципы работы над переводами древних текстов на современные языки, но на самом деле, какие бы старания вы ни прилагали, невозможно получить идеальный перевод, в точности передающий изначальное значение текста. Именно поэтому у разных людей получаются разные варианты одного отрывка в зависимости от того, на какой перевод они опираются. Однако даже среди тех исследователей, которые читали тексты на языке оригинала, есть разнообразные и масштабные различающиеся мнения о том, что эти тексты означают на самом деле. Так получается, что в значительной степени Библия содержит в себе другие проблемы для своих читателей и толкователей.
Книги, являющиеся частью Библии, не были написаны в одно время и в одном месте. Они создавались длительный период в разных местах, и их язык менялся с течением истории. Чтение на древнееврейском и греческом может вызывать серьезные затруднения, связанные с эволюцией языка по мере его развития. Подобные серьезные трудности встали бы перед современным человеком, вздумавшим прочесть так называемый елизаветинский английский времен Шекспира, среднеанглийский Чосера или староанглийский «Бео-вульфа».
Даже если отвлечься от языковой проблемы, простое понимание литературы, написанной в столь широких временных границах, кажется затруднительным. Относительно Еврейской Библии традиционно считалось, что Моисей написал Тору в XIII в. до н. э. Последние книги Еврейского Писания должны были быть созданы, как полагали, около IV в. до н. э. Временной отрезок занимает, таким образом, 900 лет.
Многие исследователи пришли к убеждению, что обе даты, возможно, неверны. И в свете этого является маловероятным (по причинам, о которых мы скажем в следующей главе), что Моисей написал Тору. Самые древние книги в Библии — некоторые пророческие, такие как книги пророков Амоса и Исаии, чьи работы берут свое начало в VIII в. до н. э. Последняя же книга Еврейского Писания относится к II в. до н. э., хотя долгое время ее относили к более позднему периоду. Тем не менее нельзя не заметить существенный промежуток в 600 лет между первой и последней книгами. Более того, существует целый корпус дошедшей до нас древнееврейской литературы того времени. Вообразите попытку освоить всю английскую литературу, написанную с 1400 г. по настоящее время.
Новый Завет покрывает куда более краткий промежуток времени: самая древняя книга — сочинения Павла 50-х гг. н. э.; самой поздней является, возможно, Второе послание Петра, написанное около 120 г. н. э. Однако и теперь промежуток времени занимает 70 лет. Более того, мы также располагаем почти всеми раннехристианскими сочинениями, из которых большинство было написано в течение столетия после смерти Иисуса (ок. 30 г. н. э.).
Книги, образующие в итоге корпус Библии, создавались многими авторами, определить личность и происхождение которых весьма и весьма сложно.
Согласно традиционному взгляду на Иудейское Писание, Тору написал Моисей; Иисус Навин — Книгу Иисуса Навина; царь Давид — Псалмы. Его сын, царь Соломон, создал поэтическую Книгу притч, Екклесиаст и Песнь песней, а разнообразные пророки (например, Амос или Исаия) писали от своего имени. У современных исследователей есть причины оспорить многие из этих утверждений. Некоторое количество книг (даже Тора) являются анонимными, так как никто не претендует на авторство. Подобную ситуацию мы наблюдаем и с историческими книгами. В некоторых книгах сказано, что они написаны авторами, которые, как сейчас выяснилось, почти наверняка не могли их написать. Причины мы рассмотрим в следующих главах.
Мы наблюдаем аналогичную ситуацию с книгами Нового Завета: некоторые авторы известны (например, некоторые письма апостола Павла). Однако другие анонимны, в том числе Евангелия. Мы только называем их «от Матфея», «от Марка», «от Луки» и «от Иоанна», но их реальные авторы никогда не раскрывали нам свои имена. Лишь спустя примерно 100 лет христиане стали утверждать, что именно эти люди написали Евангелия, а мы увидим, почему ученые высказывают сомнения по настоящему вопросу. Некоторые исследователи также склонны думать, что ряд авторов Нового Завета являлись другими людьми. Например, некоторые послания Павла созданы другими авторами, претендующими на имя Павла. Мы рассмотрим доказательства подобной теории, и вам предстоит принять решение, какой точки зрения вы будете придерживаться.
