Кроме свитков Мертвого моря были и другие книги еврейских авторов, которые нельзя встретить в Еврейском Писании, но они имеют большое значение для людей, заинтересованных в них. Среди этих книг нет более исторически ценной, чем собрание писаний, которые можно найти в некоторых христианских версиях Ветхого Завета. Это второканонические писания, как их называют Римско-католическая и Восточная православная церкви; протестанты обычно называют их апокрифами. Термин «апокриф» не совсем уместен, так как означает «тайные вещи» — или в данном случае «тайные книги». Но в этих книгах нет ничего тайного. Это просто книги, которые считают каноническими некоторые христианские конфессии, но не протестанты и не иудеи. Римско-католическая и Восточная православная церкви считают их «вторым каноном», отсюда и название второканонический.
Эти книги важны для понимания Библии ранних христиан. Хотя они и не включены в манускрипты Еврейского Писания, они являются частью древнегреческого перевода Библии, известного как Сеп-туагинта. Это был важный перевод для евреев из диаспоры, а после и для христиан. Как я уже упоминал, большинство евреев во время Маккавейской войны — или позднее, во времена Иисуса, — не жили в Палестине, так что не имели возможность читать на иврите. Конечно, большинство евреев вообще не умели читать, как и в случае с остальными народами Римской империи, подавляющее большинство евреев — возможно, около 90 % — было безграмотным. Для большинства людей древности «читать» книгу означало слушать, как кто-то другой читает вслух. В синагогах регулярно читали Писание, и люди могли слушать и обсуждать его смысл. Но фактически никто за пределами Палестины не мог читать его на иврите. Привычной для многих евреев диаспоры Библией была Септуагинта. Она стала Библией для знающих греческий язык христиан в самом начале их движения, как только миссионеры распространили религию за пределы Палестины. И именно в Септуагинту включена эта дюжина книг, которые мы называем второканоническими, или апокрифами.
В ходе Реформации XVI в. Мартин Лютер и остальные лидеры протестантского движения заявили, что единственными книгами Ветхого Завета, которые могут считаться частью Писания, были книги Еврейской Библии, то есть книги, признанные иудеями каноническими. В свою очередь Римско-католическая церковь утверждала, что рукописи Септуагинты для христиан всегда были частью Писания, а значит, так и должны остаться его частью. Православная церковь в этом вопросе была более или менее согласна с Римско-католической.
Но мнение по этому вопросу не было единогласным. Десять книг признаны второканоническими Римско-католической и православной церквями; четыре другие признаны некоторыми восточными православными церквями (например, Греческой православной церковью и Русской православной церковью), и еще несколько книг признаются разными конфессиями близкими к второканоническим.
Все эти книги были написаны евреями и для евреев. Большинство из них было написано после завершающих книг Еврейского Писания и перед Новым Заветом, значит, грубо говоря, их можно считать «межзаветной» еврейской литературой (то есть написанной «между заветами»). Они представляют собой действительно великие и интересные работы того времени. Некоторые из них исторически достоверны, например повести Маккавейского периода; некоторые можно воспринять как историческую фантастику, содержащую религиозные наставления; некоторые представляют собой дополнения к книгам Еврейского Священного Писания; некоторые — Писания. Мы кратко рассмотрим основные десять апокрифов — книги, признанные второканоническими как Римско-католической, так и православной церковью.
Книга Товита — историческая фантастика, то есть выдуманная история, основанная на историческом контексте. Книга написана на арамейском языке, примерно в конце III или начале II в. до н. э.
Повествование начинается в VIII в. до н. э., в Ниневии, куда главный герой, Товит, был изгнан из родного города в Галилее во время завоеваний ассирийского царя Салманасара. Другими словами, действие происходит сразу после разрушения Северного государства Израиль. История состоит из двух сюжетных линий, которые переплетутся в конце. Первая о Товите, истинном праведнике, олицетворяющем собой пример благочестия, на чью долю выпадает серьезное несчастье — он теряет зрение, причем при довольно необычных обстоятельствах: ему в глаза попадает птичий помет. Это делает его жизнь невыносимой. Вторая сюжетная линия рассказывает о дальней родственнице Товита, живущей в Мидии, Саре, которую постигло не меньшее несчастье — каждое ее замужество заканчивается в первую брачную ночь, когда демон убивает ее мужа. Два сюжета сливаются в один, когда сын Товита Товия отправляется в Мидию, чтобы вернуть деньги, которые его отец там оставил. Путешествуя в компании ангела, Товия ловит большую рыбу, чьи внутренние органы обладают магической силой: они могут изгонять демонов, если их сжечь, и могут излечить слепоту.