Практически невозможно сказать, сколько авторов принимало участие в создании Еврейского Писания (более двадцати, но сколько?). Говоря о Новом Завете, мы насчитываем примерно 16 авторов: те, кто действительно существовал, те, кто писал анонимно, и те, кого ошибочно посчитали известным апостолом. В подобной ситуации интерпретация книг заметно усложняется. Естественно, что различные авторы имеют разные точки зрения, теории, идеи и убеждения. В Библии мы находим несколько мнений, а не одно. Изучая Писание, вы должны быть восприимчивы ко всем точкам зрения.
Библия содержит не только 66 книг, написанных десятками авторов, но и бесчисленное множество примеров литературных жанров. Жанр — это вид художественного произведения. Например, есть такие жанры, как роман, рассказ, лирический стих и передовица. Каждый из них имеет определенные характеристики, которые мы, как читатели, понимаем и принимаем как должное; характеристики,
которые помогают нам понять, как автор выражает свои мысли и чувства. В поэзии определенные виды стихосложения обладают своими особенными правилами стихосложения, которые диктуют авторам, как что-то должно быть написано, а читателям — как должно быть понято. Например, сонеты, эпические поэмы, лимерики (шуточные стихотворения). Для понимания стихотворного произведения необходимо понять его форму и жанр. Мы ожидаем разных эмоций от фантастического рассказа или статьи в научном журнале, от романа или биографии, от лирического стихотворения или передовой статьи. Читая литературные произведения, мы, как правило, не задумываемся о жанрах, так как привыкли к ним и не обращаем особого внимания. Однако Библия также содержит многочисленные жанры, некоторые из которых не так уж и знакомы нам. Они включают в себя следующие: исторические рассказы, биографии, новеллы, мифы, легенды, летописи, поэзию, притчи, мудрые изречения, пророчества, откровения, Евангелия, послания, проповеди и трактаты.
Для восприятия мыслей автора нам необходимо понять, какой жанр он использует. Многие современные толкователи Писания не всегда могут точно определить жанр библейского повествования, следовательно, ложно интерпретируют библейские сюжеты. Например, когда миф воспринимается как научная статья, легенда — быль, а откровения — буквальное описание будущих событий. На протяжении нашего исследования мы будем рассматривать различные жанры повествования, чтобы верно истолковать мысли авторов Писания.
Как я уже упоминал ранее, другой серьезной проблемой интерпретации текста являются противоречия, разночтения и несоответствия, на которые не раз ссылаются многие библеисты. Как я не раз подчеркивал, вы должны сами принять решение, какой точки зрения придерживаться, как только мы с вами взглянем на все факты. Согласитесь ли вы с исследователями или нет, нельзя не согласиться с тем фактом, что вымышленные (или реальные) расхождения становятся многочисленными головными болями для тех, кто пытается разобраться в Писании. В то же время все нестыковки имеют и положительное значение, так как демонстрируют непохожесть всех книг Библии. Причины я рассмотрю позже. Сравнивая книги Писания, мы постараемся понять, что каждый автор пытался рассказать и показать своим читателям.
Итак, мы находим в Библии многие противоречия. Более того, часть важных фактов, упомянутых в Писании, опровергаются археологами и исследователями древних источников. Основные примеры мы рассмотрим в главах 3 и 4. Именно поэтому нам предстоит задуматься, как следует толковать библейские истории: как описание реального прошлого или нет.
Одна из базовых вещей, которую нам с вами предстоит осмыслить в ходе нашего исследования, — это то, что для лучшего понимания какого-либо события необходимо воссоздавать его исторический контекст. Иначе мы рискуем неправильно интерпретировать тот или иной исторический факт. Можно легко продемонстрировать, как это важно при работе с Библией.
В Книге Исаии, написанной в VIII в. до н. э., есть пророчество, которое имеет историческое значение для христиан, размышляющих о рождении Иисуса. В некоторых английских переводах мы читаем: «Итак, Сам Господь даст вам знамение: се, Дева[1] во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис., 7: 14). Подобный стих повторяется в Евангелии от Матфея: «Се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог» (Мф., 1: 23), что понимается многими христианами как пророчество о пришествии Мессии: его мать девственна. Согласно такому прочтению, Исаия ожидал пришествия Мессии через непорочное зачатие. Мессия дословно означает «помазанный», излюбленный Господом, которого Он посылает для спасения Своего народа.
Так автор Евангелия от Матфея прочел строки Исаии. Однако те, кто читают пророка через призму евангелиста, могут неправильно воспринять посыл самого Исаии, так как они будут смотреть на сочинение пророка сквозь христианский мир, то есть спустя 800 лет. Исаию следует понимать, опираясь на его исторический контекст. Это значит как минимум прочесть все главы 7 и 8. Если же вы пробежитесь глазами по вышеупомянутому отрывку (сделайте это прямо сейчас), вы увидите, что пророк не предсказывает пришествие Мессии, несмотря на то что так считают поздние толкователи.
По крайней мере, в Английской Библии очевидно, что автор не говорит о ребенке, который должен родиться у девственницы. Важное замечание! Большинство современных переводчиков Книги Исаии признаёт, что еврейское слово здесь неправильно переводится как «девственница». Еврейский язык не акцентирует внимание на физиологию женщины: «девственница» — просто молодая девушка. Именно поэтому в современной версии перевод более осторожен. Автор Евангелия от Матфея, 800 лет спустя, цитирует стих по переведенной на греческий язык Библии (Септуагинта), где используется греческое слово, означающее «девственница». Таким образом, апостол цитирует отрывок, в котором как будто бы говорится о девственнице, но на самом деле оригинальное еврейское слово имеет другое значение.
Более того, повествование 7-й главы Исаии вполне понятно и отвечает всему контексту книги. Царь Иудеи, Ахаз, обеспокоен назревающей войной. Два соседних государства — Израиль и Сирия — объединились и готовятся ополчиться против Иудеи, и Ахаз не знает, что ему предпринять. Исаия пророчествует: молодая женщина скоро родит ребенка. Что же важного может быть в подобном событии? Что же за знак от Господа? Исаия продолжает: не успеет дитя вырасти и познать разницу между добром и злом, как правители двух государств смягчатся и вернутся домой, Иудея будет спасена (Ис., 15–16). Иными словами, через пару лет кризис благополучно разрешится.
Прочитав Исаию в его историческом окружении, вы поймете, что имеет в виду пророк. Матфей же интерпретирует слова Исаии по-другому: думая о будущем пришествии Иисуса. Для тех, кто хочет знать, что на самом деле сказал пророк, необходимо воспринимать его слова в его родном контексте. В то же время если кто-то хочет понять, как понял этот стих Матфей, то следует читать уже в его родном контексте. Апостол пытался доказать, что Христос исполнил пророчество: будущий Спаситель родится от Девы (хотя Исаия не имел этого в виду).
Знание исторического контекста имеет первостепенное значение, если вы хотите правильно интерпретировать какой-либо текст. Важно также понимать, как переводятся отдельные слова и фразы в своем собственном значении, раз их можно по-разному понять в разных контекстах. Если вы измените какой-то отрывок, то можете полностью изменить значение слова или фразы. Приведем пример. Какое значение вы бы вложили, если бы назвали кого-то «сын Божий»? Сейчас, если бы вы сказали, что Иисус — «сын Божий», вы бы имели в виду: Он — бог, часть Святой Троицы, тесно связанный с Богом Отцом с незапамятных времен. Однако, как выясняется, настоящая фраза имела совершенно иное значение в Древнем мире.