По счастливой случайности Товия встречает Сару; они влюбляются, женятся, он использует магические части рыбы, чтобы изгнать демона, пытающегося убить его в их первую брачную ночь, они возвращаются к Товиту вместе с деньгами, и оставшиеся части рыбы идут на излечение его отца от слепоты. Все они живут до глубокой старости и умирают счастливыми. Это рассказ о необходимости сохранения веры в неблагоприятных обстоятельствах и об умении Бога превращать плохое в хорошее.
Книга Иудифи — еще одна работа жанра исторической фантастики, в этом случае повествование относится ко времени правления царя Навуходоносора, «царствовавшего над Ассириянами», как говорится в первых стихах книги. Это не очень хорошее начало для любого, кто знает историю, так как Навуходоносор был царем не Ассирии, а Вавилона. Это историческая фантастика, с ударением на слове «фантастика». Возможно, ее оригинал был написан на иврите, примерно в Маккавейский период, во времена национального подъема, когда подобная история могла найти отклик в рядах слушателей.
Основной персонаж — один из великих иудейских героев, Иудифь, которая спасает свой народ от уничтожения иностранными завоевателями (вспомните об аналогичной ситуации под властью Антиоха Епифана). Первая половина книги описывает сложившуюся в стране ситуацию: Навуходоносор отправился в военный поход, по пути просит содействия у других стран, и Израиль отказывается ему помогать. После своей победы он возвращается, чтобы напасть на непокорный народ, посылая своего генерала Олоферна с огромным войском, которое останавливается на перевале около израильского города Ветилуя, готовясь уничтожить израильское сопротивление.
Так как в I в. большинство евреев жили за пределами Палестины, они больше не говорили на арамейском и не читали на иврите, а говорили на языке той страны, в которой находились; более образованные из них знали также и греческий — лингва франка Римской империи.
Поэтому чтение Писания, написанного на иврите, было проблематично. И, как и следовало ожидать, говорящие на греческом евреи переводили Писание: это были разные переводы, написанные в разные времена и в разных городах. Один из переводов, самый известный и, несомненно, широко используемый, называется Септуагинта (часто сокращается как LXX). Название происходит от латинского слова, означающего «семьдесят». Это отсылка к легенде о том, что перевод был написан семьюдесятью (или, точнее, семьюдесятью двумя) еврейскими толкователями.
Эта легенда хорошо известна из рукописи «Послание Аристея к Фи-лократу», предположительно написанной в III в. до н. э. Согласно Ари-стею, когда египетский царь Птолемей II решил расширить свою библиотеку до 500 тысяч томов, включив туда все важнейшие литературные произведения, он посоветовался со своим главным библиотекарем Димитрием, который сообщил ему, что в библиотеке не хватает рукописей иудейских законов. Птолемей тут же написал письмо иерусалимскому первосвященнику, прося содействия в получении перевода.
В ответ первосвященник послал семьдесят два толкователя, по шесть из двенадцати колен Израилевых. Их торжественно приветствовали (в течение семи дней!), спрашивали об их религии, а потом позволили уединиться для работы над переводом. Чудесным образом они закончили работу за семьдесят два дня.
Этот занимательный случай относится только к переводу первых пяти книг Еврейского Писания (Пятикнижия). Но в конечном итоге ко II в. до н. э. все книги были переведены и стали Библией для всех евреев диаспоры. Септуагинта стала Библией и для ранних христиан, которые воспринимали ее текст дословно. Именно Септуагинту, а не Еврейское Писание цитировали авторы Нового Завета, большинство из которых не знало иврита, но в совершенстве владело греческим.
Вторая половина книги описывает, как Иудифь, жительница этого городка, вмешивается в происходящее. Будучи очень красивой, но также и очень набожной вдовой, она обеспокоена тем, что лидеры Ветилуи не надеются на Божью помощь в освобождении от захватчиков, так что она решает взять все в свои руки. Она покидает город, одетая в свою лучшую одежду, и ее приводят в ассирийский лагерь к Олоферну, который в конечном итоге безуспешно пытается совратить ее. Пока он спит пьяный, Иудифь находит способ воспользоваться ситуацией; она обезглавливает Олоферна его же мечом, возвращается в свой лагерь с его головой; неожиданная смерть лидера приводит ассирийцев в замешательство. Ассирийские войска отступают, и Израиль спасен.