Например, в древнем иудаизме «сыном Божьим» мог быть кто угодно, человек или ангел, через которого Бог передавал Свою волю людям. В отрывке из Второй книги Царств (гл. 7), который я упоминал ранее в этой главе, нам рассказывают, что у царя Давида будет потомок, правящий царь над народом Иудеи. В особенности сказано, что у него будет сын (это отсылка к его ребенку, Соломону, следующему царю после Давида). Господь говорит Давиду: «Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном» (2 Цар., 7: 14). Итак, Соломон был сыном Господа. Как и другие цари в Израиле, как это сказано в Псалтири: «Я… возвещу определение: Господь сказал Мне: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя» (Пс., 2: 6–7). Здесь мы видим указание на церемонию коронации: в день, когда он стал царем, он стал сыном Господа. Он был сыном Господа, так как он, несмотря на то что по своей природе был человеком, служил связующим звеном между Господом и Его народом на земле.
В языческих текстах (вспомните: язычниками являлись неиудеи, нехристиане и многобожники, почитавшие многочисленных богов) выражение «сын Бога» означало нечто иное, по крайней мере во времена Нового Завета. В греческой и римской мифологии сыном бога являлся тот, кто был действительно рожден в результате соития божественного и человеческого существ. Другими словами, бог вроде греческого Зевса мог вступить в связь с женщиной, которую он желал (обыкновенно она была прекрасна), и рожденный ребенок был наполовину человеком, наполовину божеством — полубогом. Вовсе не это говорили позже христиане об Иисусе — и потому, что Его мать ни с кем не имела связи, не говоря уж о Господе, и потому, что Он не был наполовину человеком и наполовину божеством (как говорят поздние теологи), но и полностью человеком, и полностью Богом. Тем не менее если бы вы разговорились с римскими язычниками и сказали, что кто-то является «сыном бога», то они бы подумали о полубоге, а не об одном из Лиц Троицы (они, конечно, не верили в Троицу). Повторюсь: если вы измените контекст слова или фразы (или предложения, параграфа или книги), вы измените их значение.
Именно это делает понимание Библии чрезвычайно затруднительным. Она не была написана в нашем контексте, в англоязычном мире XXI в. Она была написана в Древнем мире. Вернее, что запутывает еще больше, она была написана в нескольких древних контекстах. Вспомните, что в Библии содержатся книги, которые были созданы по разным случаям на протяжении восьми сотен лет, написанные разными авторами, обращенные к разным аудиториям. Мы должны разузнать об этих различных контекстах для каждого из древних сочинений, если надеемся понять их.
Как последнюю трудность в интерпретации Библии нам стоит рассматривать тот факт, что мы не располагаем оригиналами ни одного из сочинений, вошедших впоследствии в Священное Писание. Я имею в виду следующее: кто бы ни написал Бытие (или Книгу притч, или Святое Евангелие от Марка, или Первое послание Иоанна), после создания она была переписана от руки (во времена до компьютерной верстки, компьютерных текстовых редакторов, копировальных аппаратов или даже копировальной бумаги не было другого способа сделать копию). Затем кто-то переписывал от руки. А кто-нибудь впоследствии снял копию с копии. Следующий человек сделал копию с копии копии. Мы не располагаем оригиналом сочинения, или первыми копиями, или копиями первых копий. Мы располагаем лишь поздними копиями. И большинство этих поздних копий создано намного позднее оригиналов; на самом деле они созданы столетия после оригиналов.
Любой, кто копирует текст, совершает ошибки. И любой, кто делает копию копии (уже с ошибками), может также ошибиться сам. И кто бы ни переписывал копию с ошибками, переписывает уже совершенные ошибки и делает собственные. И так далее. На протяжении столетий. Большинство ошибок кроются в маленьких, ничтожных, ничего не значащих деталях. Но иногда, в относительно редких случаях, они влекут за собой значительные изменения в тексте.
Мы подробнее рассмотрим эту проблему в главе 15 — касательно и Еврейской Библии, и Нового Завета. Сейчас мы лишь осветим некоторые основные моменты.
Еврейская Библия, которой мы сейчас располагаем, на которой основаны все английские переводы, по большей части восходит к одному манускрипту (то есть текст, написанный от руки, рукопись), датируемому 1000 г. до н. э. Если части Еврейской Библии были впервые записаны в VIII в. до н. э. (например, Книги пророков Амоса, Исаии), значит, копии сделаны примерно через 1700 лет после оригиналов. По счастью, в XX в. было сделано открытие куда более древних манускриптов среди Кумранских рукописей — собрания сочинений разного рода, которые датируются от времени до Иисуса, случайно найденных бедуинским мальчиком в пещере в пустыне к западу от Мертвого моря, то есть на территории современного Израиля. Среди Кумранских рукописей находим копии почти всех книг Библии; некоторые из них практически завершены (например, Книга пророка Исаии); другие же были представлены фрагментарно. Тем не менее все они датируются тысячелетием ранее старейшей из наших рукописей. Находка оказалась чрезвычайно важна для библеистов, так как она позволила определить, насколько точно была скопирована Еврейская Библия в течение тысячи лет после начала христианства.
В одних случаях текст был скопирован достаточно точно, в других — не так удачно. Однако сложность все еще состоит в том, что нет никакой возможности узнать, как хорошо были скопированы манускрипты до Кумранских рукописей. Следовательно, оригинальные слова еврейских авторов также остаются неизвестны. Таким образом, наши размышления достаточно поверхностны, ведь очень сложно понять, что имел в виду автор, если мы не уверены, какие слова он использовал.
Новый Завет
Работая над Новым Заветом, мы не испытываем недостатка в рукописях. В отличие от небольшого наследия средневековых манускриптов Еврейской Библии мы располагаем сотнями — тысячами — рукописей Нового Завета. В общей сложности у нас есть более 5600 экземпляров полных или фрагментарных копий Нового Завета на древнегреческом языке. Это хорошая новость. Плохая заключается в том, что многие из этих рукописей значительно отличаются друг от друга: тот или иной переписчик изменил здесь или там слово, фразу или целую историю. Слова изменяются, вставляются и убираются из текста. Следовательно, ученые должны сделать все возможное, чтобы восстановить то, что было первоначально написано, хотя мы не располагаем их оригинальными сочинениями или их первыми копиями, копиями копий, копиями копий копий. Это долгая и кропотливая работа и очень важная особенно для тех, кто считает, что слова имеют значения: для тех, кто воспринимает Библию серьезно, верующий это человек или нет. Самая важная книга западной цивилизации может изменять свое значение в зависимости от того слова, которое вы найдете в тексте.
Большинство современных людей, интересующихся Библией, — это преданные вере иудеи или христиане, которых научили тому, что Библия — это книга священных текстов, не похожая на другие. Для многих, особенно христиан, Библия — это вдохновленное Слово Божье. В общинах с подобными взглядами книги Писания и Предания изучаются не с литературной точки зрения, которая внимательно рассматривает жанры, литературные особенности, возможное наличие текстовых противоречий и разночтений, а также подобные книги еще меньше рассматриваются с исторической точки зрения, которая интересуется историческими спорами/разногласиями и ошибками. Вы сами, возможно, обнаружите, что эти литературные и исторические подходы не соответствуют тем, которым вас обучили в отношении Библии. Если так, то именно для вас мне бы хотелось представить эти краткие размышления в настоящей работе.
Существует несколько подходов к изучению любого текста, в том числе и библейского, с литературной точки зрения. В нашем исследовании мы будем рассматривать Библию как наследие литературы Древнего мира. Мы рассмотрим такие вопросы, как структура текстов и их перекликающиеся литературные темы, попытаемся определить, как мы можем при внимательном чтении, принимая во внимание общий ход повествования, повторение важных мотивов, возможность того, что автор использовал в своей работе более ранние источники, понять любой рассказ. В частности, мы заострим свое внимание на том, чтобы определить для различных частей Библии соответствующие им литературные жанры. Причем мы будем исходить из такого предположения, что без знания о том, как «работает» тот или иной жанр, невозможно узнать, как отдельная работа, написанная в этом жанре, может быть интерпретирована. Например, нам будет необходимо узнать о таких вещах, как древнееврейская поэзия, пословицы, легенды, мифы, Евангелия и апокалипсисы.