Версия Книги Есфирь в Септуагинте заметно отличается от версии Еврейского Писания: в Септуагинту включены шесть дополнений, добавляющих к истории 105 строк. Эти дополнения представляют собой попытку греческих редакторов восполнить пробелы в повествовании Еврейского Писания. Дополнения не только поясняют части сюжета, вызывающие вопросы у заинтересованных читателей; они делают саму историю гораздо более религиозной. Как вы помните, в еврейской версии Книги Есфирь нет ни слова о Боге — по крайней мере, напрямую; Его имя даже ни разу не упоминается. Но в этих дополнениях Бог повсюду, становится абсолютно ясно, что именно Он один управляет происходящим. Термины «Бог» и «Всевышний» встречаются в этой версии книги уже более пятидесяти раз.
Вероятно, эти дополнения были сделаны во II в. до н. э. или даже в I. Это следующие дополнения:
• сон еврейского героя Мардохея (это странный сон о двух драконах, пояснение к которому можно найти в последнем дополнении);
• указ Амана, обозначающий день, в который все евреи империи должны быть атакованы;
• молитвы Мардохея и Есфири;
• обращение Есфири к царю, который, к счастью, хорошо ее приветствует (это кульминационный момент повествования);
• указ Мардохея, отменяющий указ Амана;
• изъяснение сна Мардохея.
Книга Премудрости Соломона — учительная книга, относящаяся к «позитивному» Писанию (вспомните Притчи), якобы написанная великим царем. На самом деле она была написана много веков позднее, евреем из диаспоры, приблизительно в I в. до н. э. или в I в. н. э.
Книга воспевает Мудрость как величайший дар человечеству, неотделимый от страха и поклонения Богу, награда за которое будет бесценна. Те же, кто ведет жизнь неугодную Богу: «10. Нечестивые же, как умствовали, так и понесут наказание за то, что презрели праведного и отступили от Господа» (3: 10). Превозношение Мудрости напоминает главу 8 Притч, где Мудрость была описана как женщина, сопровождающая Бога с начала времен. Здесь также Мудрость представлена как «дыхание силы Божией и чистое излияние славы Вседержителя… отблеск вечного света и чистое зеркало действия Божия» (7: 25–26).
Как мы уже заметили, учительные книги Еврейского Писания отличаются от исторических и пророческих трудов, так как не акцентируют внимание на истории народа Израиля или его взаимоотношениях с Богом, Завете, Законе, грехах, наказаниях и прочем. Хотя это касается Притч, Книги Иова и Екклесиаста, нельзя сказать того же и о Премудростях Соломона. В этой книге взаимодействие Мудрости с народом Израиля фактически вынесено на передний план и представлено в виде поэтического пересказа взаимоотношения Бога со своим народом в рамках Мудрости. В частности, главы 11–19 представляют собой отклик на события, описанные в Исходе (7—14), показывая, как Бог управлял судьбами Своих людей, в противопоставление тому, как Он наказывал их врагов, египтян. Всего этих противопоставлений семь. Например, Бог послал град и молнии из рая на египтян, а на избранный народ пролилась манна небесная (Прем., 16: 15–29); Он наслал на египтян тьму, а израильтян провел сквозь темноту с помощью огненного столпа (17: 1 — 18: 4).
Здесь Мудрость представляет собой следование по путям Бога. Богословские акценты книги обобщены в самом конце: «Так, Господи, Ты во всем возвеличил и прославил народ Твой, и не оставлял его, но во всякое время и на всяком месте пребывал с ним» (19: 21).
Премудрость Сираха была написана человеком, который представляет себя как «Иисус, сын Сирахов» (50: 29). На иврите «сын Сирахов» звучит как ben Sira, и именно так его обычно называют. В латинском переводе Книга Писания названа «Екклесиастик» («книга, имеющая отношение к церкви»). Оригинал книги был написан на иврите, в Палестине, в 180 г. до н. э.; она была переведена на греческий (как сообщает об этом в книге сам переводчик) внуком Бен-Сиры, в 117 г. до н. э. в Египте.