Читателя могут поразить такие литературные приемы, как новелла, например, в случае с рассмотрением Бытия как «легенды» или в случае с попыткой интерпретировать Откровение Иоанна Богослова как чистой воды образец древнего апокалипсиса. Тем не менее мы увидим, что такие подходы могут в значительной степени пролить свет на спорные сочинения.
Рассматривая литературную сторону вопроса, мы также будем делать особое ударение на том, что в каждой книге (или части книги) дблжно читать то, что в ней, собственно говоря, написано. Один из ключевых моментов, которые мы отметим, заключается в том, что существуют чрезвычайно большие отличия между различными частями Библии, — и действительно, иногда эти ключевые отличия сосуществуют в одном разделе Библии. Иногда эти различия представляют собой натяжки, несоответствия и даже противоречия. Смысл выявления подобных противоречий между одним и другим авторами, или одной или другой книгами, или даже одним и другим отрывками состоит не просто в том, чтобы студент мог, прослушав курс, сказать: «Ага! Библия полна противоречий!» Как раз наоборот, несоответствия и противоречия в такой большой книге, как Библия, должны насторожить нас и дать понять, что Библия представляет собой не единую книгу, а что она состоит из многих и многих книг, написанных разными авторами, в разные времена, в разных местах, ради разных целей, они обращены к разным аудиториям, написаны в разных контекстах, даже на разных языках.
Такого рода литературный подход указывает, что каждое сочинение нужно читать, опираясь на его собственные условия, чтобы быть вправе сказать, о чем в нем говорится. А не предполагать, что один автор, одна книга или одна часть книги сообщает нам совершенно (или даже приблизительно) то же самое, что говорилось в других книгах. Как мы увидим, вместо того, чтобы мешать нашему изучению этих разнообразных сочинений, которые в конечном итоге составили Библию, такие литературные подходы открывают для нас возможность новых и необычных интерпретаций, которыми в другом случае мы бы не располагали (если бы мы предположили, что каждый автор и каждая книга в Библии в основном сообщают одни и те же вещи).
В дополнение к литературному также будет рассмотрен исторический подход. Мы попытаемся восстановить исторический контекст библейских писаний, в пределах наших возможностей, датируя время их появления, а также социальное, культурное и политическое окружение. Понимание текста зависит от его контекста, без которого может измениться весь смысл написанного. Так может происходить и в устной речи. Например, мы не можем воспринимать Книгу Иеремии или Евангелие от Иоанна как исторические хроники: первая была написана в VI в. до н. э. во время кризиса, а Евангелие — в последнее десятилетие I в. н. э., примерно через 60 лет после описанных событий.
Исторический подход также позволяет определить, можем ли мы использовать литературное повествование Библии как описание реальных событий: история Древнего Израиля, биография Христа, история ранней христианской церкви. Нам необходимо ставить подобные вопросы, ведь в библейском повествовании мы находим довольно много расхождений. Историческая достоверность может быть доказана каким-либо другим материалом, подтверждающим или, наоборот, опровергающим описанные события. Например, исход народа Израиля или жизнь и смерть Христа. Несомненно, мы будем учитывать и археологические данные.
Такого рода подход к изучению Библии весьма отличается от религиозного (конфессионального), который воспринимает все описанные библейские события как неопровержимые факты. Сейчас мы обсудим, как историки работают и как они используют источники (в данном случае библейские писания), чтобы понять различия в описанных подходах.
Историки имеют дело с событиями прошлого, которые составляют сущность социальной памяти. Социальная память состоит из человеческих поступков и событий в мире, то есть из того, что каждый может увидеть или пережить. Историки пытаются воссоздать возможные события прошлого на основе данных, которые может рассмотреть и оценить каждый интересующийся этим сторонний наблюдатель, независимо от его религиозных убеждений. Доступ к этим данным не зависит от веры и убеждений о Боге. Это значит, что историки, как таковые, не имеют особого доступа к тому, что происходит в области сверхъестественного; им доступно только то, что происходит в нашем, земном мире. В теории, выводы историков должны быть доступны и приемлемы для каждого, будь он идуист, буддист, мусульманин, иудей, христианин, атеист, язычник и т. д. В отличие от конфессионального подхода, который просто принимает сообщения Библии за описание роли Бога у израильтян или в жизни ранних христиан, исторический подход ставит вопрос восстановления предположительно произошедших событий без обращения к личным религиозным убеждениям.
Я могу продемонстрировать, рассмотрев несколько конкретных примеров, прежде всего не относящихся к Библии. Историки могут рассказать вам сходные и отличительные черты в мировоззрении Мохандаса Ганди и Мартина Лютера Кинга, но они не могут использовать свои познания в истории для того, чтобы убедить вас в ошибочности веры Ганди или правильности религиозных убеждений Мартина Лютера Кинга. Это суждение не является частью социальной памяти и зависит от богословских рассуждений и собственных религиозных убеждений, которые могут не разделять разные исследователи. Историки могут объяснить вам, что произошло во время конфликтов между католиками и протестантами в XVI в. в Германии, но они не могут использовать свои исторические познания для определения, на чьей стороне был Бог. Если рассматривать пример с Библией, историки также могут рассказать о том, что предположительно произошло, когда народ Израиля пришел на Землю обетованную, но они не могут сказать вам, что Бог придал им силы для победы над своими врагами. Также историки, возможно, могут рассказать о распятии Христа, но они не могут использовать свои знания об истории для утверждения, что Он был распят за грехи всех людей.
Значит ли это, что историк не может быть верующим? Нет, но если историки говорят вам, что богословие Мартина Лютера Кинга лучше, чем Ганди, или что Бог был на стороне протестантов, а не католиков, или что Бог уничтожил стену Иерихона, или что Иисус был распят за грехи всех людей, они говорят это не в качестве историков, но как верующие. Верующих интересует знание о Боге, о том, как поступать, во что верить, интересует смысл жизни. Исторические дисциплины не могут предоставить им такого рода информацию. Историки, работающие в рамках своей дисциплины, ограничены, в меру своих способностей, описанием того, что произошло в прошлом.
Многие историки считают, что совмещение исторического исследования с традиционным богословским убеждением допустимо и даже необходимо; другие придерживаются мнения, что это несовместимо. Вы сами можете разобраться с этой проблемой в процессе понимания влияния исторического подхода в изучении Библии на ваши религиозные убеждения — положительного, отрицательного или отсутствия влияния как такового. Мне следует выразиться предельно ясно с самого начала: эта книга не решает указанную проблему и не навязывает вам определенные религиозные убеждения. Напротив, наш подход будет литературным и историческим в попытке понять Библию как свод литературных текстов, которые можно изучать, как любое великое литературное произведение, а также рассмотреть с точки зрения исторической перспективы, использовать все сохранившиеся свидетельства для восстановления событий прошлого.
Стоит сказать, что эта книга не будет убеждать или разубеждать вас в религиозных постулатах Библии; книга опишет их суть и происхождение. Эта книга не будет убеждать вас в том, что Исаия узрел образ Божий или что Иисус является Сыном Божьим; не будет убеждать и в обратном. Она попытается воссоздать по имеющимся данным, что они оба сказали. В книге не будет обсуждаться, является ли Библия Божьим Словом. Книга пояснит, как сформировалось это собрание книг, коротко скажет об их содержании и о научном толковании этих текстов. Некоторая информация может оказаться полезна для верующего читателя, но она точно будет полезна для того, кто интересуется историей и литературой, и прежде всего историей и литературой Древнего Израиля и раннего христианства, независимо от личного отношения к религии.