Эта учительная книга во многом похожа на Притчи в Еврейском Писании, так как это собрание мудрых изречений на разнообразные темы, написанное в поэтической форме. Но в отличие от Притч — Премудрость Сираха — как и Премудрости Соломона — акцентирует внимание на истории народа Древнего Израиля и его взаимоотношениях с Богом. Главы 44–50 описывают «славных мужей и отцов рода» — это великие израильские герои: цари, мудрецы, музыканты и прочие. Автор восхваляет Еноха, Ноя, Авраама, Исаака, Моисея, Аарона.
Книга воспевает Мудрость, опять же в возвышенной форме. Мудрость говорит о себе: «Прежде века от начала Он произвел меня, и я не скончаюсь вовеки». Но Мудрость принадлежит не всем людям — она является собственностью Израиля: «Он дал мне также покой в возлюбленном городе, и в Иерусалиме — власть моя. И укоренилась я в прославленном городе, в наследственном уделе Господа» (24: 11–12). В частности, впервые Мудрость появилась именно в Торе (24: 23).
Большая часть книги состоит из размышлений и мудрых советов, касающихся разнообразных вопросов, с которыми люди сталкиваются в своей повседневной жизни: счастье, честь, стыд, деньги, дружба, социальные взаимоотношения (много сказано о женщинах, и некоторые из этих утверждений не свободны от предрассудков) и смерть. В конечном итоге эти мудрые изречения основаны на признании величия Бога Израиля, единственного, от Которого исходит вся мудрость: «Всякая премудрость — от Господа, и с Ним пребывает вовек… Один есть премудрый, весьма страшный, сидящий на престоле Своем, Господь. Он произвел ее и видел ее и измерил ее и излил ее на все дела Свои» (1: 1, 7–9).
Книга Варуха (Баруха) написана якобы персонажем, встречающимся в Книге Иеремии. Там он является нам в качестве личного секретаря пророка. Имя ему — Варух, сын Нирии (см.: Иер., 32: 12, 36: 14). На самом деле книга была написана примерно на четыре века позднее, возможно во II в. до н. э. или в I, после Маккавейской войны. Оригинал был написан на иврите.
Книга написана якобы во времена Вавилонского плена и содержит в себе описание причин этой национальной катастрофы и мольбу к Богу с просьбой вмешаться и еще раз помочь своему страдающему народу. Книга состоит всего из шести глав и начинается с описания (мнимого) исторического контекста; далее следует пространная исповедь Богу в том, что разрушение Иудеи было следствием грехов ее народа. Такое ужасное наказание было справедливым. Но автор обращается к Богу, прося Его помиловать людей и вернуть им их землю.
Большая часть главы 3 — поэма, посвященная Мудрости, которую израильтяне утратили, когда свернули с праведного пути. Как и в Премудрости Сираха, Мудрость описывается как «книга заповедей Божиих и закон, пребывающий вовек» (4: 1). Автор придерживается пророческой точки зрения на Закон: «Все, держащиеся ее, будут жить, а оставляющие ее умрут» (4: 2).
Книга заканчивается поэмой, призванной ободрить людей, претерпевающих бедствия в изгнании. Народ страдает за свои грехи, но Бог вскоре спасет людей от их врагов, так что они должны быть смелыми.
Это один из самых коротких апокрифов — длиной всего в одну главу, и в латинском переводе Римско-католической церкви эта глава завершает Книгу пророка Варуха. Послание якобы написано пророком Иеремией и предназначено для пленных иудеев, отправленных в Вавилон. В изгнании они будут среди людей, поклоняющихся другим богам через идолов. Эта книга представляет собой не что иное, как критику языческого культа.
Реальным историческим контекстом этой рукописи можно считать ситуацию, в которой евреи по всему миру были окружены идолопоклонниками. Она могла быть написана под влиянием Макка-вейской войны; оригинал был написан на иврите или арамейском.
Большая часть книги состоит из насмешек над идолами и теми, кто им поклоняется. Нам говорят о том, что один из идолов «имеет скипетр, как человек — судья страны, но он не может умертвить виновного перед ним». Другой «имеет меч в правой руке и секиру, а себя самого от войска и разбойников не защитит» (6: 13–14). Другими словами, идолы не в силах помочь не только своим поклонникам, но и самим себе. Они созданы «художниками и плавильщиками золота» и могут принимать любую форму, которую эти художники пожелали им придать. «И те, кто приготовляют их, не бывают долговечны; как же сделанные ими могут быть богами?» (46–47). «Как пугало в огороде ничего не сбережет, так и их деревянные, оправленные в золото и серебро боги» (70).
Такая критика идолопоклонничества воспринимается современным читателем так же, как и иудеем древности. С другой стороны, язычников, использующих для молитв идолов, все это ставило в тупик, потому что, как правило, они не считали идолов богами. Идолы были просто изображением богов и иногда воспринимались как материальные предметы, через которые некоторые боги могли явить свою силу. Но сторонним наблюдателям, таким как иудеи, сама по себе практика языческого идолопоклонничества казалась глупой, и было действительно просто высмеивать ее, указывая на то, что идолы были сделаны из дерева, которое гниет, и металла, который ржавеет, и таким образом не имеют реальной власти и вообще не существуют.
Мы уже знаем, что более поздние редакторы делали некоторые дополнения к Книге Есфирь, чтобы заполнить пробелы в истории. То же произошло и с Книгой Даниила. Эти дополнения, скорее всего, были написаны независимо друг от друга, как своего рода разложение истории на ключевые моменты. Очевидно, они были написаны после Маккавейской войны. Всего существуют три дополнения.
Молитва Азарии и Песнь отроков. Как мы знаем, в главе 3 Книги Даниила говорится о троих еврейских юношах, которые отказываются поклоняться статуе царя, за что их бросают в огромную печь. Чудесным образом они выживают в этом испытании — но что конкретно они для этого сделали? Дополнительная глава рассказывает нам об этом: они молились и славили Бога. Азария — один из трех отроков (в Книге Даниила он указан как Авденаго); он обращается к Богу с покаянной молитвой, признавая, что народ Иудеи был изгнан за свои грехи, и просит Его об избавлении от бед. Эта молитва не имеет отношения к тому, что его только что бросили в горящую печь, таким образом, можно сделать вывод, что она была написана отдельно от Книги Даниила и добавлена в повествование позднее (ср. с молитвой Ионы в гл. 2 Книги пророка Ионы). В дополнение к этому все три отрока затем поют хвалебную песнь Богу, благодаря Его за то, что Он защитил их от огня печи. Этот псалом также был сочинен отдельно от истории и позже вложен в уста набожных отроков.
История Сусанны. Это короткая история о женщине, ложно обвиненной в прелюбодеянии и приговоренной за это к смертной казни. Но молодой Даниил вмешивается в происходящее и доказывает, что двое мужчин, вынесших этот приговор, на самом деле сами являлись грешниками (и прелюбодеями) и их обвинения были ложны. Сусанна оправдана, мужчины казнены, и все восхваляют Даниила.
О Виле и драконе. Это две короткие истории, высмеивающие идолопоклонничество. В первой истории Даниил доказывает, что идол Вил не существовал на самом деле, а им управляли жрецы, которые забирали себе пищу, якобы съеденную богом. Вторая история о драконе (змее), который, как убедительно показал Даниил, совсем не являлся божественным созданием. За это Даниила бросают львам. Так как это дополнение к Еврейскому Писанию, Бог защищает Даниила, а его врагов, в качестве вознаграждения за их усилия, львы разрывают на куски.
Первая Маккавейская книга относится уже не к жанрам фантастики и учительных книг, а к жанру исторического повествования. Это историческая повесть, детально описывающая события, предшествующие Маккавейской войне (гл. 1–2), чье действие происходит на протяжении многих лет сопротивления и охватывает три поколения семьи, поднявшей это восстание. Это наш главный источник информации об этом периоде и поэтому представляет особый интерес для историков, изучающих эти основополагающие для истории Древнего Израиля времена. Оригинал книги был написан на иврите.
В главе 6 я уже описывал события, приведшие к восстанию. Первые две главы Первой Маккавейской книги подробно описывают политику эллинизации Антиоха Епифана, обострение конфликта между иудеями, приветствовавшими развитие культуры, и теми (включая автора), кто видел в этом гнусные попытки уничтожить иудейскую веру и иудейский народ, и крайне экстремальные меры борьбы с теми, кто остался верен еврейским традициям и обычаям. Но в своих попытках привить эллинистическую культуру в Иудее — предполагающую жертвоприношения идолам и запрещающую обрезание — Антиох зашел слишком далеко. Под руководством Мат-тафии и его пяти сыновей начинается местное восстание в городе Модиин: Маттафия убивает еврея, приносящего жертву языческим богам, и языческого чиновника. С этого начинается восстание.
Противостояние сирийским угнетателям по большей части представляло собой своего рода партизанскую войну. Именно сын Матта-фии Иуда (Маккавей — «молот») взял на себя руководство восстанием. В главах 3–9 описаны мелкие стычки, сражения и дипломатические переговоры самого Иуды; главы 9—16 описывают уже его последователей. Заканчивается книга описанием работы племянника Иуды, Иоанна Гиркана, который был первосвященником и правителем Иудеи с 134 по 104 г. до н. э. Скорее всего, книга была написана вскоре после этого.
Книга, известная как Вторая Маккавейская, — еще один взгляд на историю Маккавейской войны. Автор не использовал Первую Макка-вейскую книгу в качестве источника, а писал отдельно от нее. Главным образом его интересовали события, происходящие во время Иуды Мак-кавейского, так что по хронологии книга частично совпадает с главами 1–7 Первой Маккавейской. Автор говорит о том, что его работа, по сути своей, является кратким изложением более масштабного описания революции в пяти томах, написанного неким Иасоном Киринейским. Он сжал работу Иасона до одного тома. В отличие от Первой Маккавейской книги эта работа была изначально написана на греческом.
Тогда как Первая Маккавейская книга представляет собой скорее прямую хронологию событий предшествующих и протекающих во время войны, Вторая Маккавейская книга рассматривает этот вопрос с более художественной и богословской стороны. После растянутого на две главы вступления — которое состоит из двух писем от евреев в Иудее евреям, находящимся в Египте, призывающих их соблюдать празднование Хануки, — автор отводит четыре главы на описание событий, предшествующих революции, и затем, в главах 8—15, излагает ключевые моменты самой революции.
Наиболее известные — и не случайно — истории, описанные в конце 6-й и в 7-й главах, о еврейских мучениках, которые, вопреки требованию тирана Антиоха, отказываются есть свинину и готовы терпеть ужасные муки и умереть, чтобы сохранить верность Закону. Сюжет повествования развивается стремительно. Сначала говорится о 90-летнем Елиазаре, который умирает, лишь бы не нарушать Закон Божий. Потом говорится о семи братьях и их матери. Братьев пытали по очереди, на глазах у остальных (первому отрезали язык и отрубили руки и ноги, затем, еще живого, его жарили на огромной раскаленной сковороде, пока он не умер). Остальные следуют за ним, один за другим. Чтобы избежать мук, все, что им нужно сделать, — это съесть кусок свинины. Но они отказываются — и мать призывает их к стойкости. В конце ее тоже пытают и убивают.
Это не просто книга, призванная дать урок истории. Она показывает, что значит быть верным Закону Божьему до самого конца, что бы ни случилось. Для автора Закон важнее самой жизни. И причина, по которой эти мученики терпят страдания, ясна: грядет воскрешение мертвых, и, если они останутся верными сейчас, в будущем будут вознаграждены; тогда как те, кто отступил от веры, в следующей жизни понесут жестокое наказание.
Как я уже говорил, существуют еще четыре книги, признанные второканоническими Греческой и Русской православной церквями (но не Римско-католической). Это следующие книги:
Первая книга Ездры, своего рода второй вариант истории, изложенной во Второй книге Паралипоменон, Ездре и Неемии Еврейского Писания;
Молитва Манассии, короткое произведение, длиной в одну главу, содержащее молитву о прощении, которую якобы возносил грешный царь Иудеи Манассия, находясь в Вавилонском плену (см. 2 Пар., 33);
Псалом 151, короткий, семистрочный псалом, воспевающий жизнь Давида, написанный от первого лица, завершающий Псалтирь Септуагинты;
Третья Маккавейская книга, книга, названная не совсем верно, так как не является историческим очерком Маккавейской войны, а художественным произведением, описывающим гонения на евреев в Египте языческого царя Птоломея IV Филопатора (221–204 до н. э.).
Эти апокрифы — настоящая сокровищница древней еврейской литературы, книги разных жанров и тематики, выражающие разные точки зрения. Независимо от того, входят они в Писание или нет (в римско-католической и православной традициях — да; в иудейской и протестантской — нет), они являются важными литературными и историческими работами, которые могут помочь нам в понимании иудаизма критических времен рубежа эпохи, когда появился Иисус из Назарета и, наряду с иудаизмом, возникло новое религиозное течение, которое должно было стать отдельной религией, христианство.